Во имя жизни: Золотые поля (СИ), стр. 108

— Все произошло ещё задолго до моего рождения, — заговорила Анне́те, попутно опуская свои ухоженные, мягкие ладони на согнутые колени. — В начале двадцать первого века по миру прокатилась волна неизвестных вирусов, унёсшая за тридцать лет неисчисляемое количество жизней. Войны, биологическое и химическое оружие — это неминуемо привело к природным катаклизмам. Я не застала эти страшные дни, однако, наша история начинается в те далёкие и неспокойные времена.

— Тогда родился Александр? — тихо уточнила я, с интересом прислушиваясь к словам матери.

— Не совсем так. — Анне́те глубоко вздохнула. — Когда вирусы стали распространяться по планете и убивать самых слабых и неподготовленных людей, Елизавета Громова уже была беременна близнецами — мальчиками. Она стойко перенесла болезнь и осталась в живых, а дети её появились на свет с иммунитетом в виде родинки на пояснице, — поведала мать, продолжая наблюдать за пламенем в камине. — Их звали Александр и Алексей. Оба мальчика росли смышлёными и ответственными, увлекались науками, и к совершеннолетию уже посвятили свои жизни исследованиям. Алексей изучал сейсмическую активность планеты, очень любил природу и старался докопаться до истины и разыскать всех людей, которые тоже обладали иммунитетом к болезни; Александр занимался материей, исследовал вирусы, а также сыскал себе славу несравнимого архитектора. Именно он в своё время спроектировал «Хелдон».

— И был отцом Влада?

— Да, — согласилась Анне́те, — но я расскажу обо всём по порядку. — Она улыбнулась уголками губ и продолжила: — В две тысячи двадцать третьем году Большой адронный коллайдер¹ перешёл к новому режиму работы. Желание человечества познать необъяснимое привело к всемирной катастрофе. Братья Громовы заранее предугадали плачевный итог и собрали свою команду. Алексей рассчитал точное место, куда, по его словам, большая вода не могла добраться, а потом дело осталось за малым. Братья и их друзья отправились в далёкую, горную местность, где и начали возводить убежище «Громовых». Глубокое изучение наук и знание дела принесли свои плоды. Молодым мужчинам удалось выстроить первые этажи будущего «Хелдона» и заполнить здание людьми, откликнувшимися на их зов. Братья собрали в убежище несколько тысяч человек со всего мира, многие из которых обладали иммунитетом к болезни. — Анне́те взяла недолгую паузу и перевела дыхание. — Таким образом, Громовы спасли от верной гибели не только себя, но и других людей. Они основали «Хелдон».

— Нам всегда рассказывали об Александре, — заметила я, припоминая уроки истории среди каменных стен. — Никто и никогда не слышал о его родном брате.

— Влад полностью переписал историю лагеря, — объяснил Рик, с лёгкой усмешкой на губах. — Мой родной отец сделал все, для того чтобы никто не узнал о страшных безумствах Александра. Стоило лишь деду скончаться, как Влад разделил Хелдоновцев на группы, согнал всех детей на первом уровне и промыл им мозги до такой степени, что будущие поколения стали восхвалять его, как единственного спасителя. Жажда власти и погубила отца.

— И уберегла тебя от подобной участи, — напомнила Анне́те, продолжая свой рассказ. — У твоего деда был скверный характер. Судя по записям, которые вели наши дальние родственники, Александр Громов отличался лидерскими качествами и желал власти. На этой почве они с братом впервые серьёзно повздорили. Алексей утверждал, что пора выйти за пределы лагеря и исследовать природу, попытаться построить дома, но Александр желал все держать под контролем. Ему чудилось, будто родной брат собирается не только забрать себе всю власть, но и его невесту в придачу. — Мать посмотрела на Бродерика. — Твоя родная бабушка по имени Екатерина любила Александра, но была лучшей подругой его брата, который, по странному стечению обстоятельств, испытывал к ней тайные чувства. Алексей никогда не претендовал на место брата и не думал отбирать его любимую женщину, однако, воспалённое сознание Александра решило по-другому. Он втайне наблюдал за тем, как Алексей и Екатерина уходили за периметр лагеря и изучали природу. По сути, они не совершали ничего дурного, но твой дед воспринимал все через искажённую призму собственного разума.

— И что же произошло потом? — взволнованно спросила я, бросая короткий взгляд на задумчивого Бродерика.

