Гирта, стр. 123

- Леди Гранне? – склоняясь к ней с седла, вглядываясь в юные черты, вежливо спросил у нее детектив. Она вышла босиком, встала рядом со старостой деревни. Серо-русые кудри обрамляли светлое лицо, ниспадали до пояса. Рукава и ворот лейны из грубой небеленой шерсти были украшены крупным узором, вышитым яркой красной нитью, поверх нее на плечи как плащ или пелерина был накинут коричневый, с зеленым плед, с прибитой сбоку большой железной заколкой, чтобы не потерялась, когда в холодную ночь его кладут поверх одеял, чтобы было теплей.

- Да это я – внимательно глядя на гостей пронзительными ясными глазами, ответила она и поклонилась.

- Нам надо в дом на холме – пояснил детектив – туда, где живет женщина, которая выращивает травы для аптек...

- Но там нет никакого дома – видимо приняв его слова за шутку, оскалилась, улыбнулась девица.

- Там есть дом и железный столб – настаивал детектив.

Заслышав незнакомые голоса, из сарая вышли двое работавших там рыжебородых мужчин. Тоже в грубых шерстяных лейнах, но при этом еще и в штанах с обмотками у колен. Держа в руках топоры, потирая запястья, они недобро смотрели на пришельцев. Взялся за стоящую у дверей  обожженную на конце жердь и староста деревни.

- Так. Мы полицейские из Гирты – понимая, что здесь в этих глухих местах, в любых чужаках видят бродяг и бандитов, пояснил, еще раз продемонстрировал служебные регалии и жетон маркиза Дратте, коменданта Йонки, который он успешно забыл вернуть хозяину, детектив – вчера мы были здесь. Там на горе есть дом, сад и огород, еще там есть две могилы и скала с железным столбом по другую сторону горы…

- Врешь, не было тебя тут, и ничего там нет! – грозно крикнул ему один из мужчин у сарая и взялся за оглоблю – как сажу тебя жердью, если не уедешь!

- Там живет женщина, мать Майи Гранне… - разворачивая коня так, чтобы в случае чего можно было дать в галоп прочь по дороге, попытался еще раз детектив.

- Ах вот оно что. Похоже, опять проснулась Хозяйка – горько усмехнулся, словно догадавшись, о чем идет речь, затеребил бороду глава деревеньки – Майя, ступай, покажи господам полицейским. И вы тоже – указал он свирепым мужикам – сходите вместе, чтоб никто не дурил.

- Я сама схожу с ними, не надо им идти! – оскалилась девица и с готовностью, чтоб не ме при ходьбе по лесу, повязала через плечо и талию, как носят солдаты летом плащи, приколола заколкой на боку свой плед. Детектив и лейтенант спешились.

- Кваску? – предлагая заглянуть в дом, спросил староста и криво усмехнулся полицейским.

- Нет – покачали одновременно головами они и зашагали за девицей окружной пологой дорожкой в сторону вершины.

Вокруг, между наваленных кучами источенных дождем и ветром, поросших мхом и кустами черники камней росли  березы и осины. Мокрая желто-зеленая листва скрывала крутые склоны так, что было невозможно понять, далеко ли им еще идти. Большой дом с черными бревенчатыми стенами и крытой дерном крышей остался где-то далеко внизу позади. Дорожка удобным подъемом вела вверх, извиваясь между камней, и детективу подумалось, что без бойкой проводницы, что ловко прыгала босиком по камням и корням деревьев, они бы сами никогда ее не нашли. Вскоре они были наверху. Здесь, на плоской вершине холма росли три высокие, расщепленные молниями и обгоревшие, но все еще живые сосны. Две у каменного обвода когда-то стоящего тут дома и еще одна в стороне. Рядом лежал огромный и округлый, похожий на речной, валун, неизвестно как затесавшийся не вершине горы, среди обломков гранита. Лейтенант и детектив молча подошли к остаткам фундамента - длинное узкое, местами поросшее мхом и травой основание, сложенное из грубо обтесанных камней и укрепленное цементом могло стоять здесь уже не один десяток лет. Здесь, под печальным, пасмурным небом, все было грустно и пустынно. Беспрестанно дующий над лесом ветер и непогода срывали кусты и деревья с вершины, не давали растениям закрепиться. В стороне, на краю склона, была большая плоская скала, Вертура направился к ней.

Там, на камнях отпечатались оплывшие следы хлеставших в нее молний. Посредине была дыра с вертикальными бороздами, какие остаются, когда камень взрывают динамитом. Детектив остановился рядом с ней. Девица подошла к нему, встала рядом. Пригляделась и, видимо, оценив его печальный взгляд и недоумевающее лицо, как будто проникшись к полицейскому некоторым доверием, как-то грустно сообщила.

- Вы не первый.

Всегда дующий над лесом ветер развевал ее выбивающиеся из-под плотного шерстяного платка волосы, горячил румяные щеки.

- Что это было? – только и спросил детектив.

- Хозяйка Грозы – загадочно ответила она.

- Вы смелая – покачал головой Вертура.

- А может я тоже хозяйка грозы! – улыбнулась она и сверкнула глазами, так, как будто бы знала то, чего не знал он, но не собиралась ему говорить.

- У вас все в деревне рыжие, а у вас волосы русые – внимательно разглядывая ее, поделился мыслями детектив.

- А меня нашли у дороги! – засмеялась она – спросите у дяди Сида. 

- А барон Визра?

- Не, баронов не видела, не брала, не ела! – бросила она и снова оскалилась так, что детективу стало даже обидно, как ловко обманывает его эта бойкая лесная девка.

- Ну как увидите, в город везите. В главную комендатуру, у моста на проспекте Рыцарей – посоветовал он ей – там его все ищут. Вашей деревне еще и подарков насыплют.

- Насыплют – не всыплют! – засмеялась девица и побежала прочь. Только засверкали босые мокрые ноги. Вертура пошел за ней. У руин дома лейтенант Турко о чем-то беседовал с все-таки последовавшими за ними наверх рыжебородыми мужчинами из деревни.

- Детишек то у тебя сколько? – строго спрашивал один.

- Четверо – медленным басом, сутулясь под стать настоящему согбенному жизнью мужику, отвечал полицейский.

- Егерем был, говоришь?

- Может и был, не ваше дело, мужички – также грубо отвечал им лейтенант, являя сноровку деревенского общения – у вас своя,