Во имя жизни: Золотые поля (СИ), стр. 79

— Что произошло? — тихо спросила я, вздрагивая каждый раз, при отчаянных криках, раздающихся из-за тяжёлой двери. — Где Ник получил такие раны?

— Я не знаю, — прошептала Джулия, прижимая пальцы к губам, — ведь он вернулся таким. Понятия не имею, как мужу удалось добраться до лагеря с настолько ужасными травмами…

— На патруль напали, так ведь? — не унималась я, взволнованная происшедшим. — Мы не слышали ни единого выстрела, значит, это были не Хелдоновцы? Не понимаю.

— Ники повредили левый глаз… — без остановки бормотала Джулия, шокированная ранами на лице любимого мужчины. — Из него сочится вся эта кровь, и её так много! О, боже, что же делать?!

— Он будет в порядке! — слова прозвучали ровно.

— Нам всем угрожает опасность… — Джулия уставилась на меня с отсутствующим взглядом, и огласила вслух самые жуткие мысли на этот счёт.

— Думаешь, тот, кто это сделал, может вернуться? — сбивчиво прошептала я, опуская руки вдоль туловища, с нескрываемым ужасом наблюдая за подругой.

— Двое мужчин, с которыми Николас вышел в патруль, не вернулись вместе с ним. Кажется, что они уже мертвы…

— Это Диккенс? — я в растерянности спросила первое, что закралось в голову, но Джулия сразу же опровергла наивные предположения.

— Нет, — твёрдо возразила она, — скорее всего, «Хелдон».

— Но это же означает, что они снова подобрались слишком близко к лагерю… — прошептала я, оцепенев от ужаса. — Хелдоновцы стали умнее и больше не используют ружья…

— И сейчас они находятся где-то поблизости. — Джулия оглянулась в сторону женщин, перешёптывающихся за нашими спинами. — Эти люди могут быть уже здесь, и прятаться за домами, или в кустах орешника у тренировочного поля.

— Мы должны что-то предпринять, — тихо предложила я, внимательно осматриваясь по сторонам, вглядываясь в каждое дерево, виднеющееся на опушке. — Рик не сможет оставить Николаса. Возможно, стоит предупредить остальных.

— Меня не волнует, что вы будете делать, — сообщила Джулия, стирая застывшие слезы со щёк. — Ник ранен, и я могу думать только о его спасении. Понятия не имею, как пережить такое потрясение.

— Понимаю.

Я старалась приободрить подругу, хотя и знала, — это не возымеет особого успеха. В сложившейся ситуации Джулии поможет только чудо. Ну а нам оставалось лишь ждать и молить бога о прощении, об отпущении грехов, чего никогда не получим. Тяжело вздохнув, я прислонилась спиной к перилам и прикрыла глаза. Постепенно мысли заполнили тревоги за лагерь, а также за сохранность наших собственных жизней. Я боялась нападения Хелдоновцев, ведь в этом случае никому не удастся спастись и избежать расправы. Разве смогут лук и стрелы помочь в борьбе с вооружёнными солдатами? Нет, конечно, ничего не выйдет. Без ружей и обрезов нам не выбраться живыми…

«Всё будет хорошо, не отчаивайся понапрасну», — промелькнуло в голове, но я уже не прислушивалась к собственной интуиции. Слишком часто внутренний голос в последнее время подводил.

Я молча стояла на крыльце и с дурными мыслями прислушивалась к тому, как голос Ника постепенно стихает, а возня за дверью прекращается. Время пролетало мимо, ускользало сквозь щели и растворялось в пространстве. Больше мы с Джулией не разговаривали, но страх по-прежнему объединял и сближал ещё теснее. Морально обе оказались опустошены и измотаны, наверное, только поэтому, когда Бродерик, наконец, появился на крыльце, я даже не сразу поняла, что всё закончилось. Мужчина вытер чистые руки о полотенце, и только кровавые пятна на рубахе напоминали об ужасе, который он перенёс на своих плечах за последние сорок минут. Внешне Рик, как и всегда, сохранял львиное спокойствие, однако, глаза его выдавали сильное волнение и страшную усталость.

— Жизни Николаса ничто не угрожает, — тихо объявил он, пробуждая слабую улыбку на лице Джулии.

— Я могу войти? — спросила подруга, не в силах сохранить спокойствие.

— Да, но сейчас Ник без сознания. Нам удалось заставить его выпить немного успокоительных трав, — рассказал Бродерик, приближаясь. — Пришлось в несколько раз превысить допустимую дозу, чтобы он смог немного поспать.

Кивнув в ответ, Джулия бегом ринулась через порог к своему супругу. Я проводила её взглядом и громко выпустила воздух из лёгких, ощутив, как огромный груз сорвался с грудной клетки и упал к ногам. Николас жив. Какое облегчение! Гибели ещё одного близкого друга я бы точно не вынесла.

