Гетто внутри (СИ), стр. 10

— Сэл, что у вас случилось?

— А что случилось? — на заднем фоне послышался голос Мишель, и Джон понял, что племянница плачет. — Ничего, у нас всё прекрасно, а ты как?

— Сэл, заканчивай! — пришлось рявкнуть, эмоции плохо поддавались контролю. — Я знаю, что вы в больнице, я здесь, у вашего дома в Голливуде. В чём дело?!

Трубка несколько секунд помолчала, слышались только треск и прерывистое дыхание, а затем Джон услышал, как Салли сглатывает слёзы.

— Это Гарри. Ему ночью стало плохо, острый панкреатит. Но уже всё в порядке, он спит.

— Панкреатит?! — Джон откинулся на спинку кресла, в мозгу быстро вертелся клубок мыслей, совершенно не способных связаться одна с другой. — А откуда у него панкреатит, он же по твоей указке ест только всякую диетическую дрянь!

— Дело не в еде, это из-за препаратов. Новый препарат дал такую реакцию, — Салли тяжело вздохнула и прошептала так, что Джон едва расслышал. — У него ВИЧ, Джон.

========== Глава 10 ==========

— Лесли! — голос матери гулким эхом долетел с первого этажа и ворвался на балкон, последнее убежище, куда ещё не успели добраться гости Реджины.

Лесли захлопнул книгу и снял с парапета ноги в белых брюках и синих спортивках. Это был какой-то невообразимо долгий День Благодарения. Судя по всему, Реджина собрала дома всех знакомых, которые в это время находились на западном побережье, и чем чаще приглашённые официанты удалялись на кухню за новыми порциями сухого мартини и шампанского, тем громче по дому звучали голоса. Особенно Реджины. Лесли успешно отработал роль правильного сына в первые же полчаса, выслушал весь набор положенных равнодушных комплиментов и прочих глупостей от подруг матери, ответил на из года в год повторяющиеся вопросы о жизни, планах и девушках. Все ровно, университет, девушки нет. Да, у такого ладного кавалера нет девушки. И парня тоже нет, уважаемая миссис Кароль, жаль, что ваша эксцентричность сводится исключительно к таким вопросам. Последнее Лесли, естественно, в слух не произносил, однако безумно радовался, когда его оставляли в покое. Это были люди, для которых фасад имел первоочередное значение. Так было всегда. Большая часть гостей водила с Ноланами очень давнее знакомство, они присутствовали на похоронах Роксаны, знали Лесли с самого детства. И знали про Джастина. Но, конечно, на подобных вечерах всякий раз вновь и вновь задавались всё те же вежливые вопросы.

— Лесли, ты где? — похоже, Реджина уже поднялась по лестнице. Лесли поправил свою серую футболку-поло и вышел с балкона. Мать стояла на верхней ступеньке, темно-зелёное коктейльное платье дразнило низким декольте, в ладони удобно устроился широкий бокал с оливкой. Увидев сына, Реджина широко и расслабленно улыбнулась.

— Детка, вот ты где. Отличный вечер получился, правда? Жаль, твоего отца с нами нет, — томный голос, согретый алкоголем, звучал мелодично, ясно давая понять, что об отсутствии мужа Реджина совершенно не жалела. — Что-то я хотела тебе… Ах, да! Я не могу найти свой телефон, пожалуйста, позвони Джону и попроси его подать машину к девяти утра. У меня на завтра планы.

Звук каблуков на лестнице звучал ещё долго после того, как Реджина скрылась. Лесли знал, что её приём продлится до самой ночи, а на утро она едва ли сможет подняться с постели раньше двенадцати. Но позвонить в любом случае следовало: Брукс собирался вечером вернуться, время уже приближалось к девяти, а водителя до сих пор не было. Обычно он не опаздывал, но мало ли, всё же День Благодарения, мог решить остаться на ночь у брата.

Лесли вернулся на балкон и взял с журнального столика смартфон. Ветер с океана нес только шум волн, заглушая гвалт голосов на первом этаже, и это было прекрасно. Облокотившись о парапет, Лесли залез в контакты, выбрал папку “Служащие” и набрал нужный номер.

— Алло? — после девятого гудка в трубке прозвучал женский голос, и Лесли удивлённо посмотрел на экран телефона. Нет, номер был верный.

— Эээ… Добрый вечер, а могу я услышать Джона Брукса?

