Шаги по воде, стр. 40

— Твой брат старше тебя? — спросила Рене.

— Да, на пару лет. Он работает пилотом на пассажирских авиалиниях. У него семья и трое детей. Двое мальчишек и девочка. И прекрасная жена Нэнси. Иногда я думаю, как хорошо, что родители могут гордиться им, потому что я и Мегги не особенно их радуем.

— Почему ты так говоришь о себе? У тебя очень важная и ответственная работа. Такие как ты, делают нашу жизнь лучше.

— Ну, я думаю, они были бы намного больше счастливы, если бы я вышла замуж и нарожала им кучу внуков, — усмехнулась Оливия.

— Когда я была маленькая, то хотела, чтобы у меня был брат. Или сестра. Кто-то, с кем я могла бы делиться своими секретами и детскими сокровищами. Когда я поняла, что это уже вряд ли случится… — Рене на некоторое время замолчала. — Хорошо, что у меня появилась Джейд.

Оливия скорее ощутила, чем услышала прозвучавшую в голосе Рене тоску и, не удержавшись, обвила руками её талию, прижимаясь ближе. Она чувствовала неотвратимо закипающее желание с того момента, как открыла дверь и увидела Рене на пороге своего дома, но ещё больше сейчас её переполняла непривычная нежность. Ночь, тишина и девушка, которую ей не хотелось выпускать из своих объятий. Наклонив голову, она, чуть касаясь провела губами по её виску и Рене откинулась назад, прижимаясь плотнее спиной к её груди. Яркая вспышка страсти полыхнула внутри, прокатившись раскалённым огненным шаром и сосредоточившись в самом низу живота. Она заскользила губами по её шее и немного прижала зубами нежную кожу. Едва слышный, судорожный вздох был ответом на её бессловесный призыв, и Оливия поняла, что больше её ничто не сможет остановить. Руки заскользили по животу Рене, чувствуя, как под мягкой тканью рубашки вздрагивают упругие мышцы. Оливия продолжала касаться губами её шеи, целуя и нежно покусывая. Её бёдра прижимались к бёдрам Рене всё плотнее, а желание взять эту женщину прямо здесь и сейчас становилось невыносимо острым. Повернув голову, Рене наконец встретила губами её губы и мир пошатнулся, заставляя сердце неистово колотиться в груди. Она больше не могла быть нежной. Оливия целовала её жёстко, глубоко и властно. Подчиняя и обрушивая на неё своё желание, которое грозило разорвать её изнутри. Развернув девушку в своих руках, Оливия протиснула бедро между её ног, прижимая к перилам, а её руки проникли под рубашку, заскользив по спине. Казалось, что время остановилось и, несмотря на мучительно-острое возбуждение, она готова была целовать Рене целую вечность, ликуя и наслаждаясь тем, как эти мягкие, податливые губы отвечают ей. Но когда девушка, плотно сжимая её бедро, заскользила по нему Оливия осознала, что если они сейчас же не примут более устойчивое положение, то рискуют опрокинуться через перила её веранды. Не разрывая поцелуя, она потянула Рене через стеклянные двери гостиной в глубину дома, постоянно натыкаясь на какие-то предметы и что-то опрокидывая по пути. Остатками ускользающего сознания Оливия пыталась вычислить направление к лестнице на второй этаж, одновременно расстёгивая рукой пуговицы на рубашке Рене, а другой, прижимая к себе её бёдра. Она не помнила, как им удалось подняться по лестнице и, только когда они очутились у кровати, немного пришла в себя, осознав, что её джинсы расстёгнуты, а горячие ладони под футболкой нежно сжимают её грудь. Справившись с последней пуговицей, она стянула рубашку с плеч Рене и освободила её грудь, умело расстегнув бюстгальтер. Через секунду брюки упали к ногам девушки и, чуть отстранившись, Оливия освободилась от остатков своей одежды. Мягко уложив Рене на кровать, она задержалась, чтобы избавиться от последней преграды в виде узких, кружевных трусиков. Опускаясь на неё сверху, она не смогла сдержать стон, когда рана на плече напомнила о себе тупой, ноющей болью.

— Тссс, — Рене потянула её к себе и одним движением перевернула на спину, оказавшись сверху. — Так будет лучше, — шепнула она ей на ухо, запуская волну дрожи по телу Оливии.

