Во имя жизни: Золотые поля (СИ), стр. 90

— Давай немного поднажмём!

Переглянувшись, мы резко ускорили шаг и уже практически бегом направились к бледным факелам, поблескивающим среди стройных деревьев.

«Не вини Тесс во всех грехах, глупец! — одна и та же мысль по-прежнему крутилась в голове, заставляя, наконец, прислушаться и подчиниться. — Эта молодая женщина уже не раз доказывала свою безграничную преданность».

И правда, следовало проявлять чуть больше мягкости, но всякий раз, стоило лишь немного расслабиться, как насмешливая судьба преподносила очередной сюрприз, от которого кровь леденела в жилах. И я смертельно боялся ошибиться, в очередной раз просчитаться с выбором. Тереза вручила цветок. Чувства одолели разум, поработили душу, и я уже ничего не мог с собой поделать.

— Рик! — воскликнула Джулия, застывая на месте, стоило лишь приблизиться к спасённым беглецам. — Наконец-то вы вернулись!

— Нам с трудом удалось прорваться! — впопыхах поведал я, изучая глазами женщин в поисках Терезы.

— Где же остальные? — пропищала одна из юных девушек, плотнее кутаясь в тёплую шаль. — Почему вас вернулось так мало?

— К сожалению, люди, пришедшие из «Хелдона», превзошли не только по численности, но и по качеству своего вооружения. Мы не смогли тягаться с обрезами, — кратко рассказал я, во второй раз обводя взглядом столпившихся женщин. — Джулия, где Тесс?

— Что? — удивилась девушка, приподнимая брови. — Думала, она осталась с тобой…

— Нет, я отправил Терезу следом за вами! — Слова Джулии заставили кровь похолодеть в жилах, а сердце забиться быстрее. — Разве она не пришла?

— Прости, Рик, — протянул Николас, переглядываясь со своей женой и разводя руки в стороны, — но весь путь мы прошли без Тесс.

Эта новость прозвучала как зловещий гром среди ясного неба. Я так спешил догнать остальных по большей части из-за желания убедиться в том, что Тесс в порядке, и совсем скоро встретится с матерью, получит ответы на все свои вопросы, но, видимо, догадки подтвердились и рыжая негодница ослушалась приказа! Словами не описать, какой шквал эмоций обрушился на меня в ту же секунду, накрывая с головой. Здесь нет других вариантов: либо Тереза предала доверие и вернулась к Хелдону сразу, как я отослал её, либо теперь находится в руках Грегора.

— Возможно, Тесса потерялась в лесу, — сбивчиво предположила Джулия, — или вы разминулись, и скоро она будет здесь…

— Чёрт! — выругался я, не особо прислушиваясь к лепетанию подруги. Захотелось провалиться сквозь землю от досады и тревожного предчувствия, щемящего сердце. — Александр, уводи их всех к пещерам, а мне нужно вернуться.

— Ты не найдёшь её! — возразил товарищ, стараясь отговорить от столь необдуманного шага. — Не сходи с ума, а возвращайся вместе с нами в лагерь! Ты нужен своим людям живым!

— Можешь не волноваться, ничего не случится, — отозвался я, выхватывая охотничью винтовку из рук Джулии, а потом перекидывая через плечо. — Если не вернусь до заката будущего дня, собирай людей, и выдвигайтесь к «Хелдону».

— Что ты замыслил? — взволнованно спросил Николас, оставляя жену и приближаясь. — Все ещё думаешь, Тесс могла предать нас? — едва слышно просил он, склонив голову к плечу.

— Не знаю, что сказать, — честно отозвался я, и сразу же ринулся в сторону непроходимой чащи, которую всего лишь несколько минут назад с успехом миновал.

— Подожди! — попросила Джулия, бросившись следом за Николасом. — Мы пойдём с тобой!

— Плохая идея, — сдержанно проговорил я, хотя в глубине души всегда знал, — эти двое не оставят в беде.

— Не рассчитывай, что сможешь отговорить нас! — добавил Ник, догоняя. — Александр и сам доведёт женщин до пещер, а тебе точно пригодится помощь. Одному возвращаться в «Золотые поля» небезопасно.

— Думаешь, что Хелдоновцы все ещё шныряют по пепелищу? — шёпотом спросила Джулия, но до ушей донеслось каждое слово. — Они могли схватить Тесс?

— В любом случае мы обязаны проверить, — невозмутимо заявил я, поглядывая на друзей через плечо.

— Тесса будет в порядке, — пробормотала Джулия, стараясь ободрить.

