Во имя жизни: Золотые поля (СИ), стр. 39

Время не стояло на месте, и постепенно приблизило нас к праздничному дню. Оставалась всего одна-единственная ночь перед венчанием Джулии и Николаса. Раньше я никогда не присутствовала на таких торжествах, только читала об этом и видела картинки на страницах книг, но теперь, впервые оказалась настолько близка к реальности. По рассказам Джулии, удалось составить смутное представление о предстоящем празднике, и это просто взбудоражило сознание. Согласно местной традиции, накануне свадьбы, будущий супруг и другие мужчины всегда отправляются в лес, для того чтобы принести подношение женской половине общины за невесту. Это показалось немного странным, особенно стало интересно, что «именно» это за подношение и куда они «его» уносят, однако, Джулия не смогла ответить на этот вопрос. Каждый мужчина решает сам, чем именно отблагодарить старейшин, проживающих в другом, более безопасном месте, нежели жители общины, поэтому мы никогда и не узнаем истину, если только сам Николас не откроет свою тайну.

Прислушиваясь к подробному рассказу Джулии, я заметила улыбку на её губах и блеск, искрящийся в глазах. Девушка выглядела счастливой и совершенно спокойной. Она была уверена в своём решении, поэтому и не волновалась о завтрашнем дне, чего нельзя было сказать обо мне. Украдкой наблюдая за мужчинами, я то и дело опускала руку в карман и нащупывала нежные лепестки лилии, раздумывая, а стоит ли испытывать судьбу вновь, но на этот раз уже рассказать Рику правду. Чем обернётся откровенность? Беззвучно вздохнув, я перевела взгляд на хижину Бродерика. И снова ничего не стоило пробраться туда и положить цветок в глубокий карман длинного плаща, но хватит ли смелости выразить симпатию, когда Рик обнаружит очередной «подарок»?

— О чём ты думаешь, Тесса? — тихо спросила Джулия, вышивая абстрактные узоры на молочной фате.

— Размышляю над тем, какой следующий цветок прикрепить к венку, — ответила я первое, что пришло в голову. — Спасибо за возможность помогать.

— Мы же постоянно находимся вместе, — девушка пожала плечами. — Будет странно, если что-то изменится.

— Все дело в Рике, это он попросил приглядывать за неотёсанной простушкой, — я усмехнулась, протягивая подруге фиалки. — Попробуй вот эти, у них такой нежный цвет.

— Нет, не думаю, что дело только в этом, — губы Джулии изогнулись в улыбке. — Кажется, мы подружились, а ты так не считаешь?

Вопрос застал врасплох. По правде говоря, я по-прежнему побаивалась сближаться с кем-то из общины, хотя и не отказывалась от дружбы.

— Да, хотелось бы, — честно призналась я, снова бросая беглый взгляд на дом Бродерика.

— Надеюсь, ты ничего не задумала, — прошептала Джулия.

— Откуда такие мысли?

— Вижу, куда устремлён твой взор. Неужели снова хочешь подложить цветок? Да и левая рука постоянно сжимает что-то в кармане брюк — это лилия, не так ли?

Замечание Джулии повергло в жуткое смятение. Неужели у меня, и правда, все на лице написано? Как она догадалась? Выдерживая недолгую паузу, я посмотрела на подругу и, понижая голос до шёпота, тихо поинтересовалась:

— Как ты поняла, что Николас влюблён?

— Что? — переспросила девушка. — Какое отношение это имеет к моему вопросу?

— Просто интересно знать.

— Николас принял цветок, — спокойно ответила Джулия, хотя недовольство и проскользнуло в её карих глазах.

— Это является признанием? — удивилась я. — Просто взял цветок и все?

— Ты же не собираешься отдавать лилию Бродерику? — насторожилась собеседница. — Послушай, это не лучшая идея.

— Нет, всего лишь хочу признаться в том, что это я подложила цветок тем памятным вечером.

— Зачем? — Она округлила глаза. — В этом нет необходимости.

— Думаешь, он обрушит на меня весь свой гнев? По-моему, Бродерик уже давно позабыл об этом.

— Ошибаешься, — прошептала Джулия, откладывая фату в сторону. — Рик никогда и ни о чём не забывает. Он мастерски умеет прятать собственные чувства и скрывать их от посторонних глаз.

