Во имя жизни: Золотые поля (СИ), стр. 53

— А ты понимаешь его?

— Да, в какой-то степени, — Бринейн снова заглянул в мои глаза, а затем постарался говорить как можно тише. — Бродерик не бросает слов на ветер. Он человек чести. Достаточно вспыльчив и эксцентричен, но в целом мой брат потрясающий мужчина! Управляет нашей общиной, не избегает грязной работы. У него огромное сердце. И даже сейчас Рик доказывает это, отдавая моей супруге свою кровь, чтобы спасти её.

Беседа взволновала меня. Бринейн очень любил брата и доверял ему. Их крепкая и преданная мужская дружба питалась не только от родственных связей. Я внимала каждому слову своего собеседника и прислушивалась к его рассказу. На удивление, очень быстро удалось прочувствовать эмоции, с которыми Бринейн упоминал о Бродерике, позволив на мгновение ощутить себя намного ближе к возлюбленному. Я мечтала понять его, постигнуть все тайны и глубины огромной души, и теперь, благодаря Бринейну, завеса пала, приоткрывая новые горизонты.

— Мой брат всегда держит своё слово, поэтому и женится.

— Значит, он помолвлен? — тихо уточнила я, почувствовав, как пульс учащается. — Рик обещал кому-то своё сердце?

— Да, но не обращался к определённой женщине, — объяснил Бринейн, и я с ещё большим интересом посмотрела на него. — То есть, хотел сказать, что Бродерик дал обещание нашей матери. Мой брат поклялся, что не будет зацикливаться на прошлом, а когда придёт время, он свяжет себя узами брака с достойной девушкой.

— Вот как… — протянула я, заламывая пальцы на руках. — А что произошло в прошлом? Почему он не желал жениться до того, как дал обещание?

— Увы, об этом я не вправе рассказывать.

— Понимаю.

Любопытство протянуло свои объятия, окружая и завлекая в сети. Не стоило проявлять подобную настойчивость, но рассказ Бринейна настолько сильно помог охарактеризовать Бродерика, что весьма сложно оказалось удержаться от навязчивых, а, возможно, и подозрительных вопросов. Но как бы там ни было, молодой мужчина не стал уточнять, с какой именно целью я настолько сильно интересуюсь жизнью его брата. По крайней мере, Рик до сих пор находился в хижине, ну а мне ничего не оставалось, как сердечно попрощаться с Бринейном, а затем примкнуть к компании Джулии и Николаса. Они сидели неподалёку от костра и нежно обнимались. Схватив кружку со стола, я направилась к молодожёнам, но заметив довольную улыбку на лице Николаса, почему-то снова расхотела нарушать их уединение. Вздохнув, я осознала, что поблизости больше не осталось друзей, с которыми можно провести вечер. Пришлось немного помедлить. Я остановилась у невысокого шатра. Раздумывая над своим положением, а также над недоверчивым отношением жителей, не сразу удалось заметить присутствие постороннего человека. На протяжении нескольких безмолвных минут, проведённых в терзаниях, один из мужчин наблюдал за мной, и когда решился подойти, я уже была готова присоединиться к Джулии и Николасу.

— Добрый вечер, — раздался сипловатый мужской голос, заставив тотчас же обернуться и застыть на мгновение.

Надо же, это тот самый коренастый парень, с которым «посчастливилось» столкнуться несколько дней назад на празднике в честь свадьбы Николаса и Джулии. Мужчина был не выше Бродерика, но на вид крупнее в плечах; тёмные короткие волосы несуразно зачёсаны назад. На этот раз он не шатался в разные стороны и выглядел трезвым, но предупреждение Бринейна взволновало и заставило насторожиться.

— Добрый вечер, — прошептала я, осторожно отступая на несколько шагов назад.

Здоровяк внушал тихий ужас, хотя и не пытался причинить вред. Он просто стоял рядом, скользя взглядом не только по моему лицу, но и по фигуре. Замечая это, я почувствовала себя неловко и попыталась разрядить обстановку.

— Ваше имя Диккенс, верно?

— Да, а ты Тесса, — громко заговорил здоровяк, и на его лице расплылась «голодная» улыбка, от которой мороз прошёл по коже.

— Да, приятно познакомиться, — пробормотала я, оглядываясь по сторонам.

— Подумал, что ты скучаешь, — снова заговорил Диккенс. — Хотел пригласить на танец. Не возражаешь?

