Академия времени, стр. 43

Выдохнула и обессилено упала в кресло. Нарай молчал минуты две, изучая меня въедливым взглядом, после чего вновь улыбнулся и одарил меня скупыми аплодисментами.

— Какая пламенная речь, — произнес он, прекратив хлопать. — Готовилась или это экспромт?

Я лишь устало взглянула на нарая и отвернулась. И чего я ожидала? Того, что меня поймут и пожалеют? Глупо было надеяться на это. Меня всегда жалела и понимала только мама. Ну и еще разве что старый Хабонио, истопник господина Прожирани, который подкармливал меня в детстве украденными с хозяйского стола сладостями.

— Я проследил весь твой путь с появления в этой линии бытия, Юнила. И не стоит полагать, что мною были не замечены созданные для тебя условия, — продолжил Хронос. — Присутствие и влияние твоего отца очевидно, как и то, что это именно он направил тебя ко мне.

— С меня хватит! — выпалила я, вновь вскакивая. — Вы утверждаете, что не желаете мне вреда, так отпустите. Да, я совершила ошибку, придя сюда, но все ваши намеки и подозрения абсолютно беспочвенны, потому что я никогда, ни единого раза за всю жизнь не встречалась со своим отцом и понятия не имею, кто он!

— Знаешь, я бы даже поверил тебе, — слегка наклонив голову набок и с интересом рассматривая меня как какое-то интересное животное, проговорил нарай. — Если бы не одно «но». Запрет на вмешательство в судьбу носителей высшей крови нисколько не мешает наблюдать со стороны. Я сам, лично, видел тебя общающейся с заботливым родителем, и не единожды. А это как-то не вяжется с твоим утверждением, что мои подозрения беспочвенны. Да и не подозрения это — убежденность.

— Вы меня не отпустите? — спросила я дрожащим полушепотом.

— Я тебя не держу. Можешь уходить. Но ты должна понимать, что если мы сейчас не достигнем договоренностей, то мне придется начать действовать, чтобы предвосхитить твои замыслы, какими бы они ни были, — небрежно пожав плечами, ответил Амниос Хроно.

— Вы угрожаете? — спросила в надежде, что мне только показалось.

— Ни в коем случае. Я всего лишь констатирую необходимость контрмер, — вежливо улыбнулся нарай.

Собрав последние крохи самообладания, я задержала дыхание, чтобы побороть подступающие к глазам слезы, и выпалила:

— Что я должна сделать, чтобы вы перестали обвинять меня неизвестно в чем и оставили в покое?

Хронос усмехнулся, но что-то в его усмешке показалось мне неуместным. Возможно, я ошиблась, но эта кривая ухмылка отдавала горечью и грустью.

— Единственное, что ты можешь сделать в данной ситуации, — это исчезнуть, — неожиданно резко и непримиримо произнес нарай.

— Куда? — глупо вытаращившись на него, спросила я.

— Как можно дальше, — вновь усмехнулся Амниос Хроно. — Но я понимаю, что отец не позволит тебе отступить. Слишком долго он был в тени и теперь, решившись, не откажется от задуманного.

— Вы так хорошо с ним знакомы? — поинтересовалась я, смирившись с необходимостью продолжать это абсурдный разговор и откинувшись на спинку кресла.

— Мы были одними из первых, — задумчиво проговорил нарай. — Пусть теперь мы и враждуем, но были времена, когда Хаос был моим братом и другом.

— Хаос? — спросила я шепотом.

— Да, мы слишком разные и, как показывает история, не можем существовать вместе, — продолжил Хронос. — Я — основа порядка и точности и он — бунтарь, не приемлющий постоянства, попирающий все законы и запреты. Теперь уже и не важно, что же стало причиной противостояния, но меня устраивает сложившаяся ситуация. В ней тоже есть некое подобие порядка и постоянства. Хаос же, как я понял, решил в очередной раз разрушить созданную мною симметрию существования лишь для того, чтобы доказать, что он более близок к совершенству, нежели я.

Я лишь смотрела на сидящего напротив мужчину, нахмурившись в попытке осознать то, что он только что сказал.

Мне понятно было лишь два момента: во-первых, Хронос считает, что я дочь Хаоса, и, во-вторых, с Хаосом у них давняя вражда. Следовательно, мне как дочери врага на дружбу или хотя бы снисходительность рассчитывать не стоит.