— Да! То есть нет, простите, он сейчас не может, — голос в трубке нервно сглотнул, было очевидно, что женщина очень переживала. — А с кем я говорю?

— Это Лесли Нолан, Джон работает на моего отца. Ничего срочного, я лишь хотел передать, что машина нужна завтра к девяти утра, — на этом, собственно, вся миссия Лесли и заканчивалась, он мог спокойно класть трубку и заниматься своими делами. Брукс взрослый мальчик, мало ли чем он занят в свободное время. Однако что-то в голосе, звучавшем из трубки, напрягло Лесли. Казалось, его собеседница отчаянно боролась с эмоциями.

— Машина… Да-да, я скажу, к девяти… Нет, то есть… Боже, я не знаю! — и тут женщина разрыдалась с такой силой, что её голос просто потонул в стонах и причитаниях.

Лесли напрягся всем телом. Последнее, чем ему хотелось заниматься, это решать чужие проблемы, однако и бросить незнакомку в истерике казалось неправильным, тем более, что слёзы её очевидно были как-то связаны с Бруксом.

— Простите, мисс, у вас что-то случилось? Как ваше имя? Я могу вам помочь? — Лесли не был уверен, что на том конце соединения его слышали, поэтому старался задавать вопросы в перерывах между всхлипываниями.

— Нет. То есть наверное, я не знаю… Меня зовут Салли, я невестка Джона. Простите, пожалуйста, мистер Нолан, я не знаю… — голос Салли дрожал, ощущалась абсолютная неуверенность, словно она не понимала, что можно было говорить, а о чём лучше умолчать. Лесли решил взять разговор в свои руки прежде, чем расстроенная женщина в порыве бросит трубку.

— Салли, скажите, что-то с Джоном? С машиной? Я обещаю, что до отца эта информация не дойдёт.

Видимо, последние слова возымели действие, поскольку трубка всё же перестала плакать. Последовал долгий вздох, Салли пыталась взять себя в руки.

— Он… Спасибо, да, он же не виноват… Просто… Гарри в больнице, а Джон приехал навестить нас. Он не знал, и его это очень расстроило. Он провёл в палате час и выскочил оттуда как ошпаренный. Я не знаю, куда он поехал, Гарри оставили ещё на два дня, а я с детьми вернулась домой. Джон приехал час назад… Боже, я не знаю, как он доехал, он еле стоял на ногах! И сейчас я не знаю, что делать, он сидит на чердаке, не отвечает. Кажется, звонил его офицер по удо… Мистер Нолан, я не знаю, что мне делать!

Начав говорить, Салли уже не могла остановиться, её речь лилась потоком, подстёгиваемым нервами и усталостью. Лесли сел в плетёное кресло, в котором долгое время скрывался от гостей, и поднёс кулак ко рту, уже не так внимательно слушая голос в трубке. Из этого вихря эмоций очевидно было одно: машину завтра к девяти утра Брукс точно подать не сможет, он и себя-то вряд ли до дома Ноланов доставить сумеет. И это, разумеется, исключительно его головная боль. В конце концов, при чём тут работодатель, мало ли, что там случилось? Очень разумное измышление, очень точное и правильно. Лесли вздохнул.

— Салли, дайте, пожалуйста, ваш адрес.

Уже через пять минут приложение Uber пиликнуло, сообщая, что такси будет на месте в ближайшее время. Лесли спустился вниз по лестнице, на ходу пряча в карманы телефон и права. Оставалась лишь одна мелочь.

— Мама? — Реджина, стоявшая у бассейна в компании гостей, обернулась на голос сына. — Я съезжу в город проветрюсь, ты не против?

— Нет, милый, конечно, езжай. Молодёжи не до взрослых развлечений, что поделать, — последние слова уже были обращены не к Лесли, и тот спокойно и беспрепятственно вышел за дверь и направился к ожидавшей его машине. В другое время Реджина не отпустила бы его без подробных распроссов, но сейчас она была расслаблена. К счастью и для Лесли, и для Джона Брукса.

Лесли сел в такси, и жёлтый седан тронулся с места, навигатор рядом с водителем сообщил, что до места прибытия им оставалось двадцать три минуты. А Лесли откинулся на заднее сидение и уставился в окно, задавая себе один и тут же вопрос.

Что ты, Лесли Нолан, твою мать, делаешь?!

========== Глава 11 ==========