Со стороны и распознать невозможно, какие чувства и эмоции одолевают душу в ту или иную минуту. Иногда я и сам себя не понимал. Внутри скопилось столько противоречий и нравственных предубеждений, страхов и бесплодных тревог! Я в буквальном смысле слова не знал, что и думать. В одну секунду казалось, что Тереза ни при чём, и хотелось отыскать её, прижать к себе, ощутить аромат рыжих волос и почувствовать ни с чем не сравнимое успокоение, которое получал исключительно в её обществе. Однако уже через несколько минут сомнения вновь овладевали разумом, и я уже не мог безоговорочно размышлять о невиновности своей спутницы жизни. Приходилось страдать от собственной неопределённости, и я понятия не имел, что со всем этим делать, как поступить, и каким образом разобраться с мыслями, расставить их по местам.

Безусловно, чувства к Терезе лишь усиливали злость и подозрения. В любой другой ситуации мне бы ничего не стоило обвинить девушку в предательстве. Но теперь, когда душа металась в теле раненой птицей, а сердце предательски сжималось в груди при малейшей мысли об измене, стало ясно, что чувства целиком заполнили собой сознание, выживая последние остатки благоразумия. Я, сам того не подозревая, оказался вовлечён в круговорот из поразительных и фееричных событий, увлекающих в свои шумные волны из откровенной лжи и бессовестного обмана! И теперь молил бога только об одном: желал отыскать Тесс в лесной чаще или же в самом лагере, иначе придётся признать собственную ошибку, которую на этот раз уже никто не спустит с рук.

Всё естество тянулось к Терезе, и я осознанно выбрал её, сделал своей женщиной и партнёром, предоставил доступ к слишком личной информации, открыл душу, пусть и не до конца, но во многом пролил свет на туманное прошлое. И если выяснится, что вновь промахнулся, доверился не тому человеку, то все пропало. Я не только не приведу Терезу к матери, но и сам никогда не вернусь в пещеры, а лишь смирюсь с уединённой жизнью где-нибудь в чаще. Они изберут другого лидера, в конце концов, Бринейн может занять своё место по праву, ведь никому не нужен предводитель, который не в состоянии отделить зёрна от плевел. Да и сам я, позволив однажды манипулировать собой, не смогу мудро управлять общиной. Всё будет кончено. И мир в душе безвозвратно покинет меня.

***

Обратный путь отнял большую часть времени. Мы случайно сбились с основной тропы и приблизились к широкой дороге, ведущей к «Золотым полям». Обратив на это пристальное внимание, пришлось передвигаться ещё медленнее. Сперва мы отдалились от злополучной петлистой дороги, по которой в любой момент могли пройти Хелдоновцы, а потом уже и отыскали тесную тропу вблизи глубоких оврагов и вязких топей. К тому моменту небо на востоке посветлело, и я уже знал, — мы почти достигли своей цели, однако, всё равно оказался не готов к зрелищу, представшему перед нами. Стоило лишь приблизиться к опушке, как зловонный запах опять защипал носоглотку, а видневшееся сквозь хвойные деревья пепелище в очередной раз взволновало душу. С огромной тоской и глубоким разочарованием в собственных силах, я смотрел на руины родного дома, ощущая, как сердце предательски сжимается в груди, а тревожное предчувствие все сильнее овладевает телом и разумом, заставляя с опаской и осмотрительностью двигаться дальше.

— Если Тереза осталась в лагере, мы в любом случае отыщем её, — уверенно сообщил Николас.

Кивнув, я молча вышел из укрытия и, внимательно осмотрев пепелище, не спеша двинулся вперёд через широкую поляну, застланную подмёрзшей грязью. Действительно, зрелище не для слабонервных. Не считая обугленных трупов соплеменников непосредственно на самой поляне, сразу за её пределами мы наткнулись на бездыханное тело Мейсона, а чуть дальше обнаружили искалеченный труп девушки с огромными колотыми ранами на теле. Видимо, это была та самая несчастная молодая женщина, на помощь которой я и отправил беднягу Мейсона, почившего от многочисленных выстрелов в грудь. Склоняясь над телом девушки, я бегло осмотрел характер её ран и нахмурился, обращая особое внимание на перепачканные бордовыми пятнами бёдра. Кровь запеклась и покрыла практически все гениталии, но и этого оказалось достаточно, чтобы осознать, — беззащитная была зверски избита и изнасилована, а её обидчик вдоволь насладился муками своей жертвы.