— Екатерина забеременела от Александра, и все шло хорошо, но на поздних сроках выяснилось — она заразилась неизлечимой болезнью, а врождённый иммунитет у неё, к сожалению, отсутствовал. — Анне́те вновь перевела свой взор на извилистые языки пламени. — Александр понял, что к чему и обвинил во всём своего родного брата. Вместе они пытались спасти Екатерину, но, как вы уже поняли, выжил только ребёнок.

— Влад? — догадалась я.

— Да. — Анне́те кивнула. — После трагичной гибели невесты, Александр обезумел от горя, возненавидел своего новорождённого сына, которого, точно, как и брата, обвинил в гибели Екатерины. Он силой захватил власть, оговорил Алексея, а потом изгнал за пределы лагеря. Многие не согласились с решением «истинного» правителя, и последовали за его братом. Они укрылись в лесах и основали «Золотые поля», в то время как Александр собрал всех выживших с иммунитетом в подземелье лагеря с одной-единственной целью: создать вакцину от беспощадного вируса. Безумец ставил опыты над людьми, а остальным внушал страх перед «другими», рассказывая небылицы о наших выраженных мутациях. Александр утверждал, что природа превратила людей в монстров и лишила всякой человечности, а всех, кто не соглашался с ним, жестоко наказывали: забивали палками, четвертовали и истязали, подвешивали вниз головой и оставляли умирать мучительной смертью.

— О, боже… — Я прикрыла рот ладонью.

— Все это продолжалось в течение многих лет. Влада растили в ужасной обстановке гнева и тирании. Он не знал любви и заботы. Родной отец ненавидел его, подвергал всем возможным пыткам и истязаниям, поэтому и удивляться не стоит тому, кто из него вырос, — продолжила Анне́те свой рассказ. — После смерти Александра, Влад стал лидером и полностью перестроил «Хелдон», ужесточил режим и сделал все возможное, для того чтобы искоренить воспоминания об истинных основателях лагеря.

— Он чтил себя и хотел власти, — подхватил Рик, завершая историю тем, что ещё не было известно. — Позже отец женился на моей матери по имени Дарина. Я рассказывал о его жестокости и о том, как страдала мать. Влад истреблял «других», искал «Золотые поля», но все безуспешно.

— Значит, я прямой потомок Алексея?

Факты говорили сами за себя, ведь именно по этой причине Влад и удерживал меня в «Хелдоне», растил рядом с приёмным сыном. Он хотел воспользоваться возможностью и когда придёт время, под угрозой убийства прямой наследницы Артура, выяснить местоположение лагеря «других» людей.

— Нет, — к удивлению, Анне́те опровергла мои слова. — Алексей так и не смог позабыть Екатерину. Он не женился, и детей не было, поэтому и взял на воспитания осиротевшего мальчика по имени Артур. Это и был твой отец.

— Выходит, Влад не знает об этом? — уточнил Бродерик, а я вздохнула с облегчением, осознавая, что мы с ним всё-таки не родственники, и ни о каком кровосмешении и речи быть не может. — Он наивно считает Терезу наследницей Алексея?

— Так и есть, — согласилась Анне́те, попутно кивая. — Влад обманом удерживает людей в стенах лагеря, внушает им страх перед болезнью, но на самом деле вирус уже давно ослаб и не вызывает лихорадку. Любой, кто окажется среди лесов и скал не умрёт ужаснейшей смертью. Все это небылицы, не более. — Я почувствовала, как тёплая материнская рука прикоснулась к ладони. — А твой отец, дорогая, погиб в попытках защитить наш народ от Хелдона и его беспощадных солдат. Он пал смертью храбрых воинов, а Бродерик достойно продолжил его дело.

Прислушиваясь к словам Анне́те, я невольно кивнула и задумалась о невероятной истории, которую только что услышала. Многое прояснилось: мы с Риком не родственники, а это означает, что больше ничто не сможет помешать плодотворному союзу. Мы выжили, пусть и с увечьями, но всё равно прошли сквозь огонь и воду; полюбили друг друга, возможно, неправильно и не так, как хотелось бы, но это не помешает обрести совместное будущее. Страх, преданность и тяга к возмездию сблизили нас ещё сильнее и, наконец, я обрела то, к чему так стремилась на протяжении шести месяцев, а именно: родной дом.