Пальмовое сердце (СИ), стр. 26

– Иди к ней, успокой… – едва слышно прошептал он на ухо Гарри, не выдержав напряжения.

Брат молча кивнул ему и направился к девушке.

– Не подходи! – крикнула она.

От крика перепугался даже Томас, а о Гарри даже говорить нечего. Младший брат попятился назад, но в этот момент Эмма продолжила:

– А ты можешь подходить…

Братья переглянулись, вопросительно пожали плечами, и Гарри направился к девушке. Успокаивать её пришлось довольно долго, но этим приходилось заниматься, ведь как считал Гарри, ей было тяжелее, чем парням, ведь давление куда сильнее было именно на неё. Они-то парни, которым в Африке грозит только физический труд, а вот девушке там придётся тяжело, даже если её будут защищать. Эмма и сама понимала, что ей придётся выживать любыми способами.

Томас всё это тоже понимал, конечно же, только его терпения не хватало, чтобы выдерживать всякие язвительные фразы Эммы, и её периодическое недовольство.

– Слушайте, если мы хотим выжить в Африке, нам придётся сплотиться и делать всё друг для друга. Вы же понимаете, что мы приплывём туда, но будем далеко не единственными. Я хочу сказать, что внешних проблем будет столько, что лопатой не разгребём, и если к ним прибавятся внутренние конфликты, нам придёт конец. Нас по отдельности сломают, как веточку, но если мы соберёмся в «связку веток», тогда уже вряд ли…

– Хорошее сравнение, я не ожидал… – оборачиваясь, сказал Гарри.

– Спасибо. Вы можете хоть до конца жизни винить меня в случившемся, это выбор каждого, опять же. Но если у вас есть желание выжить, тогда я советую объединиться и забыть обо всём…

Их обсуждение длилось ещё в течение двух дней, которые на удивление, прошли довольно быстро. Единственное, что действительно мешало им жить в контейнере – вонь, которая исходила из угла, в котором находился Кайл, начинающий потихоньку разлагаться. В принципе, угол, который был местным туалетом тоже мало приятного приносил, поэтому Кайла они поместили в соседний угол, чтобы в остальной части контейнера ещё как-то можно было существовать.

Периодически Гарри и Эмма сетовали на Томаса за то, что он всё-таки убил четвёртого «путешественника», хотя мог бы этого и не делать. Но с этим уже ничего нельзя было сделать.

На третий день открылась дверь контейнера, но лишь на несколько недолгих мгновений, чтобы закинуть ребятам воду. Это было очень благородно, учитывая, что их собственные запасы уже понемногу заканчивались, а жара, которая нагревала контейнер, была практически невыносимой. Подростки кричали, чтобы кто-нибудь забрал из контейнера труп, но дверь закрылась, и никакого ответа не последовало. Томас, конечно же, начал проклинать того человека, который их слышал, но не откликнулся, а вот Гарри и Эмма затыкали его, как только могли, так как боялись, что их за борт выкинут за острый язык Томаса. Четвёртый и пятый дни подростки в основном спали, чтобы не чувствовать голод и жажду, да и вонь тоже. Все надеялись, что пятый день станет последним, чтобы не испытывать очередные мучения и боль.

Наконец, дверь контейнера начала издавать привычный скрежет.

– Слава Богу, мы приплыли? – взмолился бледный Гарри.

– Надеюсь… – пробурчал недовольный Томас. – Если нет, то хотелось бы услышать, что нас довезут на скоростной лодке.

– Размечтался, – хмыкнула Эмма, вглядываясь в открывающуюся дверь контейнера.

– Все на выход, – прозвучал довольно спокойный женский голос, но при этом чётко слышалось, что английский не её родной язык, слишком уж ломанный диалект.

Ребята начали подходить к выходу из контейнера. Им пришлось немного постоять в дверном проёме, чтобы хоть немного привыкнуть к дневному свету. Первым стоял Томас, следом за ним Гарри, а последней была Эмма. Яркий свет слишком сильно слепил подростков, чтобы те хоть что-то могли увидеть впереди себя. Внезапно Томаса кто-то схватил за руку и потянул наружу, а остальные двое ребят сначала испугались, но образумившись, сделали несколько шагов вперёд, врываясь в завесу из солнечного света. Как только они вышли наружу, тут же зажмурились изо всех сил, и старались руками прикрыть глаза. В это время им сразу же заломали руки за спину, и упёрли лицами в палубу корабля.

