Десять лет спустя (СИ), стр. 8

— Всё равно, — ответил Валентин. — Ирина Львовна, а что, если они откажут?

— Тогда придётся искать дальше, однако это маловероятно. Для моих пациентов места находились всегда, — Врач посмотрела на висящие на стене часы: — Извините, но у меня через полчаса операция.

— Хорошо, будем ждать вашего звонка, — понятливо закруглил разговор Олег. — Всего доброго, — И они с Валей вышли из кабинета.

Стоило им спуститься с крыльца онкологического корпуса, и осознание случившегося легло на плечи многотонной тяжестью, как километровая толща океана ложится на металлическую скорлупку затопленного батискафа, навеки впечатывая её в каменное дно. Олег и в самом деле вдруг почувствовал себя глубоко под водой — таким рассеянным был свет укутанного облачной дымкой ноябрьского солнца. Лишённые листвы деревья чёрными и серыми водорослями тянулись вверх, даже двигаться стало сложнее, будто воздух сделался более плотным. Иногда так бывает во сне, и на миг Олег обрадовался — точно, это же всего лишь сон! Кошмарный сон, в котором Серый лежит в коме с онкологией — разве такое вообще может случиться наяву? Да никогда!

А потом у него в кармане зазвонил телефон, и иллюзия нереальности происходящего разбилась о встревоженный Настин голос.

— Серый в коме, — фраза неприятно царапнула горло, а стоявший рядом Валя сжался, как от удара. — Опухоль мозга, нужна операция. Сейчас ждём ответа из Москвы.

— Ох! Олег, вы как? — судя по тону, Настя переживала по-настоящему. — Помощь нужна? Может, привезти что? Из вещей, еды?

— Не, Настюх, спасибо, — Олег устало прикрыл глаза. — Мы справляемся. Как там Ленка? Не заболела после вчерашнего?

— Сопливит немного, ерунда. Обедать приедете? Или ужинать?

— Обедать точно нет, а насчёт ужина, — Олег посмотрел на Валентина, ковыряющего носком ботинка тротуарную плитку, — подумаем. Я тебе заранее позвоню.

— И когда с Москвой прояснится, тоже звони.

— Ладно. Ты только панику особо не поднимай, договорились? Всё с Серым будет хорошо.

— Ох, надеюсь. Удачи вам там.

— Спасибо, Ленке привет, — Олег повесил трубку и передал Валентину: — Настюха ужинать зовёт. Посмотрим по обстоятельствам?

— Да, — Валя с упорством, достойным лучшего применения, пытался выпинать из щели между плитками клочок пожухлой травы. — Знаешь, а я ведь давно хотел с ним поговорить. Ну, про здоровье.

— Ты хотел, я хотел, — Олег дёрнул щекой. — История не знает сослагательного наклонения. А вообще, он мог бы и сам рассказать, стоик хренов. Вот очухается — проведём с ним разъяснительную беседу. Ибо не фиг.

— Не фиг, — подтвердил Валя и наконец поднял на Олега покрасневшие от непролитых слёз глаза. Бледно улыбнулся: — Как думаешь, тут на территории столовка есть? А то у меня, кажется, желудок к позвоночнику прилип.

— Должна быть, — Олег зорко посмотрел по сторонам. — Пошли, выловим кого-нибудь местного и всё у него разузнаем.

Как и обещала завотделением, ответ из института Герцена пришёл положительный. Операцию там назначили на три часа следующего дня, а это означало, что машина с Серым должна выезжать уже этим вечером. Врачи разрешили одного сопровождающего, и им стал Валентин, которому проще было получить на работе неделю отпуска.

— Давай там, Валюха, держи хвост пистолетом, — не стесняясь чужих глаз, Олег крепко обнял непривычно серьёзного и сосредоточенного друга.

— Есть держать хвост пистолетом, — Валентин заглянул ему в лицо снизу вверх и пообещал: — Всё, что возможно сделать, будет сделано. И даже чуточку больше.

— Я знаю, — кивнул Олег. Вале он доверял как себе, особенно, если дело касалось Серого. — Ни пуха ни пера.

— К чёрту.

Валентин легко запрыгнул в микроавтобус «Скорой помощи», и мигающая спецсигналами машина тронулась с места. Олег проводил её взглядом до угла здания — чувство было такое, словно между ним и удаляющимся автомобилем натягивается тонкая нить. Только бы не порвалась, подумал Олег. Только бы выдержала.

Порыв холодного ветра бросил под ноги горсть тёмных опавших листьев, толкнул в плечо — эй, чего стоишь? Топай домой — у вас там звери голодные, а тебе на работу завтра. И Насте обещал позвонить, не забыл? Олег тяжело вздохнул, признавая правоту ветра, и зашагал к выходу с больничной территории. На ходу вытащил мобильник: — Настюха? Всё, Серый с Вальком уехали. Теперь до утра никаких новостей.

— Понятно. Тебя на ужин ждать?

— Вообще, я домой собирался. Или надо приехать?

Олег не смог бы сформулировать, почему задал последний вопрос. Предчувствие? Что-то в Настином голосе?

— Ты знаешь, было бы хорошо, — бывшая жена немного замялась. — Лена как про Серого узнала, так сама не своя. Мне рассказывать традиционно ничего не хочет, может, хоть с тобой поговорит?

Это в корне меняло ситуацию.

— Ждите, через полчаса буду.

Ужин прошёл в откровенно гнетущей атмосфере. Лена оставила почти полную тарелку, сам Олег съел всё, однако ни вкуса, ни температуры, ни консистенции еды не запомнил. Отказавшись от предложенного Настей чая, он обратился к меланхолично крошащей в тарелку хлеб дочери: — Ну что, Ленок, пойдём погуляем?

Лена вяло кивнула и ушла собираться.

— Одевайся теплее! — крикнула Настя ей вдогонку и понизив голос сказала Олегу: — Весь день так. Есть не ест, разговаривать не разговаривает, лежит на кровати и смотрит в стену.

— Фигово, — Олег тяжело поднялся из-за стола — сказывалась накопившаяся за сутки усталость. — Лен, ты готова?

— Почти! — откликнулась дочка из своей комнаты.

— Я одеваюсь!

— Ага!

Настя, как обычно, пошла его провожать.

— Олег, я понимаю, что не ко времени, но скажи, — она запнулась. — Ты знал? Про Валю и Серого?

— Знал, — Олег накинул куртку. — Ещё с универа.

— С универа? — ахнула Настя. — Вот никогда бы не подумала, мне казалось, что они просто друзья хорошие.

— Одно другое не исключает. Елена, где ты там?

— Здесь, — в прихожую вышла Лена, одетая в толстый свитер с высоким горлом и лыжные штаны.

— По-сибирски утеплилась, молодец, — без подначки похвалил Олег обувающуюся дочку. — Настюх, мы постараемся недолго.

— Хорошо, — и Настя тихо закрыла за ними дверь.