— Вижу, что сотрудничать ты не готова, — продолжил нарай, лениво растягивая слова. — Но меня не устраивает недосказанность. И потому ты останешься здесь до тех пор, пока не созреешь для откровенного разговора. Я, разумеется, не буду удерживать тебя силой, но не советую покидать дворец до тех пор, пока мы не договоримся. Удерживать от активной травли ориентированных на все проявления хаоса ловчих хлопотно и лишено смысла. Устраивайся, найдешь меня, как только будешь готова рассказать о планах Хаоса.

Амниос Хроно встал и направился к выходу. Я тоже вскочила и последовала за ним.

— А как же академия? У меня занятия… И Кико… — беспомощно лепетала я, следуя за богом по пятам.

— В академии о тебе никто даже не вспомнит. Это касается и кикиморы, — безразлично ответил Амниос Хроно.

— Нет! — воскликнула я. — Не отнимайте хотя бы подругу.

На глаза навернулись слезы, и я отвернулась, чтобы не показывать жестокому божеству свою слабость.

— Ну хорошо, разрешаю оставить кикимору при себе, — неожиданно произнес нарай и вышел, пройдя прямо сквозь Кико.

В следующее мгновение подруга отмерла и начала озадаченно озираться.

— Ну? — недоуменно спросила она. — Вперед, к знаниям и откровениям!

— Уже не надо, — только и смогла произнести я, с грустью глядя на подругу.

Похоже, я только что обрекла нас обеих на совместное заточение в стенах дворца.

— Что значит не надо? — возмутилась кикимора, войдя в помещение и с любопытством осматриваясь. — Ты ищи на тех стеллажах, а я с этой стороны начну, — распорядилась она, указав мне на стену справа.

Стеллажей здесь действительно было очень много. Всю полукруглую стену покрывали разделенные на ячейки полки. И в каждой ячейке хранилось от одного до нескольких кристаллов. Ячейки были подписаны, но таблички оказались совсем маленькими, и, чтобы прочитать надписи, нужно было приблизиться вплотную к стеллажам.

— Да, похоже, придется потратить немного больше времени, чем я думала, — протянула Кико. Тяжело вздохнула и с неохотой признала: — Да мы и за неделю не справимся.

— А нам теперь торопиться некуда, — проговорила я, без особого рвения пробегая глазами по надписям на табличках.

Это были в основном даты, которые мне ни о чем не говорили.

— Вообще-то к утру мы должны быть в академии, — проворчала подруга. — Так что все же поторопись.

— А нас теперь в академии никто не ждет, — пробурчала я, водя пальцами по поблескивающим от света магических светильников табличкам. — Видишь ли, Кико, я только что имела честь беседовать с нараем Амниосом Хроно. Беседа прошла, мягко говоря, непродуктивно. И мы с тобой теперь — гости нарая на неопределенный срок. Вернее, до тех пор, пока не разберемся, что же он хочет от меня услышать, и я не скажу ему это.

Послышался грохот, я обернулась и увидела кикимору сидящей на полу возле лестницы. Видимо, девушка настолько удивилась услышанному, что свалилась с лестницы, на которую взобралась, чтобы исследовать верхние ярусы стеллажей.

— Это ты сейчас так пошутить пыталась? — проворчала подруга, кряхтя и потирая ушибленное бедро.

— Нет, это я пыталась поделиться случившимся в самой мягкой форме, — улыбнулась я, убедившись, что кикимора не покалечилась.

— Я бы не сказала, что было мягко, — продолжала возмущаться Кико. — Что значит «имела честь беседовать»? А я, по-твоему, в этот момент где была?

— А ты стояла за дверью. Он тебя остановил, вернее, время для тебя остановил, — объяснила я подруге. — А потом еще и прошел прямо сквозь тебя. И да, прости меня. В заточении должна была остаться только я, но мне было страшно, и я попросила не отнимать подругу. Так что теперь мы обе пленницы нарая.

— Не пленницы, а гостьи, — усмехнулась кикимора. — Если бы мы были пленницами, то сейчас спускались бы в подвалы в сопровождении ловчих. К тому же я давно хотела лично познакомиться с нашим нараем. Вот теперь он точно никуда от меня не денется.