Гирта, стр. 124
- Да, пойдемте – согласился детектив.
И они все вместе пошли вниз, обратно в деревню у подножья горы. Лейтенант и лесные мужики, переругиваясь басами на свои деревенские темы чуть впереди, Вертура и лесная девушка следом.
- А это что? – когда они уже прошли половину пути, продемонстрировал Майе Гранне загадочный кисет, спросил детектив.
- А это грозовица – даже не глядя, словно это была какая-то безделушка, ответила, отмахнулась, она – трава хозяйки Грозы. Это она растит ее на камнях, на вершинах.
- Прямо так и растит? – уточнил детектив.
- Ну да – засмеялась она – у грозовой травы семян же нету, где молния прижигает, там и вырастет – она объясняла весело и задорно, лукаво поглядывая на Вертуру, словно проверяя, поверит или нет.
- А этот дом и столб? – наконец спросил он.
- Какой столб?
- Железный.
- Что за столб… – передернула плечами девица – не знаю. Никакого столба никогда там не было.
- А домик?
- А от домика осталось только пепелище еще тогда, когда дядя Сид с семьями здесь еще не жил. Рассказывал, его уже не было, когда они сюда пришли. Может молния ударила и сгорел. Как те деревья.
Они спустились с холма. Дождь все не унимался. Кони понуро прохаживались по двору, с печальной надеждой заглядывали в пустые поилки для свиней.
- Ну что, показали вам дом на холме? – иронично спросил староста, с нескрываемой насмешкой оглядывая окончательно промокших до нитки под ударами мокрых веток и листьев полицейских.
- Показали – ворчливо бросил ему лейтенант. Вертура мрачно кивнул в знак подтверждения.
- Давай с Богом, господин полицейский! – махнул лейтенанту рукой первый рыжий селянин и зашлепал босыми ногами по грязи в сторону сараев, продолжать свой труд.
- И бороду себе нормальную отрасти, будешь как мужик, за своего везде примут! – покровительственно посоветовал второй, хлопая его по спине мокрой ручищей – а то нечего с такой бородой по лесам ездить.
- Ага – сжимаясь под его дружескими ударами, отвечал лейтенант, недовольно сутуля плечи.
Полицейские смахнули с седел воду, протерли их плащами и оседлали коней. Майя Гранне следила за ними из дома, глядя в окно, ласково поглаживая по мягким головкам двоих жмущихся к ее подолу маленьких светловолосых детей.
- Черта с два им борода! – ругался, уже когда они отъехали от поселка по просеке лейтенант Турко, теребил свою короткую рыжую бородку и усы - возомнили тут о себе! Самые модные они, бармалеи деревенские!
- Он здесь – внезапно произнес детектив и, обернувшись к коллеге, разъяснил – барон Визра. Хозяйка Грозы сказала, что люди могут дать ей и ее дочерям только кровь, и что ее дочь скоро выйдет замуж и покинет этот лес. Возможно, он ранен, но она не будет держать барона здесь. Она должна уйти с ним.
- Ха – покачал головой, снисходительно улыбнулся лейтенант, тут же забыв о грубых артельщиках и бороде – вы больше слушайте их. Здесь вам в каждой деревне такого понарасскажут, сказочники, ловкачи. Вас напоили, надурили, а вы…
- Пока это только рабочая версия – бросив на него бешеный взгляд, сообщил детектив и, достав кисет, вдохнул из него, как из ароматной подушечки, которую набивают можжевельником и капают сверху немного масла или воды.
Как будто бы где-то далеко ударила невидимая молния. Тараном врезался в подсознание неслышимый обычному уху гром. От этого хлесткого и стремительного удара закружилась голова. Детектив качнулся в седле.
- Надо все проверить, я кажется, знаю в чем дело, мне надо в городской архив… – обстоятельно пояснил он, пряча в поясную сумку загадочный кисет – не знаю, зачем это, но все вокруг устроено так, что бессмысленные вещи порождаем только мы сами в своей дурной голове.
***
Где-то ко времени позднего обеда дождь совсем прекратился. Из-под нависших над лесом высоких серых туч явилось ясное августовское солнце. Низко нависло над рекой, холодным рыжим огнем сияло между деревьями, играло на коре сосен, согревало вымокшую землю. Кто-то на дороге весело подметил, что это к празднику уже начали разгонять тучи над Гиртой и окрестностями.
Детектив и лейтенант ехали по высокому берегу через сосновый бор, от усталости, намаявшись в оказавшихся абсолютно ненужными доспехах, из последних сил едва держались в седле. Но холодный влажный ветерок приятно бодрил, а от низкого, глядящего сквозь стволы деревьев, отражающегося в реке солнца становилось весело. Настроение улучшилось. Тем более скучать в пути не было ни возможности ни времени. Перед полицейскими катилась открытая зеленая бричка в которой ехали какие-то веселые молодые люди, что, наслушавшись всяких разговоров и перетолков, явились из Столицы, чтобы вживую посмотреть на Гирту и посетить самый известный ежегодный фестиваль северного побережья. Пока лил дождь, они со смехом ютились под кожаным навесом, пили вино, оглашали дорогу задорными шутками, чем очень злили промокших и простывших полицейских, что ехали следом. Но когда выглянуло солнце, они опустили крышу и, увидев двоих сумрачных, усталых, мокрых и раздосадованных своим плачевным положением всадников, со смехом предложили им угоститься бутербродами и выпить вина вместе с ними.
- Мы же уговорились ничего из чужих рук не пить! – весело бросил лейтенанту детектив.
- Да черта с два! – весело выругался тот и ловко нагнувшись, как жокей в цирке, подхватил предложенный ему кубок, чем окончательно развеселил молодых людей.
- Лейтенант Йозеф Турко! – с достоинством представился он – тайный советник!
- Принц-изгнанник – также весело бросил им, отсалютовал, детектив – гранд Марк Вертура из Лиры!
Студенты весело рассмеялись и замахали им руками, еще больше развеселившись. По всему было видно, что они ни капли не поверили своим новым собутыльникам.
- Расследуете что-то? - весело потребовали ответов за угощение они.
- А герцогскую тайну вам не выдать? – важно спросил у них лейтенант Турко.
- А если мы вам еще нальем, вы проболтаетесь? – крикнул самый веселый, скорее похожий на преподавателя или аспиранта, чем на студента, в больших черных очках