Во имя жизни: Золотые поля (СИ), стр. 10

— Надеюсь, это и правда поможет, — протянул парень.

— Прежде чем о чём-то спрашивать, её необходимо накормить, — тихо объяснила я, обхватывая пальцами небольшую тарелку. — Так она сможет довериться.

Не уделяя особого внимания моим словам, Грегор продолжил:

— Ни в коем случае не подходи слишком близко к этой клетке, и если что-то пойдёт не так, сразу же уходи.

— Хорошо, Грег.

— Удачи.

Я кивнула и сделала нерешительный шаг вперёд. Несмотря на внезапно проснувшуюся храбрость, мне всё-таки не очень хотелось идти туда одной. Опустевшие клетки пугали, внушали страх, но я старалась не смотреть по сторонам. Ноги сами несли вперёд, к западному крылу, оставляя Грегора далеко позади. Я всегда боялась неизвестности, и все же воображала себя героиней фантастического романа, которой была поручена великая миссия — спасти народ от неминуемой гибели. Эти мысли вызвали улыбку, и я едва удержалась, чтобы не расхохотаться вслух, однако, стоило лишь приблизиться к цели, как озноб прошёл по коже. Завидев проржавевшую железную клетку, я напряглась изнутри, а улыбка моментально исчезла с лица. Стоило собраться и постараться ничего не испортить.

Крепко сжимая тарелку в руках, я убавила шаг, медленно приближаясь к заключённой. Неужели всё это не сон? Реальность пугала сильнее, чем самый изощрённый ночной кошмар. Наверное, мне действительно посчастливилось стать частью чего-то невообразимого и интригующего. Любопытство и страх подталкивали вперёд, пробуждали в душе неведомое ранее чувство — адреналин. Он буквально закипал в венах, растекался по телу вместе с кровью.

Прежде чем остановиться неподалёку от клетки, я внимательно осмотрелась по сторонам, и только убедившись в том, что Грегор и Джеймс находятся далеко позади, обратила всё своё внимание на пленницу. Девушка сидела на соломе и молча смотрела на меня. В её глазах читался всё тот же страх, а временами и ненависть. Мы опасались друг друга, но у меня было одно бесспорное преимущество — свобода. Без прямого контакта заразиться невозможно, а прикасаться к пленнице я уж точно не собиралась. Однако тревога всё-таки закралась в душу, а ненавистный взгляд девушки внушал тихий ужас. Она продолжала неотрывно наблюдать, в то время как я старалась стоять ровно и не выдавать истинных эмоций.

Несколько неуверенных шагов, и я остановилась у ящиков, которых этой ночью стало немного больше. Прежде чем опустить тарелку на один из них, мне потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. Удивительно, но стоило лишь приблизиться к грязной клетке, как все слова просто вылетели из головы, и я поняла, что не могу вспомнить ни единой фразы, которые заучила чуть ли не наизусть. Оставалось только положиться на интуицию и заговорить с пленницей, однако, она опередила меня, облегчая непосильную задачу.

— Зачем ты вернулась? — шёпотом спросила девушка, с опаской поглядывая исподлобья. При этом её брови сошлись на переносице, а слипшиеся волосы упали на плечи, отчего лицо пленницы приобрело угрожающее выражение.

Я опустила тарелку на ящик и спрятала руки в карманах белоснежного халата.

— Просто так. Захотелось принести тебе немного еды.

— Зачем?

Расслышав в голосе пленницы недоверие, я напряглась и постаралась подобрать нужные слова, но вместо этого лишь невнятно пробормотала:

— Мы подумали, что тебе стоит немного поесть.

— Откуда столько доброты?

Растерявшись, я ненадолго замолчала, раздумывая над ответом. Конечно, пленница не доверяла Хелдоновцам и могла почувствовать подвох.

— Тебя подослали, не так ли? — продолжила Джулия, обхватив колени руками, словно создавая невидимую стену между нами. — Тебя попросили узнать информацию, потому что им не удалось сделать это с помощью пыток. — Пленница ненадолго замолчала, потом усмехнулась и, отбросив волосы за спину, спокойно добавила: — Ты можешь идти назад, я никогда не заговорю и не предам своих друзей.

— Нет, сюда привела только жалость, — солгала я, прекрасно осознавая, что отчасти мои слова действительно были правдой.