— Так, какой он на самом деле? — поинтересовалась я, так и не разглядев главаря среди мужчин, восседающих за столом неподалёку.

— Откуда мы можем знать? — Подруга пожала плечами. — Запомни, Рик слишком импульсивен и вспыльчив. Да, он прекрасный человек, справедливый и добрый лидер, но не стоит выводить его из себя, а именно это ты и сделаешь, если скажешь правду.

— Такое ощущение, словно я собралась сознаться в предательстве.

— Это всего лишь предупреждение. Решать тебе, но не советую заговаривать на эту тему.

— Ладно, — я сбросила душистые цветы с колен и медленно поднялась на ноги, — сама подумаю, как поступить.

— И пусть это решение окажется верным.

— Желаю тебе хорошенько выспаться перед завтрашним днём, — пробормотала я, игнорируя предупреждения Джулии.

— Не забывай, на рассвете мы встречаемся у дома советов, — напомнила она, собирая цветы в стеклянную чашу.

— Хорошо.

Махнув рукой на прощание, я решительно направилась вперёд по тропе, обходя женщин и мужчин. И снова взгляд застыл на хижине Бродерика. Она пустовала, в этом не оставалось сомнений, однако, слова Джулии все ещё не позволяли осуществить задуманное. Я могла пойти и дождаться Рика в хижине, а потом узнать, что он думает на самом деле, или остаться на месте и сожалеть об этом всю свою жизнь. Мужчина никогда не давал и малейшего повода на взаимную симпатию, но одно — вручить цветок наедине, и совсем другое — сделать это на людях. Если Бродерик действительно настолько справедлив, как многие говорят, он не станет порицать меня на глазах у всей общины, однако, странная привычка насмехаться не внушала доверия в его подлинную добродетель.

Я терзалась сомнениями, но эмоции снова одержали верх над разумом. Не стоило приближаться к хижине, но ведь было не впервой расставаться со здравым смыслом и напрочь отключать логику. С опаской оглядываясь по сторонам, я проскользнула к деревянной изгороди, снизу доверху обвитою плющом. Благо, на улице уже стемнело, и удалось незаметно проскочить мимо группы из юных девушек. Прижимая влажные ладони к груди, я прислонилась спиной к гладкой стене и, на носочках подобравшись к деревянной двери, прислушалась. Тишина. Видимо, Бродерик находился в доме советов, а это означало только одно — никто не помешает осуществить задуманное. Сердце шибче забилось в груди, отдаваясь в ушах приглушённым гулким стуком. Я приоткрыла дверь и сразу же скрылась в тёмном коридоре.

В доме сгустился полумрак, поэтому пришлось помедлить. Протянув руку, я опёрлась ладонью о стену, осторожно продвигаясь вперёд. К счастью, уже доводилось бывать в хижине Бродерика, поэтому отыскать вешалки не составило особого труда. Ухватившись пальцами за плащ, я на мгновение задержала дыхание, улавливая мужской аромат — мокрое дерево и мускус. И как только Рику удалось настолько глубоко запасть в душу? Почему он приводил меня в такое смятение? Ведь именно по этой причине ноги снова и привели в чужой дом. Необходимо разобраться в себе и понять, наконец, что происходит, и какие чувства переполняют отчаянное сердце.

Я прислушалась к безбрежной тишине, а рука тем временем скользнула по жёсткой ткани. Настолько плотная на ощупь. неприятная, но вполне годится для охоты и ночного патруля. Сжимая плащ в ладони, я вытащила душистый цветок и, повертев в руке, уже хотела опустить в недра глубокого кармана, как вдруг расслышала довольно громкий голос за спиной. Тело мгновенно онемело, а губы приоткрылись. Не может быть…

— Не потрудишься объяснить, что всё это значит?

И правда — это был он. Бродерик стоял за спиной. Несмотря на полумрак, я уже знала — дикарь разглядел цветок.

— Повернись! — громоподобный голос обдал холодком, как при нашей первой встрече.

Сжимаясь, словно в ожидании удара, я медленно обернулась. В этот момент яркий свет ослепил глаза, и пришлось зажмуриться. Рик зажёг одну из масляных ламп.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он, и я обратила особое внимание, насколько суров мужчина в бледном свете.