Четыре лица (СИ), стр. 39

Я проехал ещё пару километров, прежде чем перед капотом моей машины из ночной темноты нарисовался большой серебристый минивэн. Он возник как из ниоткуда! Стоял поперёк дороги, слегка заехав даже на встречную полосу. Я попросту не успел ничего сделать, не успел вовремя среагировать. Крутанул руль вправо — и всё. Машина полетела вверх тормашками. Мне резко стало очень больно, и я потерял сознание.

Когда я пришёл в себя, чьи-то руки неистово тормошили меня за плечо.

— Эй, мистер! ЭЙ! Вы живы?! Вы меня слышите?!

Я с трудом разлепил веки. Перед глазами всё плыло и смешивалось. Адски болела голова. Дышать носом было трудно. Я открыл рот и судорожно втянул в себя холодный декабрьский воздух. По радио, сквозь помехи и хрипы, играла песня Гари Глиттера. Машина была перевёрнута. Я висел головой вниз, удерживаемый на месте ремнём безопасности.

— Он дышит, смотри, смотри!

— Ох, слава богу! Живой всё-таки!

Я с трудом повернул голову и прищурился. Рядом с авто, прямо в снегу сидели две до смерти напуганные девушки. Обе длинноволосые, закутанные в крашеные овечьи полушубки — зелёный и розовый, — они выглядели, как два фантасмогоричных цветка, которым посреди всего этого холода и мрака было совсем не место.

— Мистер, сэр, вы слышите меня? — спросила одна из девушек. Она всё ещё продолжала трясти моё плечо рукой, увешанной дешёвыми пластмассовыми кольцами и браслетами. Вторая девушка одёрнула её и шикнула:

— Перестань, Либби! Он же и так глаза открыл. Чего ты его дёргаешь? Ещё сделаешь хуже! Мы и так крупно влипли!

Либби перестала меня тормошить. Она растерянно посмотрела на свою подругу:

— И что тогда делать, Кэти?..

— Не знаю я, что делать! НЕ ЗНАЮ! — закричала Кэти. Она была на грани истерики.

Я попытался отстегнуть пряжку ремня безопасности, но руки тряслись и не слушались. Пальцы были такими слабыми, будто их скрутили из ваты. Я попросту не мог ими нормально двигать. Сглотнув слюну, смешавшуюся с кровью, я произнёс, едва шевеля губами:

— Помогите мне вылезти.

— Но… Но, сэр, — заговорила Кэти. Её голос сделался несколько спокойнее, — вам лучше пока что не двигаться. Вы, наверное, ранены, а если начнёте двигаться, то…

— Вылезти мне помоги, дура! — собирая остатки сил и терпения, крикнул я. Девушка решила не спорить со мной. Вдвоём с подругой они попытались открыть дверь с моей стороны, но её заклинило. Тогда они кое-как открыли дверь со стороны переднего пассажирского сидения. Либби отстегнула мой ремень безопасности и подстраховывала меня, чтоб я не ушибся, пока Кэти помогала мне выкарабкаться наружу.

— Господи, мне так жаль, мистер, мне очень жаль, что всё это произошло с вами! Мы просто… понимаете, у нас что-то случилось с машиной. Я не знаю, я не понимаю в этом ничего. Наверное, что-то с двигателем. Но, в общем, наш автобус просто заглох посреди дороги, мы и сделать-то ничего не смогли. Стивен пошёл на заправку за подмогой, мы остались ждать его здесь. А потом вы, ну… Вы слетели с дороги. Мы с Кэти остались помочь вам, а Триша побежала вслед за Стивеном, когда всё случилось. Вы не волнуйтесь только, скоро приедет бригада медиков, вам обязательно помогут. И… Мы ведь сможем потом как-то всё это решить, правда, мистер? Надо как-то решить эту ситуацию, договориться…

Либби всё тараторила без умолку, когда я, наконец-то выбравшись из искорёженной машины, смог встать на ноги. Я на несколько мгновений замер, прислушиваясь к своим ощущениям. Потом попробовал сделать пару шагов, подвигал руками, несколько раз наклонился вперёд-назад. Болели рёбра, ключица. И левую ногу саднило ниже колена. В целом всё это выглядело не настолько серьёзно, и я решил, и что с такими проблемами я в любом случае смогу идти. А иметь возможность идти сейчас было самым главным.

Я обошёл автомобиль и замер, встав подле багажника. Там ведь был Рори. Без всяческой защиты, замотанный в одно лишь синтепоновое одеяло. Я присел на корточки и осмотрел багажник с разных сторон. Ни крови, ничего. Просто помятый металл.

