Во имя жизни: Золотые поля (СИ), стр. 66

Я провела на кладбище не больше четверти часа, а затем решительно направилась к дому. Всматриваясь в густую чащу хвойного леса, мне в голову пришла одна идея. В последнее время я совсем позабыла о своём излюбленном занятии, — стрельбе из лука. Не прошло и тридцати минут, как ноги сами принесли на тренировочное поле. Мишени до сих пор виднелись на противоположной стороне импровизированной арены. Мужчины не приходили сюда с самого лета; никому и в голову не придёт искать «распутницу» здесь.

Выпрямив спину, я вытащила стрелу из колчана и, натянув тетиву, замерла на месте, в напряжении прицеливаясь. Дыхание стихло, а сердце замедлило ритм. Я припомнила наставления Рика, и тяжесть его рук на своих пальцах. И оказалось так сложно сосредоточиться на стрельбе… Внезапно ладони задрожали, и я медленно опустила оружие к промёрзшей земле.

«Не плачь, глупышка. Думаешь, он сожалеет о своём поступке? Нет, только не Бродерик».

Я его совсем не знала. Несмотря на близость, мужчина постоянно относился с презрением. Не было искренности в его словах и поступках. Он заигрался, запутался в собственных чувствах, и я заблуждалась, наивно раздумывая над тем, а не проскальзывает ли в его глазах любовь.

— Ты не имел права так поступать! — в сердцах высказала я.

Хриплый голос эхом разошёлся по арене и растворился в спящем лесу. Резко поднимая лук, я натянула тетиву и, представляя мишень в виде Бродерика, выпустила стрелу. Она со свистом рассекла воздух и угодила точно в цель. Гордости моей не было предела. Надо же, получилось! Стоило лишь распрощаться с иллюзиями, как стрела попала в цель. Я высоко вскинула подбородок, вышагивая к противоположной стороне поляны и, скользнув взглядом по круглой мишени, рассмеялась.

— Вот так-то, мистер Суровость.

И губы снова дрогнули в слабой улыбке. Только я могла додуматься стрелять по мишени, вообразив, будто это лицо Бродерика. Неплохой стимул. Если когда-то потребуется защитить себя от смерти, я непременно повторю этот грандиозный трюк ради своего спасения.

За следующие три часа я ни разу не промахнулась. Со временем на место Рика приходили все новые лица. В основном это был Диккенс, а также та самая блондинка по имени Амелия, или Амалия. Я никогда не жаловалась на свою память, однако, не хотела знать ничего об этой надменной девчонке. На вид не больше семнадцати лет, но сколько гнева и грязи исторгал её противный рот! Разумеется, мало кто верил в рассказы о связи Амалии и Бродерика, однако, это задевало не хуже, чем неоправданные выпады со стороны жителей общины. Несмотря на явную злость, я полюбила этого мужчину, делила с ним постель и не собиралась мириться с непристойными сплетнями, которые Амалия сама и распускала. Зачем совращать маленькую и глупую дурочку, когда многие из незамужних женщин штабелями падают к ногам? Не думаю, что кто-то всерьёз относился к словам девушки, но сама мысль об этом приводила в тихую ярость. По сути, наша неприязнь была взаимной и оправданной, но каждый раз при встрече я спешила пройти мимо, в то время как Амалия пыталась больнее задеть не только словом, но и делом. До некоторых пор удавалось держать себя в руках, но однажды всё изменилось.

***

Прошло уже несколько недель, как Бродерик покинул лагерь. Все это время я сторонилась местных жителей и предпочитала принимать пищу дома, изредка в обществе Николаса и Джулии, а также посвящала всё свободное время стрельбе из лука.

Одним ясным днём, когда солнце уже клонилось на запад, я медленно возвращалась с тренировочного поля, и была настолько воодушевлена собственными маленькими победами, что не сразу заметила девушек на лесной опушке. Они шли вдоль огородов, но когда я опомнилась, сворачивать было уже некуда. Амалия возглавляла процессию, состоящую из пяти человек. Видимо, девушка подметила, что я совершенно одна, поддержки ждать неоткуда, поэтому и приблизилась настолько решительным и уверенным шагом.

