Проклятое Пророчество (СИ), стр. 37

Там меня и застал Орестонэль.

- Все готово. Мы можем уехать хоть сейчас. Но ты, наверное, захочешь дождаться Данирэля? Он куда-то ушел и никто не знает, когда он вернется, - озабоченно произнес он.

- Нет, не надо его ждать. Он знает, что я уеду с тобой, - ответила я, довольная оперативностью Орестонэля, и все еще переполненная обидой на Данирэля, не чувствуя сил и желания выяснять с ним сейчас отношения.

Перед въездными воротами на территорию сада градосмотрителя, мы, случайно, встретили хозяина.

- Алинаэль, - обратился ко мне градосмотритель, - спасибо тебе за участие и помощь в нашем спасении. Восхищен твоим мужеством. Знай, ты всегда желанный гость в нашем городе. Надеюсь, еще не раз с тобой встретиться.

- Рада, что смогла помочь, - ответила я любезно, не испытывая, на самом деле, никакой радости, а только тупую усталость.

Мы тепло простились, поклонившись друг другу.

Один из моих воинов сел на скамейку погонщика ящера, я, Орестонэль и еще двое воинов забрались внутрь кареты, и мы двинулись в путь.

Уже в карете, я заметила, что один воин оказался с плохо исцеленными ожогами. А я, зная как это больно, сокрушаясь своему бессилию, пообещала помочь ему, как только сколько-нибудь заметно наполнится мой резерв. А пока, через силу, из вежливости, расспрашивала и слушала, что же произошло с ними, когда меня схватил Лазарэль.

Оказалось, что как только я была похищена, а их противники, поняв, что преимущество не на их стороне, быстро и умело отступили за защищенный периметр сада. Мои воины, понимая, что в открытую ломиться, на территорию противника, малым числом, бессмысленно, побежали за помощью к намеченному месту встречи всего отряда.

Когда воины отряда Адаминэля собрались, каждый поделился добытой информацией. О том, что происходит в городе, где засели террористы, сколько их, какими средствами защиты обладают, приблизительное число заложников и пленников. Все это время, им с трудом удавалось удерживать озверевшего Орестонэля, требующего немедленно выдвинуться на штурм. Безуспешные попытки убедить его, что как бы ни было тяжело в плену, несколько часов я сумею выдержать, не имели успеха. Орестонэля пришлось насильно напоить успокаивающим эликсиром, в который замаскировано добавили снотворное зелье. А Адаминэль решил, что вначале его воины должны хоть немного отдохнуть. Долгая, трудная дорога и сутки без сна, снижали их боеспособность.

Пока остальные спали, Адаминэль с пятью воинами, не рискуя заходить на территорию дома градосмотрителя, под прикрытием Воздушного щита, и со стороны улицы, попытался переговорить с террористами. На основании собранных сведений, он уже понял, что надеяться на успех переговоров бессмысленно, но хотел, для очистки совести, убедиться в этом лично. Вдруг удастся обойтись без неизбежных, в случае штурма, жертв. Но, как и следовало ожидать, террористы упорно выдвигали только одно категоричное требование - освободить Эльфийский Лес от орков и их потомков.

Штурм начался, как и намечалось, ночью. Основной, самой опасной силой террористов оказался очень сильный, умелый и опытный маг Воздуха. Именно он долгое время удерживал на расстоянии воинов Адаминэля, а потом и пришедших на помощь орков, не давая им возможности вступить в ближний бой. И только с появлением Данирэля, Сила которого оказалась превосходящей, эта ситуация изменилась. После жестокого боя, во время которого с обоих сторон были задействованы и магия Стихий и оружие ближнего боя, большинство злоумышленников были убиты, а оставшиеся в живых взяты в плен.

Ох, представляю, через какие сокрушительные муки скорби пришлось пройти асмеронским воинам, чтобы поднять оружие против соотечественников. Тем эльфам, которые многие дни были в плену, собственными глазами видели смерть орков, на себе испытали жестокость террористов, было, наверное, все же чуть проще.

- Не понимаю. Если мотивы Лазарэля хоть как-то просматриваются, то что могло подвигнуть на такое поведение остальных? - недоумевала я.