— Как он?

— Не без потерь, — ответил мужчина, протирая руками усталое лицо. — Ник лишился зрения на левом глазу. Кто-то проткнул его насквозь, повредив хрусталик и глазное яблоко. Ты и сама можешь догадаться, чем всё это закончилось.

— Боже… — только и смогла выговорить я. — Он оправится?

— Жить будет, но потребуется время на восстановление, а людей у нас всё меньше.

— Это Хелдоновцы сделали, — прошептала я, опираясь руками о деревянные перила на крыльце. — Только они могли нанести Николасу такие увечья.

— По правде говоря, я задумался о драке между мужчинами, — протянул Рик, внимательно поглядывая сверху вниз. — У тебя есть основания полагать, что это люди из «Хелдона»?

— Другие мужчины тоже не вернулись. Даже если между ними и произошла спонтанная драка, Николас не мог убить остальных, да и зачем им ругаться? Что послужило причиной?

Лицо Бродерика помрачнело на глазах. Видимо, мои слова натолкнули мужчину на определённые раздумья, и теперь он хотел выслушать до конца.

— Продолжай, — попросил Рик, опуская голову ниже.

— Мы с тобой не слышали выстрелов, и с первого взгляда это могло натолкнуть на мысли о ссоре между мужчинами, но вдруг Влад стал умнее, и теперь Хелдоновцы не используют огнестрельное оружие, точно, как и мы? — я склонила голову набок и прошептала: — А что, если они все ещё здесь, Рик?

— Чёрт! — выругался мужчина и со злости пнул крыльцо тяжёлым сапогом, заставляя вздрогнуть на месте.

— У тебя есть какие-то догадки по этому поводу? — осторожно попыталась выяснить я, опасаясь за то, что Бродерик снова сильно разозлится. — По какой причине мужчины могли поссориться между собой?

— К чему гадать? — громко спросил он, разводя руки в стороны. — До тех пор, пока Ник не очнётся, мы не узнаем истины, но и медлить тоже нельзя, потому что если ты права, все мы в огромной опасности.

Я заметила, как Рик прикоснулся пальцами к щетине на лице, а его взгляд тем временем забегал по крыльцу. Мужчина был растерян и взволнован куда сильнее обычного, и это наблюдение вызвало ещё больший ужас, внезапно охвативший душу, заставляя сердце страдать и метаться в груди, как напуганное животное, неожиданно пойманное в клетку.

— Иди к себе в хижину, — спокойно попросил Бродерик.

— А куда пойдёшь ты? — взволнованно поинтересовалась я, осторожно прикасаясь пальцами к его руке.

— Все женщины и девушки расходятся в свои хижины, а мужчины собираются у дома советов, немедленно! — закричал Рик, разгоняя людей, столпившихся неподалёку от его крыльца. — Никто не выйдет из укрытия до тех пор, пока не позволю!

— Рик, что ты задумал?! — воскликнула я, уже цепляясь за рукав его рубахи, насильно заставляя обратить на себя внимание.

— Мы прочешем лес и болота, а потом уничтожим этих тварей! — заявил Бродерик, со злостью выплёвывая слова. — Всех, кого найду, каждого придушу вот этими руками. — Мужчина продемонстрировал свои огромные ладони, и я снова испугалась, но ещё сильнее, чем когда увидела окровавленного Николаса. — Мы не можем стоять на месте в ожидании расправы.

— Боже… — только и смогла выговорить я, ногами прирастая к деревянным половицам.

— Иди к себе в хижину и не смей выходить, чтобы не случилось, ты поняла?

Рик обхватил руками мои плечи и заглянул в глаза, ожидая вразумительного ответа.

— Да, — выпалила я, с трудом усмирив дрожь, пронзившую всё тело.

— Ступай.

Бродерик выпустил из своих крепких рук и, не оборачиваясь, сбежал вниз по ступеням, тут же ринувшись к дому советов. Джеймс последовал за ним, ну а я ещё некоторое время простояла на месте, всматриваясь вдаль опушки, осознавая, — Влад не оставит нас в покое. На протяжении тридцати пяти лет он отчаянно стремился истребить «других». По неизвестным причинам, ненависть к этим людям оказалась настолько безграничной, и Влад был готов пойти абсолютно на любые меры, лишь бы добиться результата. Нет, в это сложно поверить! Но солнечным утром, Хелдон оказался настолько близок к заветной цели, что это напугало сильнее, нежели ранение Николаса, смерть Элизабет, или даже надругательство над собственным телом! Я до ужаса боялась расправы «Хелдона», ведь хорошо знала о пытках, которым была подвергнута Джулия, и страшилась дня, когда нас заставят пройти через все это.