Балтийская Регата (СИ), стр. 127
Ехали мы на судно и гадали какое оно. Приехали. Металлолом. Стоят в Рио Хаине у причала и рис выгружают. Капитан – старый грек, свалил не попрощавшись. Команда со всего мира. Из славян только пятеро, я, стармех из Болгарии, поляк матрос, серб кок, боцман болгарин, что-то у боцмана не срослось во Французском Легионе. Остальные кто с Филиппин, кто из Малайзии, с Карибских островов двое, даже из Ганы негр был. Все со своей судьбой и все с проблемами на родинах. Выбросят за борт - без проблем, никто и не почешется. И началась жизнь.
Уже ночью на борт полезли грязные и совершенно голые люди с железяками в руках. Они же голодные под причалом жили. У них ничего и не было, даже одежды. Трусов или повязок обычных не было. Всего то дел им нужно было – горсть риса, но за неё они готовы были вас убить. Ну и, походя, тащили всё с палубы. Что плохо лежит. А палуба пустая, даже заглушки мерных труб и те деревянные чопики. Так они и их оприходовали. Дурдом полный. Как вечер – так лезут.
По корме ошвартовался русский теплоход. Что-то привезли. Я их предупредил, что здесь «пираты», они не почесались, а почти у каждого машина на борту. Первую ночь мы жили без пиратов. А на борту русских шёл неутихающий бой. К утру машины все были хламом, с них и в них содрали всё, что могли. Парни были злыми. Старпом предложил мне бесплатно автомат калашникова без патронов. До этого они из Николаева привозили сандинистам в Никарагуа груз оружия и, в спешке, ящик калашей на борту забыли. Я уже бывал в Никарагуа до этого не раз. Помнил, как там выгрузка идёт. За ночь всё оружие выгружали, а команда судна перекрашивала корпус и рисовала новое название судна. Там и танк забыть могли. Жалко патроны не забыли. Ну зачем мне калаш без патронов? Не принял я подарок.
Если честно, то мне сразу понравилась такая жизнь. Сам себе хозяин в определённых пределах. Постоянно готов потонуть. Оттого и вертишься как уж на сковородке и не тонешь. Судовладелец не доволен, что не потонули, но премию даёт без звука, сам в прошлом моряк и на таких судах ходил – знает. Часть премии идёт на хорошую гостиницу для меня и друзей, живём один раз, а завтра может и не быть. Выгрузки долгие и на борту воевать с «пиратами» не охота. Не барское это дело с такими пиратами воевать. Поначалу грузы были нормальные. Сахар-сырец жёлтый с островов в южные штаты США. Оттуда иногда порожняком, а иногда тот-же сахар, но уже белый. Потом филиппинцы ушли, с ними контракт был на уровне государства, за них судовладелец хоть чуточку отвечать должен был, и грузы пошли другие. То взрывоопасная аммиачная селитра, то графит, то динамит. Плохие грузы пошли. Хорошо, что все были легальные. Ну и платили гораздо меньше, чем за нелегальные, но больше, чем за нормальные.
Вот и шли мы с грузом аммиачной селитры на Перу. Это просто удобрение, но оно также используется для производства порохов и взрывчатых веществ. Перевозится безопасно в бочках. Нас же обычно грузили в навал, просто в трюм без тары, как песок или щебень обычный. Также и сахар, и рис, и сою до этого возили.
Казалось
бы, селитра
- простое безопасное удобрение, которое фермеры сыплют в
землю миллионами тонн. Но
в
тоже время селитра может и
беспощадно взрываться, пожиная обильные урожаи человеческих жизней. Именно так в
1947 году произошло в
американском порту Техас-Сити, уничтоженном взрывом самой обычной и
безобидной селитры.
16
апреля 1947
года, утром в половине десятого, судно «Гранкан» (
Grandcamp
)
- грузовой пароход, построенный в
США, и
ходивший под французским флагом, взорвался в порту Техас-Сити. От взрыва пострадали 1500 человек, был снесён с лица земли порт города и сам город. Сам пароход, команду и капитана распылило на составные мелкие части. Кого, как и на какие. Части парохода, его паровой машины в две и три тонны весом находили за два километра от эпицентра взрыва. Трехтонной болванкой от машины парохода был уничтожен грузовик на главной площади города за три километра от причала, где грузилось судно. Это была самая грандиозная техногенная катастрофа в США. Причины? Селитра грузилась не в бочках, а в мешках и всего один окурок, брошенный грузчиком в трюме. Окурок вызвал пожар, а затем и взрыв. Эта катастрофа, конечно по размерам меньше катастрофы в 1917 году в Канадском Галифаксе, но там взорвалось судно, битком набитое взрывчатыми веществами. А не пароход с удобрениями. Сравните 1917 год Галифакс – снесён порт и город, погибли 1963 человека, и взрывная волна снесла все строения в радиусе трех километров. Это был самый громадный взрыв на земле в доядерную эпоху. Одна пятая взрыва в Хиросиме. Как видите взрывы похожие. Нас же постоянно грузили в навал. Понимаете, теперь степень риска?
И вот наша «Литса Д» резво бежала, постанывая, так как с постройки в Японии, была недомерком со слишком большим для неё винтом. Обычно суда её типа бывали с четырьмя или тремя трюмами, а ей отмерили мало металла и сделали её всего на два трюма и всего на 5000 тонн водоизмещения, вместо обещанных 10000 тонн. Вот теперь такая неказистая она и маялась всю свою жизнь. Да и жизнь-то она свою уже жила «за жизнью».
Знаете, что такое «главная корабельная доска»? Их, как ни странно две. Одна с постройки закладывается на киле судна, там ничего не написано, там нанесено всего две линии - линия мидель шпангоута – середина длинны судна и линия самого киля, середина по ширине корпуса судна. Точка их пересечения и есть самая середина