— Ох, нет, конечно.

Я наигранно заулыбалась, в поисках хоть какого-то спасения, но Джулия оказалась слишком далеко, а Бринейн уже ушёл к себе в дом вместе с малышом.

— Обязательно потанцуем, — вежливо согласилась я, — но, для начала, не мог бы принести выпить?

— У тебя же целая кружка медовухи, — заметил Диккенс, сужая брови на переносице.

— Верно! — я прижалась губами к чаше, наполовину опустошая её содержимое. Это было самое глупое, что только могло прийти в голову, но я должна избавиться от мужчины, и чем скорее, тем лучше. — Просто очень хочется выпить ещё немного.

— А-а… — протянул Диккенс, усмехаясь. — Понял, сейчас все принесу.

— Благодарю.

Стоило лишь мужчине направиться к столу, как я сорвалась с места и практически бегом поспешила в сторону Джулии. Ноги все ещё предательски дрожали, а тревога сжимала грудную клетку, и в эту минуту безумно захотелось, чтобы Бродерик оказался рядом. Я желала отыскать защиты. Разумеется, он бы сразу же пришёл на помощь и помог избавиться от навязчивого громилы.

Замедляя шаг у деревьев, я предпочла на некоторое время спрятаться в тени размашистых веток. Оттуда и рассмотрела, как Диккенс вернулся к шатру с двумя кружками и, обнаружив его пустым, с яростью освободил руки от нежелательной ноши. Я вздрогнула, наблюдая за тем, как он оглядывается по сторонам. Кажется, беда миновала, и мужчина не заметил тайного укрытия. Я вздохнула с облегчением. Теперь все в порядке. Посчастливилось избежать огромных неприятностей.

«Ты должна быть осторожнее, Тесса!»

Ужас ещё держал душу в своих цепких объятиях, но сердцебиение постепенно возвратилось в норму, а дыхание выровнялось. Осталось потерпеть всего несколько минут, а потом присоединиться к Джулии. Наверное, мне стоит рассказать ей о Диккенсе. Подруга поможет избавиться от его назойливого внимания. Ни один мужчина ещё не пугал настолько сильно, и лучше позаботиться о своей безопасности.

— Потанцуем?

От неожиданности я буквально подпрыгнула на месте. Конечно, без труда удалось узнать этот голос: до такой степени глубокий и низкий. Только один человек умел пробуждать в душе столько противоречивых чувств одновременно, благодаря которым и посчастливилось довольно быстро позабыть о Диккенсе.

— Рик.

Я обернулась. Он остановился рядом с лёгкой улыбкой на губах. И ничто не выдавало былого волнения. Рик выглядел расслабленным, а это могло означать только одно, — Элизабет жива, все прошло успешно, и теперь он здесь. Больше нечего опасаться.

— Тереза, — его шёпот пробрал до мурашек, однако, имя, с которым Бродерик обратился ко мне, вынудило отпрянуть в сторону.

— Откуда тебе известно об этом? — воскликнула я, в недоумении уставившись на мужчину.

Его глаза заискрились множеством неописуемых красок и будто засмеялись, а руки потянулись вперёд, крепко обхватывая пальцами за талию. Этот жест показался настолько волнующим и, одновременно, слишком рискованным… Прижимая ладони к мужской рубахе, я снова вопросительно посмотрела на Бродерика.

— Почему ты молчишь?

— Не думаю, что так уж сложно сообразить, — он поделился своими догадками, сокращая между нами расстояние до нескольких сантиметров. — Тереза — это твоё полное имя.

— Нет, не называй меня так, — попросила я, испытывая небывалый дискомфорт.

— Но почему? — мужчина склонил голову. — Оно прекрасно и куда лучше, чем прозвище, которое ты используешь.

— Нет, прошу, — взмолилась я, обхватывая руками ворот батистовой рубахи, — Рик!

— Хорошо, — прошептал он уже у самых губ, — Тесса.

— Спасибо. — Я отстранилась и с опаской огляделась по сторонам. — Не лучшее место для объятий.

— Тогда почему бы нам не потанцевать, любимая.

Он прижался губами к рыжим волосам, и колкая дрожь вихрем пробежалась по телу. Я прикрыла глаза, утыкаясь лицом в огромное плечо. От Бродерика пахло деревом и чем-то пряным, настолько приятным, что я, не стесняясь, вдохнула аромат полной грудью.