Извечные загадки науки, стр. 17

твердого убеждения, основанного на изучении

истории науки, что нет и не может быть в принципе

того, что в свое время называли "experimentum сги-

cis", то есть «решающим экспериментом», который

одним разом мог бы подтвердить или отвергнуть пра-

воту того или иного научного положения. Разумеет-

ся, без эксперимента наука, и особенно наука естест-

венная, немыслима. Но в то же время очевиден и тот

факт, что эксперимент как средство доказательства

сам ограничен и относителен. Ни при каких обстоя-

тельствах нельзя быть уверенным в том, что тот или

иной эксперимент проведен с соблюдением всех нуж-

ных условий, со всей требуемой чистотой, при пол-

ном отсутствии воздействия побочных факторов, способных исказить результаты эксперимента. Исто-

рия развития науки достаточно убедительно свиде-

тельствует, что многие казавшиеся непоколебимыми

теории, которые были затем отвергнуты наукой как

ошибочные, в свое время строились на основании, ка-

залось бы, неопровержимых опытных данных. К тому

же любой исследователь, как правило, подходит

к опыту с уже готовой концепцией и ждет от опыта ее

подтверждения, и, что греха таить, часто подгоняет

опыт под требуемый вывод.

Вот почему в данном исследовании предпочтение

отдается логическому методу, но, разумеется, на ос-

нове того эмпирического материала, который накоп-

лен наукой в данной сфере и который мне удалось

обнаружить. Последнее обстоятельство важно, ибо я

не могу заверить читателя в том, что нашел все, что

сделано наукой в этой области. Это невозможно

практически, так как пришлось бы перелопатить все, что написано учеными за всю историю науки, и это

не нужно в плане теоретическом.

В поисках эмпирического материала я постоянно

обращался к истории науки, которая полна удиви-

тельных фактов и метаморфоз. В самом деле, читая

тот или иной современный учебник, нельзя не восхи-

7З

титься стройностью общей картины научных дости-

жений, незыблемостью тех устоев, на которых наука

покоится. Но картина удивительным образом меня-

ется, когда обращаешь взоры непосредственно к тру-

дам тех, кто творил эту науку. Тогда только убежда-

ешься в универсальности положения, что в науке нет

аксиом, а есть лишь требующие доказательства тео-

ремы, гипотезы, предположения. Причем в отличие

от учебников, в оригинальных трудах ученых эти ги-

потезы и предположения вовсе не выглядят такими

незыблемыми и окончательными, какими они стано-

вятся в учебниках: каждое из них представляет по-

иск, сомнения, упорную борьбу с материалом.

Огсюда, кстати, тот, казалось бы, парадоксальный

факт, что теории, созданные учеными прошлого, за-

частую держатся в сознании людей крепче всего, так

как во время их появления не было возможности

проверить их достоверность, и они принимались

и утверждались в сознании людей главным образом

благодаря авторитету соответствующего ученого.

Как писал в этой связи известный физик XIX века

В. Грове, «Никакая теория не может быть менее зре-

лой, ни одна не представляет более шансов неверно-

сти, чем та, которая сложилась под первым впечатле-

нием, произведенным новым открытием; и хотя вре-

мя возвышает авторитет тех, которые ее составили, но время никогда не может дать этим знаменитым, но уже умершим людям, возможность разобрать

и исправить собственные ошибочные взгляды. Это

дается только последующими открытиями. Чтобы

верно оценить значение авторитета, мы должны рас-

сматривать его в связи с теми средствами, которые он

имел для приобретения сведений»'.

И тут поистине неоценимое значение имеет изуче-

ние истории отдельных открытий, анализ оригиналь-

1 У. Соотношениефизицеоких сил. Спб., 1865, с. 3-4.

ных трудов крупных ученых, которые могут дать на-

иболее приближенную к действительности картину

процесса создания той или иной теории или откры-

тия во всей его противоречивости и тем самым под-

вести к неожиданным находкам и выводам.