- Мы попытались это выяснить, и, кажется, мотивы остальных были такими же. Все из-за женщин. Либо полукровки предпочли другого, а значит заслуживают сурового наказания, либо эльфийки предпочли орка, что еще более болезненно для самолюбия. Только двое из них имели другие мотивы. Один, не поделил с орком сферу влияния в торговле дичью. Другой, конфликтовал с орочей семьей из-за того, что они претендовали на проживание в доме, который он приглядел для себя. Ну и, конечно, их всех объединяло чувство собственного превосходства, которое дает владение магией, рождая уверенность в своей исключительности. А еще, ложное представление, что все другие эльфы, в глубине души, так же как и они, презирают и ненавидят орков, считая, их врагами, которым не место в Эльфийском Лесу.

В последующие дни, находясь в дороге, я больше молчала. Ни с кем не хотелось общаться, и не хотелось, чтобы кто-то догадывался как мне плохо. Мой магический резерв восстановился, но трудные походные условия не давали мне возможности расслабиться. Мои мысли крутились вокруг вопроса, как предотвратить подобное противостояние в будущем. И вокруг воспоминаний о нашей ссоре с Данирэлем. Продолжая на него обижаться, я мучительно сомневалась, что, может, все же, не надо было уезжать в такой спешке, не поговорив с ним, не попрощавшись?

Орестонэль ненавязчиво, но неотступно был рядом, стараясь облегчить мне тяготы пути. Его молчаливую поддержку я ощущала постоянно и была ему очень благодарна и за помощь, и за отсутствие вопросов.

***

Благополучно добравшись до Асмерона, первое время мы с Орестонэлем только и делали, что бесконечно рассказывали о событиях в Борнавосе. Кто-то хотел пощекотать себе нервы и развлечься страшным рассказом, кто-то был искренне испуган и озабочен случившемся. И только немногие пытались сделать полезные выводы из полученного урока и подумать, как не допустить подобного впредь.

Излюбленное место общения с близкими, где ведутся, в том числе, и важные разговоры, у эльфов - кухня-cтоловая. Комната отдыха - для отдыха и редких гостей, библиотека-кабинет - для работы, спальня - исключительно личное пространство.

Вот, сидя на кухне, в доме родителей, мы и обсуждали - важное.

- Наступил последний, четвертый, этап действий по нейтрализации террористов, - сказала Еваниэль. - Пора подумать о подведении итогов, оценке предпринятых действий, накопленного опыта, - и обратилась ко мне: - Что ты думаешь по этому поводу, Алинаэль?

- Во-первых, - начала я озвучивать то, о чем уже думала много раз, - неприятно поразила неосведомленность жителей Борнавоса и, в частности, градосмотрителя о том, что делается в Асмероне, какие политические решения здесь принимаются. Это имело фатальный характер и привело к таким тяжелым последствиям. Как легко, оказалось, обмануть градосмотрителя воинам, пришедшим из столицы, и сослаться на несуществующий приказ Королевы. Нужен, если не ежедневный, то хотя бы еженедельный информационный вестник из столицы, со всеми новостями, происходящими здесь событиями и принятыми теми или иными решениями, важными для всех эльфов. Он должен быть магически защищен от подделки и регулярно доставляться во все города. Причем, в большом количестве экземпляров, чтобы все жители города были в курсе происходящего.

- Молодец, - похвалила меня Еваниэль, - в моем мире это называется “газета”.

- Во-вторых, - продолжила я, - надо добиться того, чтобы расстояние до других городов преодолевалось за кратчайшие сроки. Для того, чтобы быстро доставлять такие вестники. И чтобы помощь, если она потребуется, подоспела как можно скорее. Да и чтобы жители других городов могли, как можно чаще, наведываться в столицу и собственными глазами видели, что здесь происходит.

- Ты хочешь поставить придорожные трактиры, со сменными ящерами, вдоль всех дорог, а не только в Эльгномор? - уточнил Эдмунизэль.

- Ну, трактиры это у орков, а нам, я думаю, лучше построить придорожные гостиницы с ресторанами.