— Если будет ещё хоть немного лучше, боюсь я не выдержу, — руки Оливии нетерпеливо гладили мягкие изгибы.

— О, я так не думаю, — немного хрипловатый голос Рене был полон обещаний.

У Оливии не было никакой возможности возразить потому как ладонь девушки, спустившись по животу, коснулась её, запуская новый скачок безумного вожделения. Рене была потрясающе-великолепна, неспешно двигаясь, прижимая её бёдрами в такт движениям пальцев. Нежно лаская её грудь, Оливия позволила ей задавать ритм и просто наслаждалась захватывающим видом девушки, расположившейся на ней. Неторопливо и уверенно Рене подводила её к краю. Задыхаясь, Оливия пыталась хоть немного сдержать себя, но, когда пальцы Рене проникли внутрь, не смогла остановить горячую волну, проносящуюся по телу. С её губ сорвался отчаянный стон, который Рене заглушила поцелуем. Крепко прижимая её к себе, Оливия содрогалась от поглотившего её удовольствия.

Только через пару минут ей удалось вздохнуть полной грудью и немного прийти в себя. Приподнявшись, она уложила Рене на спину и опустилась сверху, на этот раз, опираясь на здоровую руку.

— Это было замечательно, — прошептала она ей в губы, прерываясь между поцелуями. — А сейчас мне немедленно нужен твой оргазм.

Бёдра Рене разошлись, позволяя ей устроиться поудобнее и то, как она прижималась к Оливии, ища более тесного контакта, вызвало новый всплеск желания. Но сейчас Оливия уже вполне могла контролировать себя. Она спустилась к груди и, обхватив губами тугой сосок втянула его внутрь, а потом легонько сжала зубами. Прерывистое дыхание и тихий стон подстегнули её проделать то же самое с другой грудью. Затем плавным движением Оливия спустилась ниже, оказавшись прямо между разведённых бёдер, и чуть подув на влажные, мягкие завитки насладилась тем, как напрягаются мышцы под её ладонями.

— Лив, — хрипловатый, полный страсти голос Рене отозвался сладкой судорогой.

— Скажи мне, что ты хочешь, — попросила Оливия.

Больше всего она желала коснуться нежной, мягкой плоти, которая была так близко от её губ, но ей хотелось услышать это от Рене.

— Лив, пожалуйста, — повторила Рене, опуская ладонь на ее затылок.

— Скажи, — едва сдерживаясь, Оливия провела пальцами по внутренней стороне бедра.

— Коснись меня. Сделай это. Боже, мне так нужны твои губы, — прерывисто прошептала Рене, направляя её.

И Оливия подчинилась, словно в бездну погружаясь в желание, и заставляя Рене тихо постанывать. Она так сильно хотела эту девушку, что всё внутри плавилось и страсть огненной лавой выплёскивалась из неё, поглощая обоих. Даже почувствовав пульсацию на своих губах, Оливия не смогла заставить себя остановиться. Она продолжала непрерывно ласкать возбуждённую плоть, пока не подвела Рене к новому оргазму и её бёдра приподнялись, а с губ сорвался протяжный стон удовольствия.

Опустив голову на живот Рене, Оливия потрясённо прислушивалась к её беспорядочному дыханию, понимая, что только что они пережили нечто совершенно поразительное. Пальцы Рене, словно успокаивая, медленно скользили в её волосах. Эта молодая женщина пробудила в ней столько эмоций, что они переполняли Оливию. Их близость оказалась такой яркой и поразительной, словно она никогда не знала других женщин.

— Мне надо идти, — вдруг тихо произнесла Рене, слабо зашевелившись.

— Останься, — Оливия лишь крепче прижалась к ней.

Рене мягко коснулась её плеча и, отстранившись, присела на край кровати, поднимая с пола свою одежду.

— Останься со мной, — повторила Оливия.

— Извини. Я не могу, — тихо отозвалась Рене, принимаясь одеваться.

— В чём дело? — Оливия присела, наблюдая за ней и чувствуя нарастающую панику. — Что не так?

— Нам не стоило этого делать. Мне сейчас совсем не к чему отношения с женщиной, которая влюблена в другую, — спокойно отозвалась Рене.

Уловив нотки сожаления в её голосе, Оливия почувствовала, как кровь ударила ей в голову.

— Правда? Ты сейчас обо мне? А что на счёт тебя и Алекс? — выдохнула она. — Или это работает только в одну сторону?