Мой хаос (СИ), стр. 14

— Движение — жизнь, Макс. Особенно движение вдвоём в горизонтальном положении, ага? — Саша улыбнулась, призывно и откровенно пошло проведя языком по губам.

То ли Макс сильно устал под конец года, то ли просто был не день Ардовой, а может, и другие причины сказались, те, в которых человек в здравом уме себе никогда не признается, но в тот момент у Савельева в голове что-то замкнуло.

— Блин, Ардова, тебе не светит, даже если ты к нему голая в душ залезешь! Он гей!

Баааам! Взрыв фейерверка в голове. Твою мать, как?! Как это могло сорваться с языка?! Идиота кусок… Зачем надо было открывать рот вообще?! Макс ощутил лютое желание пойти посидеть на дне без снаряжения, часика два. Но, судя по всему, его оторопь от собственной неспособности держать язык за зубами меркла в сравнении с эффектом, который его слова произвели на Сашу.

— Да ладно?! Блин, ну это же… Это же вообще! Дурдом, как красивый мужик, так педик. Слушай, а точно? По нему вроде не скажешь…

У Макса на языке вертелось множество самых разных эпитетов, которыми ему очень хотелось наградить Сашу, а заодно и объяснить ей, куда идти с такими рассуждениями, но, к счастью для ушей и самолюбия девушки, у нее зазвонил телефон, и она умчалась болтать в раздевалку, не сказав более ни слова.

Макс уставился на пузыри на воде, возникавшие над тем местом, где сидели на дне Женя и Олег. Мда, ему сейчас только радужного флага не хватает и плаката «Руки прочь от ЛГБТ». Что, нельзя было обойтись без откровений про Мештера? Неделю назад всего уже был инцидент с неосторожными разговорами, все, хорош уже.

Но как же мерзко стало от слов этой шалавы…

В своих невеселых мыслях Макс и не заметил, как пролетело время, и Олег с Женей поднялись на поверхность. К тому моменту в бассейн уже приехали другие ребята из дайв-клуба: они сновали по бортику, таская свою снарягу, и обсуждали, а не взять ли в аквариум бутылку шампанского. Идею на корню зарубила инструктор Лена, очень классная, компанейская, но непреклонная в том, что касалось правил безопасности во время погружений.

Мештер был в восторге от нырялки с Олегом, он улыбался, делился с Максом ощущениями, пока стягивал с себя гидрокостюм. Савельев вспоминал о своём первом погружении в Египте, и вообще оказалось, что вода мужчин объединяла не хуже эля и рока. После сорока минут под водой организм основательно подмерз, и Женя зябко поежился, едва согретый его теплом неопрен перестал оберегать кожу от прохладного воздуха. Макс ему помог сдернуть с ноги штанину гидрокостюма и быстро протянул полотенце, которое заранее взял со скамейки. Мештер завернулся в сухую ткань, но зубы уже отчётливо выстукивали чечетку. Савельев кивнул в сторону душевой.

— Лена сказала, еще минут двадцать есть до нырялки в аквариум, иди погрейся в сауне, а то гипотермию схватишь…

— Да уж, наверное, н-надо, — Женя плотнее закутался в полотенце и пошёл к двери в душевую, Макс на автомате пошёл следом за мужчиной, но прежде, чем дёрнуть на себя дверь, тот обернулся. — Спасибо, Макс. Я был настроен скептически, но дышать под водой — это и правда круто, признаю.

Савельев ощутил волну тепла, растекающуюся где-то в груди, и улыбнулся, наконец посмотрев в глаза Жене. А ведь точно, синие.

— То ли еще будет, вот поплаваешь с акулами и, я уверен, захочешь изменить своим мотоциклам.

Брови Мештера забавно дернулись, и он ответил такой открытой улыбкой, что засмеялись даже глаза. Не сказав больше ни слова, Мештер скрылся в душевой.

— Вот это уже совсем интересно, — Макс резко развернулся вправо и оказался лицом к лицу с Сашей. Как давно она здесь стояла и насколько внимательно следила? Кажется, даже слишком внимательно.

— А я-то понять не могу, чего ты так психанул, тебе ж всегда по фиг было, с кем я сплю. А тут как тигрица за детеныша… Вернее, самец за самку… — на лице девушки появилось хищное выражение. — Так тебе, стало быть, твоей-то не хватает, ты на мужиков переключился?