— С каких это пор, вы — Хелдоновцы жалеете таких как я? — с презрением спросила Джулия, нахмурившись ещё сильнее. — Обычно ваши патрули выслеживают нас поодиночке, а потом тащат сюда и пытают, а в лучшем случае убивают на месте.

— Вы носители вируса, — напомнила я, поглядывая на пленницу, — и угрожаете здоровым людям!

Резкая речь Джулии понемногу выводила из себя. Каждый мог судить со стороны и отстаивать своё мнение, но я пришла сюда не затем, чтобы доказывать пленнице правоту. Необходимо выяснить, где находится лагерь «других», но судя по реакции Джулии, а также по не скрываемой ненависти, к диалогу она была совсем не расположена. План разваливался буквально на глазах.

— Вирус — всего лишь уловка, — сообщила пленница, продолжая сверлить меня взглядом. — Это необходимо для того, чтобы сплотить вас всех в этом муравейнике и заставить повиноваться тирану.

Внезапно слова Джулии разожгли в душе искру негодования, которая тут же пробудила безоговорочный интерес. Шагая вперёд, я склонила голову набок и негромко уточнила:

— О чём ты говоришь?

— Влад Хелдон — тиран.

— Ложь.

Я покачала головой, ощущая, как ком подступает к горлу. Нет, это неправда, а откровенная клевета! Джулия пойдёт на всё ради того, чтобы посеять в моей душе сомнения. Нельзя этого допустить! Влад всегда был рядом, позволял общаться с его сыном, и я хорошо знала их обоих, никогда не сомневалась в словах Хелдона! Это было невозможно!

— Это ложь! — громко повторила я, приблизившись к грязной клетке и с силой обхватив пальцами один из железных прутьев.

Но пленница лишь рассмеялась в ответ. Она уставилась на меня своими стеклянными глазами, и я почувствовала, как гнев просыпается внутри. С огромным трудом, но всё же удалось собраться с духом и промолчать, сохранить самообладание. А тем временем Джулия наблюдала. Я ощущала её взгляд. Она прекрасно знала, что задела за живое. И теперь можно было с уверенностью сказать о том, что никому в «Хелдоне» не удастся выяснить, где прячутся «другие». Все пошло не так, как мы планировали.

— А что ты знаешь о вирусе, Тесса? — голос Джулии звучал ровно. Она была совершенно спокойна. — Разве тебе не внушали, что мы опасны и рвём вас на части при любой возможности?

В ответ я лишь молча взглянула на пленницу. Да, в её словах была доля правды. Я мало что знала об этом, хотя все симптомы болезни внезапно и проявились на лицо. Девушка была слишком агрессивна, но не следовало отвечать тем же. Стоило быть мудрее. И я почти убедила себя в этом, пока не услышала, как Джулия добавила:

— Вы прячетесь за этими стенами уже больше полувека, и до сих пор никто не задался вопросом: почему? Откуда взялся этот карантин, а потом уже и безумная болезнь?

— Вы переносите вирус, который пробуждает злобу и агрессию! — не выдержав, воскликнула я, и голос эхом разошёлся по коридору. — Только истребив угрозу, мы сможем начать жить заново и покинуть «Хелдон»!

— Нет! — девушка рассмеялась, едва заметно качая головой. — Вы никогда не оставите это место. Никто не позволит. Влад Хелдон слишком прочно укрепился во власти.

Наверное, это был предел из того, что можно вынести. Отшатнувшись от клетки, мне ничего не оставалось, как только схватить тарелку и со звоном опустить на край соломы, а затем решительно направиться к выходу. Однако Джулия громко добавила вслед, заставляя обернуться.

— Как долго вы будете бежать от истины? — спросила она, обхватывая пальцами ржавые прутья клетки, при этом её взгляд показался безумным и устрашающим. — Когда же вы, наконец, поймёте, что угроза исходит совсем не от нас, а от «Хелдона». Неужели я, по-твоему, кажусь больной или сумасшедшей?

— Ты одна из них. Угроза!

Я практически выплюнула эти слова, сквозь стиснутые зубы, сжимая пальцы в кулаки. С детства меня воспитывали в строгости и уважении к «Хелдону», и чувство справедливости, внезапно проснувшееся в глубине души, не позволяло так просто уйти, не оставив за собой последнее слово.