Мелхиседек, стр. 133
пишем, то для того, чтобы в это время без ошибок назвать свое имя и адрес, мы должны оторвать
внимание от процесса написания, или многократно и мгновенно переключать все наше внимание
с письма на свои произносимые выходные данные. Когда мы пишем, мы - пишущая рука, когда
мы смотрим фильм, мы - наблюдатели, сопричастники событий, когда мы любим, мы полностью
находимся в местах самых острых ощущений и т.д. Когда мы о чем-то думаем, то мы полностью в
своих мыслях и не осознаем ничего другого, но это не значит, что мы каждый раз должны
сомневаться в достоверности существования того, от чего мы в данный момент отвлеклись. Также
точно вполне естественно и то, что, сосредоточив все свое внимание на данной жизни, наше
сознание не может одновременно своим вниманием предлагать нам информацию о любой другой
нашей прошлой жизни. Для того, чтобы достать такую информацию, гипнотизеру приходится
переключить внимание нашего сознания с настоящей жизни на прошлую, и в этом случае в свою
очередь полностью из нашего внимания исчезает уже наша нынешняя жизнь. И мы, находясь в
другой индивидуальности, будем точно также недоверчиво воспринимать известие о том, что у
нас есть еще и другая жизнь, с поля зрения которой мы только что соскочили усилиями
гипнотических пассов.
Нам могут возразить, что в быту мы всякий раз легко вспоминаем обо всем, ускользнувшем от нашего сознания, когда переключаем на это внимание, и поэтому не
сомневаемся в реальности того, чего не было до этого в нашем внимании. Тогда пусть кто-нибудь
вспомнит, что он делал прошлой ночью во сне. Сколько раз перевернулся с боку на бок, какая
машина проехала под окном, звуки каких событий раздались за время сна. Или пусть он
вспомнит, что было, когда он был в младенческом возрасте, что это были за ощущения, как он
рождался, рос, познавал мир и т.д. У него не получится. Пусть кто-либо, наконец, вспомнит, что
182
происходило вокруг его персоны, когда он был в обмороке. Никто не помнит. Так что не все, что
только содержит память, можно относить к исключительно реальному. К чему все это? А к тому, что отсутствие в нашей памяти знания обо всех прошлых индивидуальностях еще не говорит об
отсутствии общего индивидуального сознания. Это убеждает нас в том, что на основании только
того, что мы не помним своих прошлых жизней в своей нынешней жизни, нельзя говорить о том, что этих жизней не было. Как видим, память может что-то раскрывать, а может что-то и
скрывать. Это, конечно, хорошо, но лучше бы все-таки мы о своих прошлых жизнях помнили.
Тогда у нас не было бы никаких сомнений. Вроде бы логика подсказывает, что мы правы. Но эта
правота пока не несет в себе оттенков непререкаемого факта.
В таком случае, что может нам об этом сказать, как о непререкаемом факте? Где, все-
таки та самая непрерывность индивидуального сознания? Доказать, то доказали, а как
объяснить, что этого не помним? Как объяснить, что не помним самих себя в разных ипостасях и
судьбах при общей памяти и при общем индивидуальном сознании? Сейчас объясним, но для
этого мы немного отвлечемся, сделаем необходимый виток и ответим на один вопрос - не
приемлемо ли, уделяя столько внимания смерти, разобраться, еще раз - что же такое жизнь?
Ответа на этот вопрос, повторимся, нет, есть только признаки наличия жизни. Мы уже
ознакомились с некоторыми из них, это: клеточное строение, рост и самодвижение, разумность
поведения и … симметричность форм жизни. Это что-то новое для нас, но обязательное для
жизни, как мы сейчас увидим.
Симметричность. Это несомненный признак жизни. В неживой природе симметричны
только планеты и кристаллы некоторых веществ, но в неживой природе симметричность не
является доминирующим признаком, а скорее исключением. А мы относим симметричность к
необходимым признакам жизни не по правилу исключения, а по правилу обязательного
присутствия. Сама клетка, правда, несимметрична, но не делящаяся клетка не может относиться
к живой форме. Суть ее жизни состоит в непрестанном процессе деления. Как живой объект она
не может рассматриваться без этой непрерывно проявляющейся в ней способности, а делится она
на точно такую же клетку, на полное подобие себе. Причем полностью симметрично по
расположению своих составных частей. То есть, проявляет ту же самую симметрию. Симметрия -
зеркальное отображение, но у клетки нет ни правой, ни левой части, поэтому