Шаги по воде, стр. 39

— Боже, Лорен, ну же? — нетерпеливо поторопила ее Эшли.

— Мы сделали ещё одну попытку. И кажется у нас получилось.

— Ты беременна? — воскликнула Эшли, чуть ли не вскакивая с постели.

— Анализы подтвердили, — лицо Лорен светилось от счастья. — У Тайлера скоро появится братик или сестрёнка.

*****

Оливия сидела на веранде, потягивая холодный чай и глядя в тёмное небо над заливом. На столе перед ней лежал телефон. Она ждала звонка от Эшли и вспоминала день, когда последний раз видела Мегги. Она всё ещё ясно представляла её лицо, на котором отражались обида и разочарование. Когда они были детьми тихая, спокойная сестрёнка постоянно крутилась рядом. У Мегги было мало друзей, и Оливия стала её большим окном в мир. Она не могла вспомнить, когда всё изменилось, и Мегги отдалилась от неё. Наверное, это случилось, когда осознание себя вскружило Оливии голову. Вокруг всегда было полно симпатичных девочек, с которыми было так интересно проводить время. Тогда ей совсем ни к чему была компания младшей сестрёнки. Зазвонил телефон, и она схватила его так быстро, словно от этого зависела её жизнь.

— Надеюсь, ты не спишь? — раздался в трубке голос Эшли.

— Я ждала твоего звонка.

— Послушай, Джейд с Рене заезжали сейчас ко мне в больницу. Джейд торопилась забрать Уолтера от Брук, так что я попросила Рене завезти тебе все бумаги.

— Хорошо. Спасибо, Эш.

— Обещай, что будешь держать меня в курсе?

— Конечно, — согласилась Оливия, поднимаясь и возвращаясь в дом. — Я просмотрю всё, что на неё нашли и скорее всего завтра отправлюсь в Сент-Пол по её последнему адресу.

— Ладно. Позвони мне утром. Доброй ночи, Лив.

— И тебе.

Положив телефон, Оливия растерянно оглядела гостиную, в которой царил лёгкий беспорядок и принялась убирать лежащие на виду вещи, одновременно спрашивая себя зачем она это делает, если Рене, скорее всего, даже не станет заходить в дом. Когда раздался звонок, она бросила взгляд в зеркало и, поправив волосы, направилась к двери.

Рене в лёгких светлых брюках и нежно-голубой рубашке, расстёгнутой на груди, стояла на её пороге.

— Привет. Эшли сказала, что ты очень ждёшь вот это, — произнесла она, протягивая тонкую белую папку.

— Да, спасибо, — кивнула Оливия, взяв документы, а потом нерешительно вернулась взглядом к стоящей перед ней девушке. — Может быть зайдёшь? Я могу сварить тебе кофе, или чай.

— От чашечки чая я бы не отказалась, — неожиданно согласилась Рене.

Распахнув дверь пошире, Оливия пропустила её в дом.

— Я успела заскочить домой всего на десять минут, чтобы принять душ, но у меня не было времени, чтобы даже перекусить после работы, — сказала Рене, оглядываясь.

— Если хочешь, можем посидеть на веранде. Там прохладнее и дует бриз с залива, — предложила она.

Оливия открыла стеклянные двери гостиной и Рене последовала за ней.

— Отсюда такой замечательный вид, — Рене зачарованно смотрела на мерцающие огни кораблей и небольших прогулочных яхт.

— Я сейчас принесу чай, — Оливия оставила её и направилась на кухню, не выпуская из рук папку.

Пока нагревался чайник, она открыла её и начала просматривать первые листки собранного материала. Вероятно, здесь было всё, что могло относиться к её сестре, потому что отец Эшли занимал довольно высокую должность, работая в секретной службе. Она нашла копии отчётов по задержанию Мегги в прошлом году. Тогда, чтобы получить эти сведения им с Брук пришлось обзвонить почти все полицейские участки Сент-Пола. Она отыскала сведения об адресе, где проживала Мегги, а также имя парня, с которым она жила. Его звали Кайл Болтен.

Захлопнув папку, Оливия сунула её под мышку и, заварив чай, достала из шкафа чашки.

Рене стояла на веранде, облокотившись на перила и всё ещё глядя на тёмную гладь залива.

— Чай готов, — объявила Оливия, привлекая её внимание. — Я захватила шоколад, раз уж ты пропустила ужин. Могу приготовить тебе что-нибудь, если ты ещё немного подождёшь.

— Спасибо, не надо, — улыбнулась Рене. — Шоколада будет достаточно. Я пытаюсь следить за фигурой.

