Любой каприз за ваш донат (СИ), стр. 7

— Саш.

— Что?

— Я сейчас умру.

— Прости. Наконец-то я могу на тебя не просто смотреть.

Конец.

Или…

========== Сцена после титров ==========

— Подожди, то есть только игрушки?

Дядя Юра уехал на вахту, и мы сидели у Маря дома.

— Ага.

— И ни одного парня?

— Нет.

Только что Марь признался, что у него никогда не было парня, а весь сексуальный опыт сводился к использованию игрушек и только. Я считал, что это я здесь неопытный и почти стыдился этого, боясь не соответствовать его уровню. Но оказалось, что все это время он только сидел в чате и все. Меня это вроде бы радовало, потому что ни один из этих дрочеров не дотянулся до него. Но дома мы целовались, успели почти полностью раздеть друг друга, я смущаясь признался, что у меня нет опыта в сексе с парнями. Вот тогда он и ляпнул, что у него тоже.

Усадив меня на диван, который я столько раз видел на дисплее, он дотянулся до дозатора какого-то тюбика.

— Это…

— Молчи. Я все сделаю сам.

Бурную реакцию Маря на каждое мое прикосновение я списывал на природную чувственность, но теперь оказалось, что все это результат того, что его просто касается кто-то другой. Это было в новинку для парня.

Он оседлал меня сверху и упёрся одной рукой в спинку дивана рядом с моей головой. Вторую руку он завёл за спину.

— Офигеть… — пробормотал я проходясь по груди и животу Маря.

Мои руки легли ему на бёдра. Мы оба оказались фетишистами до длинных волос, и Марь всегда распускал мои патлы, а свои уже просто не забирал при мне. Сейчас кончики его прядей касались моей кожи.

Я почувствовал его тонкую руку на своём члене. Она была влажной от смазки.

— Готов? — спросил он.

Я почувствовал, как головка упирается в тугое колечко мышц, почти приготовился к неприятным ощущениям, но Марь лишь вдохнул и расслабился, пуская меня внутрь, обхватывая туже уже сам ствол. Я застонал и непроизвольно надавил на бёдра, толкаясь глубже. Мне сносило крышу от всего происходящего. Я видел на дисплее, каким он становится, когда кончает. Я терял голову от его хрупкости, это пробуждало во мне зверя, который хотел большего. Он так мало весил, что мне ничего не стоило подхватить его под колени и поднять. Прижав его к стене прямо стоя, мне хотелось ловить эти стоны снова и снова; чувствовать, как его перетряхивает от каждого движения внутри; оставлять следы на бледной коже; видеть, как судорожно он цепляется за меня.

— Я больше не могу, — простонал он мне на ухо.

— Давай.

В тот день у Мари Анн так и не было стрима.

Комментарий к Сцена после титров

Я просто не смогла оставить это вот так…

========== 2.1 ==========

Комментарий к 2.1

Убейте меня, но я не могу. Да простит меня автор заявки, читатели, которые уже прочитали и решили, что на этом все, а еще те, у кого в голове сложилась совершенно другая картина в качестве продолжения истории.

Я сменила нумерацию глав. А еще я поменяла ссыль в шапке. Теперь там есть не только мое видение Маря, но и Саши.

Тр-рам-пам-пам. Не кидайтесь тапками. Оно само!

Проблемы в наших отношениях начались практически сразу. Оказалось, что я очень мало знаю о Маре.

Битву за его увлечение я проиграл мгновенно. Точнее против его увлечения. Вебкам остался. Потому что для Маря это было не только заработком, но и общением, возможностью выражать себя. Мои аргументы относительно того, что его могут узнать, Марь пропустил мимо ушей.

Нам оставалось только делать вид, что мы друзья при всех. Ну как при всех… Я не мог просто так привести его в гараж и представить парням. Я не мог позвать его сходить куда-то вместе с нами. Марь же настаивал на том, чтобы я не отказывался от таких тусовок. Решили всей компанией завалиться в кино? Он гнал меня туда, говоря, что отказ рано или поздно наведёт моих друзей на мысль об отношениях, в пользу которых я отказывался от подобных походов.

