Во имя жизни: Золотые поля (СИ), стр. 34

— Что ты делаешь?

— Лучше отвернись, — посоветовал Рик, продевая нить сквозь едва различимое ушко на игле.

— Неужели без этого не обойтись? — воскликнула я, в ужасе взглянув на Джулию, присевшую на подоконник рядом со стулом.

— Нет, так нужно, — ответил мужчина, возвращаясь к окну, — если ты не хочешь тех последствий, о которых я уже упоминал ранее.

— Это слишком больно? — сдавленно прошептала я, ощущая, как моя кровь стынет в жилах.

— Ничуть не больнее того, что ты уже испытала, — спокойно ответил Бродерик и, обхватив мою руку за плечо, склонил голову ниже.

Я отвернулась, ощущая, как острая боль пронзает кожу. Зажмурившись, едва удалось совладать с собой и сдержать крик, хотя из глаз вновь хлынули слезы, омывая щёки и шею. Я вздрагивала, стискивала зубы и постоянно закусывала губы до крови, а затем ощущала солоноватый привкус во рту. Кто бы мог подумать, что безобидное желание приведёт к таким последствиям. Я едва избежала собственной гибели.

И как же теперь работать? Рука, несомненно, будет болеть. О, боже, а упражнения в стрельбе! Я старалась думать обо всём на свете, лишь бы приглушить тупую боль, расползающуюся по телу. И снова в голове промелькнула мысль о том, что никогда в жизни ещё не доводилось испытывать ничего подобного. Да что говорить о ранах, если я и в медицинском кабинете бывала только раз в год на плановых осмотрах. А теперь, всего за полторы недели удалось испытать столько нового!

Жизнь, наполненная приключениями, иначе и не скажешь. Я усмехнулась сквозь слезы и повернула голову в сторону Бродерика. Наши глаза встретились, и он едва заметно улыбнулся, обрезая толстую нить проржавевшими ножницами.

— Ты молодец, — заметил Рик, выпрямляясь и забирая у Джулии приготовленные бинты.

— Как долго будут рассасываться швы? — тихо спросила я, стирая здоровой рукой слезы со щёк.

— Рана не сильно глубокая. Думаю, что через несколько недель мы их снимем, — сообщил мужчина, осторожно смазывая шов тем самым маслом. — Я присмотрю за тобой.

— Ты местный лекарь?

— Отец этим занимался. Я наблюдал и перенял все необходимые знания, умения и навыки. Не скажу, что это моё призвание, но в случае необходимости всегда окажу помощь.

— Спасибо, — тихо поблагодарила я, когда мужчина завязал узелок на бинте и отошёл в сторону.

— Главное, следи за рукой, — предостерёг Рик, лишь кивнув в ответ на слова благодарности. — Никаких нагрузок, а это значит, что со стрельбой из лука придётся на время покончить.

— Хорошо.

— И да, — мужчина обернулся и строго посмотрел на меня, — помни — ночные прогулки по общине запрещены. Всякая живность бродит. Тебе стоит лучше заботиться о своей безопасности.

— Ясно.

Я кивнула и виновато опустила глаза, осознавая — он прав, и во всём, что произошло исключительно лишь моя вина. Не стоило поступать столь опрометчиво и выходить из дома посреди ночи.

Уже позже, когда мы с Джулией вышли на улицу, и она повела меня в сторону тропы, стало известно о том, что женщина закричала от страха, увидев волка в окне своей спальни. Беда могла обойти стороной, если бы я осталась в доме на дереве. Но откуда было знать, что все в порядке? Никто не предупреждал о внезапных набегах волков посреди ночи. К тому же мной двигали исключительно самые лучшие побуждения!

Рука болела, ныла, словно её сжимали цепкие лапы дикого животного, поэтому Джулия и провела меня на другую сторону поляны. Мы не вернулись к дому на дереве. Вместо старого жилища, девушка пригласила пройти в маленькую, но уютную комнату. Несомненно, этот дом понравился куда больше старого пристанища. Он располагался неподалёку от лесной опушки, в тени яблочного сада, и долгое время оставался без хозяина. Об этом свидетельствовала пыль, скопившаяся на столе и пустых полках над кроватью. Я усмехнулась и подумала о том, что все это напоминало компенсацию за пережитый стресс и нанесённые увечья.

