Поражённые Слоем, стр. 13
– Скоро с такой погодой мы не увидим своих следов, по которым мы пришли сюда, – проворчал Васильев, тоскливо глядя в окно. Там, в узком заметном треугольнике света от фонаря перед входом в домик-приёмную, по-прежнему валил сплошной стеной снег.
– А почему мимо снежника, который был привязан к данному дереву, прошла целая толпа гномов, и никто хищника так и не увидел, хотя деться тому было просто некуда? – спросил Андрей Куров. – Кто и когда притащил цепь, и прикрутил её к дереву? Кто вообще из живых в нашем мире способен ходить в Слой? Кто он, знающий и умеющий пользоваться черепом гидры? Да и где он его взял?
– Ну… тут остаётся только гадать, - развёл руками Зубарь.
– А если их было двое? – спросил я со своего стула и опять смутился.
– Зачем двое? – переспросил Карохин.
Но Куров, похоже, уже начал догадываться.
– Верно, их было двое! – воскликнул Андрей. – Первый – существо из Слоя: в Слое добывает снежника. Для чего, скорее, пользуется мороком. Далее, он траспортирует снежника по Слою до нужного места на нашей границе со Слоем. Второй получает снежника в состоянии под мороком в нашем мире. Привязывает его к дереву цепью. Цепь припасена заранее. Далее, снежник уходит в слой – это возможно – на нём голова гидры, сковывающая любое сопротивление, а также устраняющая возможностью сбежать, так как голова гидры, находясь на границе со Слоем – привязана к цепи в нашем мире и тем самым закреплена и в Слое, с привязкой по местности. И в какой-то момент зверюга просто выпихивается из Слоя Первым и атакует первого из тех гномов, до которых может только дотянуться.
– Давайте ещё раз, – подхватил Зубарь. – Сам снежник бы сюда не пришёл. Вернее, вполне мог бы прокрасться и затаиться, чтобы потом напасть. Да вот только при этом сам себя на цепь он бы не посадил – значит, был ещё кто-то. Тот, кто пристегнул снежника к цепи. Теперь и цепь, и то, что на снежника навели морок (тот красный туман, что видел Торнаул) говорит о том, что зверя привели против его воли. Далее. В открытую снежника силком не притащишь, иначе бы были следы. Значит, снежник шёл через Слой… Вернее, его насильно тащили через Слой. Далее, для нападения снежник должен был выйти из Слоя. Вот тут-то мы сталкиваемся с тем, что никакой житель нашего мира не может заходить в Слой и выскакивать обратно. Значит, действительно, должно быть два субъекта: один ведёт по Слою, второй принимает у него эстафету и встречает снежника в нашем мире, крепит его к цепи, и, возможно, управляет процессом. Почему это не может сделать всё одно и то же существо из Слоя? – Да потому что, повторимся, ни одно существо из Слоя, недавно переместившееся через границу Слоя не способно посадить снежника на якорную цепь – беспроблемно контактировать со сложным специальным металлическим сплавом из нашего мира. Да, Сергей прав – было два существа – слоевое и в нашем мире.
– Кто же эти загадочные двое? – спросил Карохин. – И какова их цель?
– Не знаю, – задумался Сергей Викторович. – Но они явно работали в сговоре.
– Есть ещё вот что, – добавил Андрей. – Если целью была именно данная толпа гномов, то надо было бы так подгадать, чтобы вытолкать снежника в тот момент, когда морок уже развеется и перестанет действовать. А как я понимаю, движение гномов к ангару было спонтанным. Кроме того, должна была осуществляться какая-нибудь удалённая связь между существом номер один из Слоя, и существом номер два в нашем мире. Допускаю, что это существо номер два – человек. В любом случае, мне представляется, что больно хлопотная операция – подготовить снежника там, заморочить ему башку, привести на данное место, подгадать, когда морок почти развеется и вытолкать снежника из Слоя. Фактически, прямо в руки своему второму напарнику в нашем мире, который должен, пока морок не развеялся, успеть посадить тварь на цепь и спрятаться самому, чтобы не попасть под раздачу, а также не быть застуканным на месте преступления. И тут я повторяю свой вопрос: как это всё возможно могло произойти при полной толпе гномов, бегущих к ангару, и ничего не заметивших?
– Скорее всего, подгадать «толпу бегущих гномов» было невозможно и это является простым совпадением, – оживился Карохин. – Тогда обостряется вопросы: «Для чего надо было прятать в засаду снежника?», «Как это можно было провернуть и остаться незамеченным?» и «Кто эти существа?».
– На первые два вопроса я, пожалуй, ничего не смогу ответить – надо думать, – Зубарь растеряно ощупывал себя по карманам в поисках чего-то, потом нашёл, достал пачку сигарет, и нерешительно повращал в руках, вопросительно глянув на Вятлова.
Тот отрицательно покачал головой.
– Так вот, – Сергей Викторович покорно сунул пачку обратно в карман. – Этот второй – человек из нашего НИИ. Так как никто другой по известным всем нам, кроме, быть может, уважаемому Торнаулу, причинам попасть на охраняемую территорию нашего НИИ без ведома охраны не может.
– Кто этот упырь? У этого гада есть причины делать что-то преступное, подвергая жизни своих коллег опасности, а дело всего НИИ – угрозе существования? – взорвался Васильев, шарахнув по столешнице огромным кулаком так, что все вздрогнули, а Карохин подпрыгнул на стуле.
– Ну что ж, пока это только гипотеза, – подытожил Вятлов, жестом успокаивая всех. – Но версия с двумя сговорившимися представляется мне вполне рабочей. Молодец, Сергей, – подбодрил он меня. Пока прошу всех, собравшихся здесь соблюдать конфиденциальность, и о том, что было сказано здесь, ни с кем не обсуждать. А то, если узнает Белов – а он узнает о происшествии, а скорее, уже узнал, то о спокойной работе в НИИ придётся забыть на долгий период.
– Это точно, – Куров задумчиво прицокнул языком. – Будем в кабинеты под роспись входить, а для похода в туалет писать объяснительную.
– А теперь давайте так, – продолжил Владимир Сергеевич. – Снежник очнётся – понаблюдайте за ним. Я бы даже его привязал, да из бассейна ему и так в Слой не уйти. С утра прибудут этологи. Максим, передай, что мне к полудню уже нужны будут предварительные отчёты с предположениями о том, как нам