Балтийская Регата (СИ), стр. 122
Одно плохо, сразу от проходной военно-морской базы начинались дикие районы фавелл. Да, это там, где сейчас заросший кустарником пустырь и громадные терминалы предприятий. Фавеллы там были страшными, как в Бразилии. Люди пропадали там с концами ещё в начале девяностых. Там можно было передвигаться только на такси, в коллективо, как называют автобусы в Перу, вас бы обчистили не хуже, чем в самих фавеллах. Это сейчас там тишь да благодать, но не в семидесятых. Еще в девяностых я там стоял уже на судне с греческим флагом и всю команду в фавеллах потихоньку обворовали. Даже меня. Меня уже в самом Кальяо.
Осатанев от беспредела местной братвы, команда, а у нас был тот ещё сброд, решила надраться в таверне. Вечерком так и сделали. На их счастье и несчастье другой команды, состоящей из хорватов поголовно, они пили в одной таверне. Кок у нас был серб. Тогда они шибко воевали у себя на родине, ну и не сдержался этот серб Душко – полез на хорватов, как Александр Матросов на дзот, с одними пустыми руками. Началось побоище в стиле американских вестернов. В ход шло всё, что было не прибито к полу. Маленький, метр с кепкой, наш поляк матрос Януш, залез на капитальный стол и действовал с него. Бутылки летели в разные стороны. Наш русский второй помощник дрался один против трёх с переменным успехом. Разгромили таверну в хлам, пока подъехала полиция. Всех отвезли, в участок. Но тут Душан заплатил за всех и наших отпустили. Хорваты остались в участке, у них не хватило золотого запаса или просто они были жадноваты. Наших привезли вежливо в таверну и негласно разрешили доделать дело разрушения последней до конца, только приготовить им триста баксов.
На следующий день мне агент принес местную газету, где и было сказано, что сербский сепаратист и русский экстремист разрушили таверну «Три пескаря». Замените название таверны на местное и получите действительную статью в газете. Не вру. Конечно пострадали и девчонки в таверне, но их все хором быстро напоили и утешили, как могли. Пришлось устроить банде разбор полётов и внушение по типу партсобраний в приснопамятном и ещё тогда только разваливающемся СССР. Банде партсобрание не понравилось, да и мне тоже. Негласно я их поздравил с победой, заказав у Душана хороший обед.
Но это эпохальное событие должно было произойти только через пятнадцать лет. Таверна стояла на месте, и я отправился туда вместе с Цыганом благоразумно на такси. Джас остался на дневальстве. А не надо метить подушку!
В таверне было прохладно и тихо. Весь персонал был мне совершенно не знаком. Моя хорошая приятельница ещё работала в полиции и её мужу коммунисты ещё не отрубили мачете голову на её глазах. Всё интересное здесь было впереди. Мы спокойно поели и поехали в центр Лимы. В музеи, ясный перец, нас не пускали, но Лима сама как музей с её помпезными памятниками неизвестным военачальникам и бесстрашным завоевателям. На улицах было чисто и как-то уныло. Мы пометили порядка двадцати сокровенных мест и укатили на борт «Звезды». Правильно говорят, что в одну реку дважды не войдешь. Что было, то было в будущем, и не иначе. Пора нам в Панаму.
Тем-же вечером, набрав продуктов и топлива, мы ушли на север.
Уже утром мы были на траверзе порта Салавери. Это порт третьего по величине города Перу – Трухильо. Отсюда, из Трухильо, собственно, и пошла независимая страна Перу. Именно здесь все бумажки на это и были подписаны. Вся провинция так и называется Ла Либертад (Свобода). На главной площади города в честь этого стоит памятник.
Город очень большой и отчасти похож на… Москву. Те-же кольца ломают Американскую регулярную застройку. И дома окрашены в разные цвета приветливо и весело, но с дверями домов чисто испанскими. Вы такое можете увидеть в Гаване на Кубе, не обязательно ехать в Перу. Каждая дверь, как дверь крепости, ведь сюда частенько наведывались пираты за золотишком.
Возле города тоже есть пирамиды и город Инков, и доже более древней культуры, только мы уж туда не заходили. Все пирамиды я уже видел, а моим зверям они и не нужны. Может быть и зашли бы, но Салавери не очень удобный порт. Прямо на акваторию порта частично заходит океанская зыбь, отчего у причала приходится вставать со швартовыми имеющими большую слабину и всю стоянку тебя мотает вдоль причала, обдирая краску борта, а если ты набьёшь канаты их просто разорвет очередным тягуном от волны. При такой ненадёжной стоянке даже не стоит и мечтать сходить в город, слишком опасно для яхты.
Купание в океане там тоже с риском для жизни. Даже в очень тихую погоду о пляж бьются волны в два-три метра высотой и постоянно приходится нырять под эти исполинские валы.
Чем дальше на север, тем больше людей живёт на побережье и не всегда они добрые ко всяким яхтсменам. Скорее вовсе наоборот. Вот проходим город-порт Чимботе. Примечательно то, что от океана залив отделяет абсолютно белый остров. Просто этот остров покрыт гуано. Да, конечно, экскрементами птиц. Их там, похоже, метра на три собралось. Здесь уже идут дожди и становится по-настоящему жарко.
Горы вплотную придвигаются к океану. Вон та белая от снега вершина и есть самый высокий пик Перу по имени Уаскаран – 6768 метров с этим особо не поспоришь высотой. Каждое землетрясение она дрожит и с неё срываются обвалы и селевые потоки, убивая всё живое вокруг.
Но люди и здесь живут. Это основной центр рыболовства страны. Именно здесь зародилась и исчезла одна из старейших на нашей планете цивилизаций – чавинская. Исчезнувшая цивилизация просуществовала почти 10 веков, с 1200-го по 200 год до нашей эры, и оставила потомкам не только материальные ценности, но и немало неразгаданных тайн. Самое интересное в Чавине – глубокие подземелья с монолитом Ланзон внутри каменных лабиринтов и музей, где собрано всё то, что найдено при раскопках. Мы ещё сюда вернемся, но не сегодня. Нас ждёт Панама.
Первые дни.
Эквадор и Колумбию я обходил за 150 миль. Не хотел лишних проблем, готовился к Панаме. Ну и немного