Слишком много впечатлений за одну ночь, а сколько пережито эмоций! Бессонница опустилась на плечи, к тому же и рука сильно саднила. Несколько раз за ночь я даже порывалась отправиться к Рику за обезболивающим лекарством, но здравый смысл и страх перед темнотой не позволяли выйти из дома. Главарь выглядел слишком уставшим, а так не хотелось снова тревожить его. К тому же он спас меня от верной гибели в лапах беспощадного дикого зверя. Удивительно, но постепенно мнение о Бродерике всё-таки продвигалось в лучшую сторону. Нет, оно не менялось, а именно расширялось, открывало совершенно новые и неизведанные тайны мужской души. С каждым днём я узнавала о Рике всё больше, и казалось, что совсем скоро, наконец, получится составить полноценное мнение об этом несносном главаре общины.

========== Глава 14 «Не буди спящего зверя» ==========

XIV

Несмотря на все попытки, заснуть удалось лишь только, когда рассвет замерцал на горизонте. Бродерик проявил не свойственное ему сострадание и выделил для меня выходной, но выспаться и отдохнуть всё равно не удалось. Безоблачное утро принесло с собой громкие голоса и звонкий детский смех. Приоткрывая опухшие веки, я насупилась. Жёлтое солнце светило сквозь тонкие занавески, отбрасывая жгучие лучи прямо на лицо. Я приподнялась и, подвинув подушку в сторону, снова опустила голову на цветастую наволочку. Что это за место? И где я нахожусь? События минувшей ночи породили на душе незримую тревогу, поэтому оказалось крайне сложно совладать с эмоциями. Не так уж и часто на людей нападают голодные волки, ну а я впервые столкнулась с чем-то настолько ужасным. Жизнь в общине была не менее опасной, чем последствия, которые наступали, после нарушений правил в «Хелдоне».

Поморщившись, я медленно присела на деревянной кровати. За несколько часов рука разболелась сильнее. Ночью я старалась не обращать на это внимания, постоянно отвлекала себя размышлениями о будущем, однако, к утру дискомфорт лишь усилился. И даже удобная мягкая постель не избавила от ноющей боли, пробирающей до самых костей.

— Ох…

Скользнув сонным взглядом по круглому столу, я увидела небольшой пузырёк с густой жидкостью, кажется, это было то самое обезболивающее, о котором вскользь упомянул Бродерик. И как оно здесь оказалось? Не мог же дикарь принести его, или, возможно, это сделала Джулия?

Я свесила ноги с кровати и осторожно опустилась на дощатый пол, попутно протягивая изящные пальцы к пузырьку, но, внезапно, колкая боль пронзила плечо и спустилась до самого запястья, вызывая дрожь в коленях. Прикрывая глаза, я поморщилась, но на этот раз не от солнечного света. Пришлось приложить немало усилий для того, чтобы дотянуться до заветной жидкости. Обхватив пальцами пузырёк, я пододвинула чашку и, плеснув немного лекарства, залпом осушила её содержимое. Тошнотворный привкус обжёг горло и заставил прижать руку ко рту. Содрогнувшись, я попятилась назад и, прислонившись к стене, отбросила огненно-рыжие волосы за спину.

— О, боже…

Оставалось лишь надеяться на то, что эта мутная смесь, и правда, обладала лечебными свойствами, иначе все старания были совершенно напрасны!

Мои плечи высоко вздымались, рука нестерпимо ныла, а тело отказывалось подчиняться. Не самое лучшее начало дня. Я нахмурилась ещё сильнее, осознавая, что ни при каких обстоятельствах нельзя позволять чему-либо лишать себя силы воли и рвения к жизни. Все не так плохо: рука на месте, волк не отхватил её, а Бродерик своевременно оказал первую помощь. Как нелепо. Он был последним человеком на свете, к которому бы я обратилась за поддержкой, но чувства не обманешь. Несмотря на собственные предубеждения и принципы, эмоции безустанно подводили, но нельзя отчаиваться! По крайней мере, во всём стоит искать плюсы: во-первых, появился новый дом с нормальной кроватью, а во-вторых, впереди маячил целый день, который я могла посвятить только себе, но был ли в этом хоть какой-то смысл? Чем же заняться в свободное время? Наблюдать за остальными, но при этом не иметь ни малейшей возможности забыться от навязчивых и тревожных мыслей?