Во имя жизни: Золотые поля (СИ), стр. 9
IV
Весь день я старалась держаться подальше от разговоров о пленнице и вирусе: всё утро, за обедом и даже на занятиях. София, без сомнений, обратила на это пристальное внимание, но все попытки докопаться до истины и выяснить причину не увенчались успехом. Мысленно я постоянно возвращалась к событиям минувшей ночи, прокручивала в голове всё то, невольным свидетелем чего стала. И не было спасения от воспоминаний. Наверное, стоило расслабиться, но от единой мысли об очередной прогулке по туннелю внутри всё сжималось. Я уходила в себя, раздумывала о несчастной пленнице, припоминала её раны… Даже за ужином тревога не покидала ни на минуту. Должно быть, я выглядела слишком растерянной, или Софии просто надоело молчание, но в одну минуту она отодвинула тарелку в сторону и громко позвала:
— Тесса.
Я не ответила. Помолчав с минуту, подруга с тревогой снова нарушила тишину:
— Тесса, всё хорошо?
— Разумеется.
Я кивнула, уставившись в тарелку с едой.
— Ты с утра сама не своя. Что-то произошло?
— Говорю же, всё в порядке, — ответила я, с трудом скрывая раздражение.
Не хотелось обсуждать то, что произошло прошлой ночью. Вздохнув, я схватила ложку и стала через силу поглощать ужин. Стоило подкрепиться перед неминуемым возвращением в подземелье, но аппетит отсутствовал. Возможно, меня терзали угрызения совести, но каждый раз, стоило лишь вспомнить о пленнице, как ком подступал к горлу.
— Тесса, мы с детства не расставались, — вновь заговорила София и сжала мою ладонь в своей руке, — и знаем друг друга слишком хорошо. Прошу, откройся.
Неуверенно взглянув на неё, я покачала головой и, понизив голос до шёпота, произнесла:
— Не могу, извини.
— Это касается Грегора, не так ли? — догадалась подруга, хмуря брови.
— Возможно, — отстранённо ответила я.
— Рассказывай!
София с силой сжала мою ладонь. Её взгляд пронизывал насквозь, и если уж подруга что-то заподозрила, так просто от неё не отделаться. Сколько раз девушка вытаскивала меня из депрессий, заставляла верить в лучшее и двигаться навстречу хоть и неизвестному, но будущему. Я никогда не сомневалась в верности Софии. Она была хорошим советчиком и хранила мои тайны, как свои. Но могла ли я нарушить обещание, данное Грегору, и рассказать обо всём, что увидела, поделиться собственными страхами и переживаниями со своей лучше подругой? Будет ли это предательством?
Я немного помолчала, раздумывая над тем, как поступить, а София всё ещё крепко сжимала ладонь и требовала диалога. Она изучала моё лицо испытывающим взглядом, в ожидании рассказа.
— Так, каким будет ответ! — напомнила подруга.
Глубоко вздохнув, я, наконец, сдалась и подняла глаза на Софию. Девушка тут же встрепенулась и заёрзала на стуле.
— Вчера вечером, мне удалось впервые побывать на нулевом уровне.
— Что? — переспросила подруга, беззвучно ахнув. Она изменилась в лице: зрачки расширились от испуга, губы приоткрылись, а румяные щёки побледнели. — Одна? Как это произошло?
— Нет, меня отвёл Грег.
— Грегор позволил спуститься в подземелье? — удивилась девушка, и её брови взлетели вверх, а на лице отразилось искреннее недоумение. — Ты, наверное, разыгрываешь меня.
София в испуге выпустила мою ладонь. Ну а я, убедившись в том, что нас никто не слышит, склонилась над столом, негромко продолжая:
— Он отвёл меня вниз и позволил встретиться с одной из «других».
— Боже мой, — София покачала головой, и её белокурые пряди местами выбились из причёски, обрамляя побледневшее лицо. — Зачем ты пошла туда, Тесса? Неужели не понимаешь, насколько сильно рисковала? — Девушка взмахнула руками. — Ты могла заразиться или, что ещё хуже, оказаться за пределами «Хелдона»!
— Я знаю, но не жалею.
— Что там происходит? Расскажи.
— Они держат людей в клетках, София, — тихо поделилась я, опуская глаза на местами побитый и поцарапанный деревянный стол. — Пленница, которую солдаты привели два дня назад, внешне ничем не отличается от нас. Она напугана, голодна и избита. Я сомневаюсь в том, что девушка может представлять хоть какую-то угрозу, помимо самого вируса.