Любая научная теория без всякого исключения

есгь более или менее правдоподобная гипотеза. Аб-

солютная истина стоит вне науки. Предлагаемая точ-

каЗрения тоже, естественно, гипотетична и, как тако-

вая, имеет право как на существование, так и на кри-

тику. Она научна в той же мере, в какой научны все

существующие гипотезы и теории, поскольку опира-

ется на факты, добытые наукой и признанные ею как

верные, а также на общую логику всякого научного

исследования. Данную гипотезу отличает главным

образом принципиально иная интерпретация этих

фактов, что и дало возможносгь прийти к качествен-

ным иным выводам и результатам.

Насколько предлагаемая здесь гипотеза убеди-

тельна и адекватна, вы узнаете только пройдя вместе

с автором весь путь от начала до конца, т.е. взяв на

себя труд прочитать предлагаемое исследование. Как

автор, я могу обещать только одно: труд этот будет не

только не напрасен, но полезен и, как надеюсь, даже

увлекателен, по крайней мере, для тех, кого не пугает

работа мысли, кто желает немного отвлечься от мер-

зостей нынешней жизни с ее мелочными заботами

и скудными запросами и окунуться в мир захватыва-

ющей научной гипотезы.

О НАУЧНОЙ И ПРАКТИЧЕСКОЙ

НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТИ ТЕОРИИ ФОТОСИНТЕЗА

Начнем разгадку тайны трех сфер с биосферы.

Выбор именно биосферы в качестве начального эта-

па исследования связан с тем, что именно здесь, 75

на мой взгляд, представления человека о физических

основах жизни наиболее шатки и противоречивы.

Думается, что без прояснения до конца вопроса о той

роли, которую якобы играют зеленые растения в по-

полнении атмосферы кислородом, нельзя сделать ни

одного шага дальше в решении остальных задач. На-

сколько удачен и оправдан такой вариант решения

«уравнения с тремя неизвестными» - будет видно

в конце. Прежде чем продолжить изложение, хоте-

лось бы принести свои извинения искушенному чи-

тателю за использование в качестве аргументации

очевидных и хорошо известных ему положений

и фактов, но без них многое может показаться вовсе

непонятным читателю неискушенному.

Теория фотосинтеза, а именно о ней пойдет тут

речь, существует уже что-то около 150 лет. Однако, хотя она и считается одним из фундаментальных

направлений науки, исследующей жизнь растений

в ее основных проявлениях, редко можно встретить

относительно еще какой-нибудь естественной тео-

рии столько противоречивых, часто просто несо-

вместимых суждений и положений, сколько их име-

ется в теории фотосинтеза. Факт уже сам по себе

примечательный. С первых же шагов ее появления

она стала предметом многочисленных и нескончае-

мых до сих пор споров и разногласий. Сегодня, ка-

жется, никто не сомневается в ее истинности в це-

лом, и дело вроде бы за малым - за окончательным

уточнением отдельных не согласующихся вопросов

и деталей теории. Однако при более близком зна-

комстве с этими «деталями» они оказываются на-

столько важного свойства, что становится совер-

шенно очевидно, что вопрос о доказательности и на-

учной обоснованности теории фотосинтеза вовсе не

устарел. Другое дело, что сегодня, судя по всему, ни-

кому нет дела до того, истинна она или нет, и есть ли

вообще такая теория.

Тем не менее, для тех немногих, которые знакомы

с этой теорией не понаслышке, известно, что в отно-

шении самого механизма фотосинтеза существует

больше предположений, чем реальных и твердо уста-

новленных фактов. Время не только не сократило

числа противоречивых гипотез и толкований, но на-

оборот, увеличило их. До сих пор отсутствует единое

мнение относительно химической стороны процесса

фотосинтеза, нет убедительного объяснения связи

двух противоположных и взаимоисключающих про-

цессов, а именно дыхания и фотосинтеза; не находит

своего объяснения отсутствие прямой связи между

увеличением растением своей биомассы и интенсив-

ностью фотосинтеза, хотя теоретически тут должна

быть