Извечные загадки науки, стр. 1

ПОЗДНЯКОВ Эльгиз Абдулович

ИЗВЕЧНЫЕ ЗАГАДКИ НАУКИ

глазами дилетанта

Автор - известный ученый, доктор исторических наук, профессор, академик

Академии естественных наук РФ. Его перу принадлежат многие труды по теории

политики и различным философским проблемам. Среди них: Системны й подход и

международныеотношения (1976), Философия политики (1994) Геополитикая(1995), Философия государства и права (1995), Философия культуры (1999), Философия

преступления (2001), Философия свободы в (2004) и другие.

В предлагаемой читателю книге ученый выступает в новом качестве, как

естествоиспытатель. В ней рассматриваются некоторые важные естественнонаучные

проблемы, которые, по мнению автора, до сих пор не имеют адекватного решения.

Автор предлагает новое и оригинальное их решение, которое, по его убеждению, дает более точную картину окружающего нас мира природы. Книга написана живо и

увлекательно. она, несомненно, будет интересна для всякого современного человека

- образованного, любознательного, свободного от научных и прочих предрассудков и

предубеждений.

Содержание:

Дилетантизм против науки

(Вместо введения) 5

1. Некоторые соображения относительно

физической природы гравитации 20

2. Праздные мысли о происхождении планет

солнечной системы 28

3. Есть ли решение у теоремы Ферма? 56

4. Основанное на данных науки

и многовековом опыте доказательство

органической природы воды 62

О научной и практической несостоятельности

теории фотосинтеза 75

Вода задает загадки.

Роковая ошибка Лавуазье 115

Азот или «зот»? 146

О механизме кругооборота «вода - воздух» 162

Единство жизни во всех ее формах 167

Проблема самозарождения жизни 174

Надолго ли хватит на Земле воды? 181

5. Изменение климата на земле:

причины и возможные последствия для мира

(альтернативный подход) 187

ДИЛЕТАНТИЗМ ПРОТИВ НАУКИ

(Вместо введения)

Дилетантизм, дилетант... В наше время эти понятия ис-

пользуются обычно в негативном смысле и даже с оттен-

ком пренебрежения. Когда котят о ком-то сказать, что он

не разбирается в вопросах, о которых берется судить, или же занимается делом, не имея профессиональной под-

готовки, то говорят: «Он же дилетант», и этим вопрос це-

ликом исчерпывается.

Однако так было не всегда. S XVII - ХIХ веках слово

«дилетант», или <любителы>, было еще уважаемым. В те

времена наукой и разными искусствами занимались глав-

ным образом по влечению души, а не в силу профессио-

нальной подготовки. Да и профессиональных заведений, готовядцик ученых, художников или музъткантов было ма-

ло. Поэтому слово «дилетант», или «любитель», воспри-

нималось буквально и без каких-либо негативных оттен-

ков. Дилетант - это человек, занимающийся искусством

из любви к нему, а не по принуждению, по природной

склонности, а не в силу профессиональной подготовки.

То же скажем и о дилетанте в науке. Хорошо известно, что

все великое и ценное в искусстве и науке было создано

именно такими дилетантами.

Положение стало меняться, начиная с ХIХ и особенно

с ХХ века, когда «любителей» стали постепенно вытеснять

«профессионалы., подготовленные в специальных учеб-

ных заведениях. С той поры слово «дилетант» стало все

больше приобретать негативно-пренебрежительнътй отте-

нок, особенно в устах снобов-профессионалов. Любой же

профессионал непременно является одновременно и сно-

бом, в какой бы сфере деятельности он ни работал.

Если в наше время дилетанта еще терпят в искусстве, да и то с трудом, то в науке н е терпят совершенно. В науке

с ним никто и разговаривать не станет. Я имею в виду, ко-

нечно, науку официальную, организованную в академии, институты и прочие ученые корпорации, хотя, впрочем, другой науки, кажется, уже давно не существует.

Почему я пишу об этом? Здесь имеются две причины: одна частного (личного) свойства, другая - более общая.

Личная состоит в том, что я, как автор, вместе со всеми

своими научными степенями, званиями и трудами, при-

надлежу к тем наукам, которые именуются гуманитарны-

ми, в отличие от наук естественных. В то же время я беру

на себя смелость (или нахальство?) решать (или пытаться

решать) проблемы, относящиеся к сфере наук естествен-

ных и математических, к тому же проблемы достаточно

сложные; берусь, не имея притом ни должного образова-

ния, ни дипломов, подтверждаюцхих мою компетенцию

в соответствующих областях знания. Другими словами, я

выступаю здесь в качестве дилетанта, а тем самым делаюсь

объектом н егати вно-пренебрежительн ого отношения к се-

бе, притом как со стороны гуманитариев, так и со стороны

естественников. В мой адрес любой вправе сказать: «N че-

го он вообще выступает? Ему, что - больше всех надо?»

(это чисто российский вариант); или же что-нибудь вроде:

«д это что за географические новости?» (это уже вариант, скорее, западноевропейский или американский).

Скажем прямо: в России плохо относятся ко всякой

инициативе вообще и в науке в частности, особенно, если

она исходит от дилетантов и, того хуже, - от соотечест-

венников. На Западе, наоборот: инициатива поощряется, и, в отличие от России, прежде всего со стороны именно

соотечественников (не потому ли там так много ученых

с мировым именем?). Данное различие имеет свои осно-

вания: на Западе наука развивалась главным образом в

русле

свободного творчества, независимо от государст-

ва, и ее культурная традиция переходила, не прерываясь, из поколения в поколение. В России же, как до револю-

ции, так и после нее, в годы советской власти, так и в на-

ше время наука существовала под эгидой государства, ученые же рассматривались как чиновники разных науч-

ных департаментов, находящиеся на казенном жалованье.

Тот, кто не принадлежал ни к одному из таких ведомств, не считался ученым вообще, будь он трижды Ньютоном

или Эйнштейном. Что же касается научной традиции, то она, как и многие другие аспекты культуры, прерыва-

лась вместе со сменой режимов.

Однако независимо от разных жизненных обстоя-

тельств и их смены может возникнуть общий риторичес-

кий вопрос: а имеет ли кто-либо право вообще вторгаться

в те области знания, в которых не является профессиона-

лом? Не нарушит ли такое вторжение стройного здания

Науки, на страже которого стоит наука официальная?

С точки зрения последней, видимо, нарушит. В самом де-

ле, если всякий будет предлагать свои мнения (а имя та-

ким «всяким» - легион, и среди этих «всяких» не каждый

в здравом уме), то что станет с наукой?

Но здесь имеются все же некоторые нюансы. Если я, скажем, не имея соответствующей подготовки, навыков, опыта и знаний начну лезть в дела сапожника, часовщика, слесаря-сантехника и т.п., делать им замечания, поучать

их, то всякий будет прав, указав мне, чтобы я не лез в то, в чем не разбираюсь.

Однако между наукой и конкретным ремеслом есть все

же различие. При соответствующей общеобразовательной

подготовке и здравом уме любой человек может иметь

свое суждение относительно каких-то общих научных

проблем с тем же правом, с каким он имеет свое суждение

относительно общих проблем