— Она одна из «других», — возразила София, и её реакция неожиданно напомнила мне самого Грегора, а также слова, которые он произнёс в туннеле минувшей ночью. — Не думаю, что твоя жалость уместна. Они убивают нас.
— Ты не видела её, иначе бы не стала так говорить…
Я покачала головой, отодвигая тарелку в сторону.
— Не могу поверить, что ты находилась там, — прошептала подруга, медленно поднимаясь из-за стола. — Как только Грегор до этого додумался!
— Он использует моё присутствие в своих целях.
— Что? — София в недоумении уставилась на меня. — О чём это ты?
— Нам удалось поговорить с пленницей. Её имя Джулия, и она одна из «других», — призналась я, поднимая глаза на собеседницу. — Грегор пытается выведать важную информацию об их лагере, но пока безуспешно. Думаю, нетрудно догадаться, как именно они стараются достигнуть результатов.
— Но при чём здесь ты? — уточнила София, замирая на месте.
— Как сказал Грегор, у меня получилось наладить контакт с пленницей, — я пожала плечами, припоминая прошлую ночь. — Теперь необходимо узнать у неё то, что его интересует.
— Не ходи туда снова, — попросила подруга.
— А разве есть выбор?
Я поднялась на ноги.
— Выбор есть всегда! — София обхватила мой локоть своими длинными пальцами и тихо добавила: — Грудь сдавило плохое предчувствие.
— Поверь, мне и самой не хочется спускаться в подземелье.
— И не делай это.
— Он приказал, понимаешь! — мой взгляд замер на обеспокоенном лице собеседницы. — Грегор сказал, что я обязана помочь «Хелдону» избавиться от «других».
София промолчала, но я почувствовала, как её тело напряглось. Конечно же, она волновалась, а решение Грега напугало нас обеих, но отступать было некуда. Спустившись на нулевой уровень, я обрекла себя на выполнение условий, и пошла на это не потому, что была безоговорочно предана лагерю. На самом деле, истинная причина скрывалась в безудержных чувствах к сыну главаря. Я не осмелилась отказать Грегору, а желание помочь побороло все разумные доводы, по которым следовало позабыть о затее и не покидать свою комнату будущей ночью. Быть может, если всё пройдёт успешно и получится выведать всю необходимую информацию, Грег, наконец, заметит меня, обнимет точно так же, как прошлой ночью. Возможно, не всё ещё потеряно, и нас ожидает нечто прекрасное в совместном будущем.
— Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь, — заговорила София.
— У меня нет выбора, придётся подчиниться, — напомнила я, а потом тихо попросила: — Грегор не должен узнать о том, что тебе известно.
— Я никому не расскажу, — пообещала подруга.
— Спасибо.
Я с благодарностью посмотрела на Софию. А ведь действительно стало легче. Казалось, что и уверенности в себе прибавилось. Несмотря на опасения подруги и собственные предубеждения, я всё-таки решила стать смелее и побороть страхи. Чувство тревоги никуда не исчезло, будто скрытый компаньон, оно преследовало по пятам, а совесть взывала к разуму. Прислушиваясь к своему внутреннему голосу, я решила, что отправлюсь в подземелье не с пустыми руками. Прежде чем попытаться выведать информацию, необходимо внушить доверие, а именно — накормить пленницу.
***
Спустя несколько часов я снова брела по тёмному туннелю, который уже не казался настолько бесконечным, как прошлой ночью. Мы с Грегом спокойно шли вперёд по мокрому, затхлому коридору. Теперь я знала, с чем столкнусь уже через несколько минут, поэтому ощущения были немного иными. Накануне удалось запомнить дорогу, и на этот раз мы приблизились к цели намного быстрее. Странно, но, казалось, волнение навсегда покинуло душу. Я заранее продумала не только вопросы, которые задам пленнице, но и своё поведение, а также подготовилась к отпору со стороны заражённой девушки. Возможно, именно поэтому, когда мы уже остановились неподалёку от клеток, моё сердце все ещё ровно билось в груди. Ничто не предвещало беды. Это будет простой разговор, нет никакой опасности. Вздохнув, я повернулась к Грегору, который протянул тарелку с пищей. Поначалу, он воспринял идею с едой, как ненужное поощрение, но выслушав мои доводы, нехотя согласился.