— Сэр, может будет лучше, если мы пойдём в наш автобус? Там всяко теплее, чем здесь.

Я пригнулся и негромко позвал Рори по имени несколько раз. Девушки услышали это и насторожились.

— Вы везли в багажнике животное, да? У вас там собака? — спросила Либби. Она хотела подойти ко мне, но стоило ей сделать несколько шагов, как я закричал, теряя всяческое самообладание:

— Ни шагу, сука! Подойдёшь ближе ты, или твоя подружка, обеим шеи посворачиваю! Отойдите обе и не приближайся ко мне!

— Но я только…

— ОТВАЛИ ОТ МЕНЯ!

Либби замерла на месте.

— У него шок. Лучше и правда не трогай его. Иди сюда, — позвала её Кэти, благоразумно держащаяся на расстоянии. Девушки отошли от меня, но в свой минивэн не вернулись. Они издали наблюдали за мной. Я остался один на один с разбитой машиной.

Я постучал ладонью по багажнику, снова позвал Рори, попросил его хоть как-то обозначить себя, сказать что-нибудь. И замолчал, осознав, насколько это нелепо. Я ведь заклеил ему скотчем рот. Как он теперь мне что-нибудь скажет, даже если остался жив после всего случившегося? Совершенно опустошённый, я сел на землю, опираясь спиной о мятый багажник машины. Сгрёб руками немного снега и протёр им лицо. Из груди вырвался нервный смешок. Я вдруг понял, что уже не важно, мёртв Рори или же нет. Ведь даже если он остался жив — что было маловероятно, — я бы ни за что не смог его вытащить из помятого багажника в одиночку. Надо было спасаться самому. Вдалеке я услышал сирены полицейских машин и скорой помощи. Звук стремительно приближался.

— Слышите? Вы слышите, мистер? Они уже едут, помощь вот-вот прибудет! — радостно заголосила Кэти. Она и её подруга замахали руками, пытаясь привлечь моё внимание, а потом побежали на дорогу, наперебой крича: «Сюда, скорее, сюда!».

Первые машины — а это была полиция, — начали останавливаться у обочины, когда я поднялся с земли и через разбитое окно на заднем сидении смог дотянуться до сумки с вещами. Достал её, подхватил поудобней. И кинулся прочь, в тёмную чащу ночного леса. У меня не было ни единой идеи, куда я бегу и что буду делать, если мне удастся оторваться. Я только знал, что мне нельзя останавливаться. Позади себя я слышал крики, просьбы и требования вернуться назад. Ветки деревьев то и дело больно хлестали меня по лицу, я запинался и почти падал, роняя сумку в снег. Мне было чертовски больно, левая нога ныла и наступать на неё становилось всё сложнее с каждым шагом. Но я всё равно бежал.

Видимо, после аварии я и правда был не в себе, находясь под воздействием шока, потому что когда мне показалось, что я смог оторваться от всяческого преследования, погоня меня как раз-таки настигла. Скорее всего, я бежал слишком медленно, просто сам этого не понимал.

— Парень, только не глупи! Мы тебе помочь хотим, не бойся! — пожилой мужчина в полицейской форме тяжело дышал и смотрел мне прямо в глаза. Он выставил вперёд руки, как бы давая мне понять, что не имеет в мыслях ничего дурного на мой счёт. Рядом с мужчиной стояло ещё трое копов. — Ты же не виноват ни в чём, это всё те проклятые хиппи со своей колымагой. Пойдём, тебе бы согреться. Ты ж весь посинел от холода, ну!

Он говорил и очень медленно приближался ко мне вместе со своими коллегами. Скорее всего, Кэти и Либби успели сообщить полиции, что я пострадал в аварии, вёл себя неадекватно, и если мне вовремя не оказать медицинскую помощь, то я могу навредить сам себе. Спустя секунду я опрометью бросился бежать дальше, под ругань копов проваливаясь ногами в снегу.

— Стой! Да остановись же ты наконец, чёрт тебя раздери!.. Вообще ничего не соображает мальчишка!

Наступив на левую ногу и в очередной раз ощутив жгучую боль, я подумал, что уже точно не смогу оторваться от погони, как вдруг мои ноги поехали по снегу. Я попытался ухватиться за ветки деревьев, но это не помогло, и я кубарем покатился вниз. Я зажмурился, обхватил голову ладонями. Сумка вывалилась из моих рук. Когда я открыл глаза, то увидел, что упал с заснеженного косогора. Передо мной, буквально в нескольких метрах, быстро текла широкая тёмная река.