Меня поражало то, каким Марь становился в некоторые моменты. Он так быстро отстранялся от всех эмоций, будто кто-то щёлкал тумблером и внутри него отключалось все, кроме холодной рассудительности. Радовало только то, что когда я начинал его целовать, у него срывало крышу. Вот прям срывало. Он оказался таким чувственным и отзывчивым, темпераментным. По растерянности и небольшой панике в такие моменты я понял, что для самого Маря такая реакция стала сюрпризом.

Но в гараж я его все же сводил. Только репетиции в тот день не было. На улице лил дождь, и я не стал открывать двери. Мы просто зашли внутрь, и от греха подальше я тут же закрыл дверь изнутри. Здесь было все, чтобы даже пожить некоторое время. Многострадальный диван, который раскладывался и успел пережить много эпичных моментов. Электрический чайник, вода в больших бутылях, даже какой-то чай с сахаром имелся.

— Ого. — Марь подошёл к барабанной установке.

Кончиками пальцев он практически нежно прошёлся по блестящей поверхности краша, а я вдруг начал понимать, что у меня зарождается новый фетиш.

— Нравятся?

— Безумно. — Он опустился на стул и взял с рабочего палочки.

Крутанув одну из них между пальцами, он отбил простенький ритм.

— Теперь я буду отвлекаться на репетициях, — улыбнулся я, разворачивая стул вместе с Марем к себе.

— Будешь, — пообещал он.

Марь и так не был высоким, а сидя вообще не доставал мне и до груди. Поэтому когда он лбом прижался куда-то в район солнечного сплетения, то я только улыбнулся и погладил его по голове. Вне стримов он почти никогда не носил волосы распущенными. А потом я почувствовал, как его пальцы проворно забираются под футболку, а потом и за пояс моих штанов.

— Марь…

На эти действия я реагировал вполне однозначно. Но он уже расстегивал ремень и молнию.

— Хочу тебя. — Один его взгляд на меня снизу вверх, и я просто готов был на все.

Только ему не требовалось разрешения. Он ловко стянул с меня белье и без всяких церемоний облизал сначала головку, затем и вобрал в себя мой уже вставший член. В такие моменты появлялись жуткие сомнения по поводу того, что у Маря никого не было до меня, настолько бесстыдно и откровенно он себя вёл.

— Сколько раз я себе это представлял… — промурлыкал он, оторвавшись от этого великолепного занятия, и потерся о мою руку. — Помогай мне.

Вне вебкама на его голове вечно творилось что-то странное, неаккуратное, будто он специально не расчесывался, чтобы походить на небрежного парня. Вот и сейчас собранные в отвратительнейший пучок волосы покачивались в такт движениям головы. И первое, что я сделал — избавил его от резинки. Намотав на кулак длинные пряди, я представил, как было бы круто сейчас наплевать на все и силой удерживать его голову, двигаясь бёдрами вперёд. Но я боялся, что могу навредить ему. Впрочем, зрелище уже открывалось вполне себе возбуждающее. Хрупкий Марь и крепкая рука с широким кожаным браслетом, которая держит его за волосы во время минета.

Он снова прервался, чтобы стянуть с себя дурацкую мешковатую футболку. Марь прекрасно знал, что барабаны закреплены. Я как-то жаловался ему, что от ударов кардана бочки у меня сползают, поэтому пришлось придумывать крепления в полу. Он отодвинул рабочий и оперся об одну из бочек, чтобы притянуть меня ближе. В таком положении, практически полулежа, он оказался между моих ног. Марь абсолютно не стесняясь смотрел мне в глаза, проходясь по члену языком от самого основания и помогая рукой.

— Я так долго не протяну, — предупредил я, понимая, что уже один вид парня приводит меня в восторг.

— Не сдерживайся, — улыбнулся он.

После этого ему хватило всего нескольких движений, чтобы довести меня до оргазма и не отпустить, заставив кончить на него же, заливая спермой ключицы, шею и даже подбородок. Я наклонился и поцеловал Маря, чувствуя дурманящую смесь его запаха со своим, чувствуя солоноватость губ и проворность его языка.

— В моем рюкзаке есть салфетки, — махнул он в сторону дивана, куда мы побросали вещи.