– От них несёт, как от какой-то тухлятины, – сказал мужской голос.

– Великолепно…Вы загляните в контейнер, – щурясь, пробурчал Гарри, чувствуя щекой, какое же всё-таки горячее покрытие корабля.

– Хотели помочь, а, в итоге, ни черта не видим… – точно так же недовольно пробубнила Эмма.

– Я тут, если что, – послышался голос Томаса, только такой невнятный, будто бы его тоже «вдавили» в палубу.

– Тебе тоже заломали руки? – спросил Гарри, но после этого сразу же получил удар ногой в бок, которого он явно не ожидал.

– Эй, что там происходит? – спросил Томас, услышав подозрительное кряхтение брата, но затем и сам получил удар ногой в живот.

– Я сказала выходить из контейнера, это раз! Во-вторых, я не говорила о том, что у вас сейчас есть право на разговоры между собой, – послышался тот же женский голос, который приглашал их выйти из контейнера.

– Какая грозная женщина, – хмыкнул Томас.

– В-третьих, я не давала разрешение на то, чтобы ты вообще открывал свою вонючую дыру, – процедила она сквозь зубы. – Ты хочешь со мной поиграть, щенок? – наклонилась она к нему, и прошептала на ухо. – Если я захочу, вам всем сейчас запросто вспорят животы и подвесят так, чтобы кишки выпали, и пока будете болтаться и трястись, ещё и удушитесь в них. Хотите забавно умереть?

Отвечать на подобное было совершенно нечего, поэтому Томас промолчал и сглотнул слюну, понимая, что имеет дело не с какой-нибудь зазнавшейся девкой.

– Я знаю таких, как ты, как облупленных. Поверь, я устрою тебе здесь самый настоящий ад на земле, и ты будешь звать мамочку, чтобы она подтёрла твои слёзки. Готовься… – прошептала женщина. – Поднимите их! – скомандовала она.

– Посмотрите, здесь есть ещё один… – начал говорить один из охранников, но в следующую секунду он едва сдержался, чтобы не вырвать. – Ну и вонь…Там разложившееся тело. Я не советую туда заходить.

Женщина, судя по всему, заглянула внутрь, так как через пару секунд уже были слышны звуки рвотных позывов, а затем уже и их последствий. Томас в голос засмеялся, когда услышал, как только что грозная женщина выплёвывала остатки съеденной еды.

– Ну, как? – спросил он.

Женщина подала знак человеку, который удерживал парня, и тот сразу же начал заламывать Томасу руки ещё сильнее, провоцируя на крики.

– Ах, ты сука…

– То есть, вы заблевали весь контейнер, сидели в этой вони всё это время? Тело почти разложилось в этой жаре, а значит, что он уже несколько дней как мёртв. Плюс ко всему ещё и справляли нужду там?

– Условия, от которых можно не то, что потерять обоняние, а вообще помереть, – сказал Гарри. – Но поймите, пожалуйста, правильно. У нас не было намерений, чтобы Вы облевались, – вполне серьёзно продолжил он.

Томас не выдержал и снова заржал, как конь.

– Значит, вот как? Поздравляю, ребята. Вы оба теперь мои любимчики. Я искренне рада за вас, – сказала женщина и удалилась.

Глаза подростков немного привыкли к свету, и они могли видеть, практически не напрягая глаза. Томас сразу же начал оборачиваться по сторонам, чтобы увидеть это «существо» женского пола, которое так умело спустило его на землю, но вокруг были одни чернокожие мужчины.

Гарри и Эмма слышали далеко не каждое слово этой женщины, но им было уже не по себе, а Эмма была даже в какой-то степени рада, что не стала возникать раньше времени, и наказание коснётся исключительно Томаса и Гарри.

Из троих подростков организовали небольшую цепочку, и они двигались друг за другом. Охрана из шести чернокожих мужчин, одетых только в джинсовые бриджи, всегда держала наготове автоматы «АК-47». Самый практичный и дешёвый автомат, способный на всё, что только придёт в голову. В данном случае, с его помощью можно было очень легко и просто изрешетить непутёвого подростка. Это понимали все, даже Томас.