Я замерла на месте, с презрением наблюдая за её плавными движениями. На этот раз голова блондинки была накрыта цветастым платком, а длинное платье закрывало сапоги и волочилось следом по мёрзлой земле, вызывая на лице довольную усмешку. Неужели только нам с Джулией были ненавистны все эти длинные юбки, а также оборки на лифе? Я бы ни за что не рассталась с брюками и рубашкой, и уж точно не променяла удобную одежду на это бесформенное, глупое платье.

— И где же ты пропадаешь целыми днями? — поинтересовалась Амалия, замирая неподалёку. — Неужели отыскала себе нового любовника среди непроходимой чащи? И кто же это? Грозный медведь, или же предпочитаешь одиноких волков?

— Отойди с дороги, — спокойно попросила я, наблюдая за тем, как её подружки выстраиваются за девичьей спиной.

Сколько злобы и презрения отразилось в их глазах. Они были наготове, но и я за последние недели воспарила духом. Терпение приблизилось к своей критической точке.

— И не надейся, — рассмеялась Амалия, со странной улыбкой на губах. — Мы проучим тебя, шлюха.

— Ох, надоело это слушать, — со скучающим видом заметила я, пытаясь обогнуть девушек, но они снова преградили путь.

— Никто не заступится! — напомнила блондинка, дерзко отпихнув рукой в сторону. — Ты осталась без защиты.

Этот опрометчивый поступок настолько разозлил, что я сразу поспешила дать отпор. Рука взмыла в воздух, выхватила стрелу из колчана и, натянув тетиву, направила прямо в лицо Амалии. Девушка вздрогнула, и её порозовевшее личико исказилось в испуге. Усмешка расползлась на губах. Я выпрямилась, удерживая нахалку на прицеле, в то время как её подружки медленно отступили в сторону.

— Ты угрожаешь нам? — воскликнула Амалия, в гневе сжимая пальцы в кулаки.

— Скорее всего, лишь тебе одной, — ликованию не было предела. — Видимо, остальные решили позаботиться о своей безопасности и вовремя ретировались.

Я с удовольствием увидела, как лицо Амалии исказилось в тихом ужасе. Она медленно обернулась и, обнаружив подруг на приличном расстоянии, снова перевела взгляд на меня. Наши глаза встретились и сцепились в немом противостоянии. Показалось, что кровь в венах забурлила. Я молча раздумывала над тем, а не воплотить ли грёзы в реальность. Стоило лишь представить острый наконечник, застревающий в голове этой надменной девицы, как искренняя улыбка заиграла на губах. Заметив это, Амалия не стала долго отмалчиваться.

— Ведёшь себя, как неуравновешенная стерва, — процедила она сквозь зубы. — Теперь я вижу, что ты могла убить Элизабет.

— Если захочу, эта самая стрела пройдёт через все тело, и ты навсегда заткнёшься, — сорвалось с губ, и я тут же пожалела об этих словах.

— Как же Бродерик не разглядел этого сразу? — продолжила Амалия, намеренно выводя на эмоции. — Ты убийца, Тесса. На твоих руках кровь Лиззи.

Я не выдержала. Пальцы разжались, и стрела пролетела в опасной близости от лица побледневшей девушки. Острый наконечник едва коснулся кожи, и Амалия протяжно заорала, прижимая пальцы к щеке.

— Тварь!

— Поделом тебе.

Грудь вздымалась при дыхании, сердце бешено колотилось, а ладони покрылись лёгкой испариной. Только что я совершила огромную ошибку, из-за которой вполне могла не дожить и до утра. Тело едва ощутимо подрагивало, а пальцы все ещё крепко сжимали лук, но когда Амалия ринулась вперёд с кулаками, я снова натянула тетиву так, что стрела упёрлась девушке в лоб, заставляя попятиться назад. Рядом раздались громкие крики о помощи. Остальные бегом направились к деревне, с протяжными воплями о том, что Амалию убивают. Безумная злость охватила душу.

— Пошла вон! — прошипела я. — Убирайся и не смей приближаться. Можешь не надеяться, больше промахов не будет.

На мгновение показалось, будто Амалия восприняла угрозу всерьёз. Девушка отшатнулась, словно от удара. Её пальцы оросила кровь, и я заметила, как тонкие алые струйки стекают вниз по запястью. Холодный пот прошиб насквозь и выступил на лбу. Амалия попятилась назад и, резко развернувшись, сорвалась на бег. Я не успела опомниться, как её и след простыл. Фигура растворилась среди домов с громким криком о помощи.