— Мне кажется, у тебя нет причин беспокоиться. С твоей фигурой всё в порядке, — ответила Оливия, скользя взглядом по светлому силуэту.

— Не хочу доставлять тебе неудобства, — Рене подошла к столику и присела на свободное кресло.

Оливия разлила по чашкам ароматный чай и подвинула коробку с шоколадом поближе к Рене.

— Здесь так замечательно и спокойно, — взгляд Рене снова скользил по тёмному горизонту.

— Ты не против, если я немного почитаю? — спросила Оливия, бросая нетерпеливый взгляд на папку.

— Конечно нет. Там что-то важное? — поинтересовалась Рене.

— Сведения о моей сестре, — пробормотала Оливия, вновь возвращаясь к бумагам.

— Почему ты собираешь о ней сведения?

— Эммм… мы не очень близки. Она живёт отдельно от нашей семьи и некоторое время не выходит на связь. Извини, дай мне пять минут, — попросила она.

— Конечно, — Рене взяла в руки чашку и откинулась в кресле.

Изучая бумаги, Оливия быстро пробегала взглядом по обрывочным сведениям, датам и местам, где фигурировало имя Мегги. Все эти данные были больше, чем трёхлетней давности. А потом информация заканчивалась. За последние три года не было никаких сведений о Меган Девис. И только на последнем листе в коротком отчёте полицейского управления городка Биллингс говорилось о задержании небольшой группы членов общины «Осознание» и где-то в середине списка Оливия нашла её имя с припиской о возрасте и статусе безработная. Сердце пропустило удар, и она ещё раз перечитала последние строчки. Вероятно, стоит начать оттуда. Насколько она помнила, Биллингс находился гораздо ближе, чем Сент-Пол. И в том, что Мегги могла оказаться в какой-то секте, не было ничего удивительного. Задумавшись, она некоторое время молча смотрела на лежащие на коленях бумаги, а потом подняв взгляд обнаружила, что Рене оставив на столе чашку вернулась к перилам веранды. Закрыв папку, Оливия положила её на стол и, поднявшись, подошла поближе, остановившись за её спиной.

— Этот вид покорил меня, когда я увидела его в первый раз, — негромко произнесла она.

— Мне приходится каждый вечер быть в клубе, так что я почти завидую тем, кто может позволить себе наслаждаться тишиной и слушать плеск волн хотя бы ночью, — отозвалась Рене.

— У меня есть небольшой катер. Иногда я делаю именно то, о чём ты сказала, — улыбнулась Оливия. — Если хочешь, я возьму тебя как-нибудь с собой.

Рене не ответила, словно погрузившись в свои мысли, а Оливия шагнула чуть ближе, положив руки на перила по обе стороны от неё.

— Давно ты живёшь здесь? — словно не замечая этого, спросила Рене.

— Уже несколько лет. Это дом моего дедушки, но после его смерти мне пришлось полностью перестроить его. Вообще-то я не собиралась задерживаться в Сиэтле, но когда оказалась здесь уже не смогла уехать.

— А твои родители?

— Они и мой брат живут в Денвере. Я тоже жила там, пока не перевелась сюда. Моя младшая сестра… с ней были большие проблемы, и она уехала из Денвера чуть раньше меня.

— Ты пытаешься её найти? С родителями она тоже не поддерживает связь?

— Это долгая и не очень весёлая история, — Оливия склонилась вперёд и, коснувшись грудью спины Рене, опустила подбородок на её плечо. — Летними вечерами, когда жара спадает, я могу проводить здесь время часами. Почти до рассвета.

— Наверное, я делала бы так же, если бы жила в таком месте. Я люблю воду. Когда я была маленькая, мы жили в доме на берегу океана. Каждое утро мы с папой ходили по берегу к небольшому рыбацкому посёлку, чтобы купить свежей рыбы, а потом мама готовила её на обед.

— А где сейчас твои родители?

— Мой папа работал в консульстве. Он француз и уехал к себе на родину несколько лет назад. А мама… её уже нет, — Рене тихо вздохнула, и Оливии захотелось покрепче обнять её.

То, что происходило сейчас между ними, было таким странным, но ей не хотелось об этом думать. Словно ночь и тишина уничтожили все причины, что мешали им всё последнее время. Сейчас рядом с собой Оливия ощущала женщину, к которой её безумно влекло. И эта женщина, уютно устроившаяся в её объятьях, не торопилась покидать её. Оливия смотрела в темноту, наслаждаясь теплом её тела и чувствуя, как все тревоги постепенно отступают.