— Ты хлоркой, что ли, надышалась, мать? Бред несёшь, — Савельев сделал шаг вперёд, надеясь скрыться от настырной девицы в мужской душевой, но это оказалось не так то просто: Саша прижала дверь коленом, не давай Максу ускользнуть. Ну не отталкивать же ее силой. Вдох, спокойствие, послать вежливо и доступно.

— Саш, я серьезно говорю. Отвали.

Девушка еще несколько секунд сверлила его взглядом и, наконец, шагнула назад, но успела проговорить прежде, чем Макс вошёл в открытую дверь:

— Многовато педиков на один квадратный метр. Ладно, девушка остается одна, а вы кабинку не сломайте.

— Да я лучше б под него лег, чем на тебя, — Макс с силой дёрнул на себя дверь и шагнул вперед, тут же оказавшись нос к носу со стоявшим за ней человеком, который собирался выйти из душевой. Сердце у Савельева пропустило удар и рухнуло вниз: судя по лицу Жени, он слышал все.

— Я забыл забрать у тебя ключ.

Макс открыл было рот, потом закрыл, сунул руку в карман и протянул Мештеру ремешок. Тот забрал ключ и, не глядя на Макса, пошёл в сторону раздевалки.

— Жень, подожди! Я не то имел в виду, в смысле, не хотел обидеть. Ну постой, — Макс одним прыжком догнал Женю и удержал на месте за плечо. Мештер дернулся, сбрасывая его ладонь и поворачиваясь, так, что Савельев отчётливо увидел сжатую челюсть и нехорошую стальную нотку во взгляде.

Черт, только этого сейчас не хватало. Уж лучше сплетни Астаховой, чем то, что он сейчас услышал. Это прозвучало… Да нет, не гомофобно. Просто отвратительно.

— Жень, я не хотел…

— Я гей, — Макс замер на полуслове, прерванный этим коротким заявлением, произнесенным тихо, но отчётливо. — Тебя это изначально не касалось, но так вышло, что ты оказался в курсе. И знаешь, я ведь не питаю иллюзий: мне известно, как здесь к этому относятся. Я не жду ни понимания, ни одобрения, дело ваше, как это воспринимать. Но я надеялся, что по крайней мере тебе хватит такта не обсуждать меня вот так…

И Мештер шагнул в сторону раздевалки.

Макс хорошо понимал, где он, кто он, и что сейчас произошло. В голове хоть и был круговорот мыслей, сознание все же оставалось ясным, именно поэтому он не сразу осознал, что дальнейшее также произошло с ним. Схватив Женю за плечи и развернув к себе лицом, он с силой прижал его спиной к кафельной стенке душевой и впечатался губами в его рот. Кожу обожгло тепло чужого дыхания, подбородок царапнула чужая щетина, Макс разлепил зажмуренные веки и отшатнулся, прожигаемый насквозь взглядом глаз напротив. Ноги готовы были предательски подкоситься, и Савельев, прошептав хриплое «прости», бросился вон из душевой.

========== Глава 10 ==========

— Макс, открывай! — Плетнев остановился около багажника с полной тележкой. — Я пойду мужикам помогу, там еще вискарь и ящик шампанского. Загружайся пока.

Савельев вылез из машины и, открыв багажник, посмотрел вслед приятелю, который уже помчался назад, ко входу в Ашан. Счастливый, беззаботный Плетнев, уже весь в предвкушении Нового Года. И нет у человека в последний день перед обнулением календаря проблем, кроме одной — хватило бы бухла. Макс подтянул тележку поближе и начал перекладывать пакеты в багажник.

Вот как так получается? Еще вчера ты знал про себя абсолютно все. Ну или был уверен, что знаешь. И все было так, как должно было быть. А уже сегодня твой ровный, отработанный план летит псу под хвост, в голове — хаос, в жизни — хаос, а от тебя прежнего остается только оболочка и… Наверное, привычка жить как раньше. Но так уже не будет.

Четыре дня назад он гнал машину в сторону дома Ольги, все еще чувствуя, как горит на губах поцелуй со вкусом хлорки и безумия. И в голове как заевшая пластинка: не может быть, не может быть, не может… Если человек двадцать два года жизни был натуралом, подобного с ним случиться не могло точно. Максу нравятся женщины, Максу всегда, всю жизнь нравились только женщины, это основа его мироздания, которая не подвергалась сомнениям. Никогда. Так какого черта?!

Ручка у пакета с апельсинами лопнула, и оранжевые кругляши покатились по мерзлому асфальту. Зараза. Саботаж какой-то. Савельев пнул тележку и принялся собирать фрукты, недоумевая, зачем девчонки вообще внесли их в список продуктов. Кто их есть будет?