Во имя жизни: Золотые поля (СИ), стр. 105

— Конечно, Анне́те всегда тебя ждала, — ответил мужчина, немного приподнимая меня и едва ощутимо похлопывая по щекам, — но чтобы увидеться с ней нельзя спать. Не вздумай закрывать глаза!

— Но я так устала…

— Ты должна оставаться в сознании, слышишь? — настойчиво повторил он, прижимаясь губами к моему лицу. — Тесса?

— Мм? — протянула я, стараясь бороться с безумной сонливостью.

— Ты вся горишь, — обеспокоенно заявил Рик, подхватывая меня под ноги и усаживая к себе на колени. — У тебя жар. Раны воспалены. — Я почувствовала, как он снимает шаль с моего лица и отбрасывает мокрые волосы за спину. — Давай поговорим о чём-нибудь, родная. Только не спи.

Но губы уже не шевелились. Я не могла выдавить из себя ни звука. Просто лежала на его руках, подрагивая от небывалого озноба. С каждой секундой, проведённой в расселине, мне становилось все хуже. Вместе с жаром пришли и лёгкие судороги. Бродерик пытался разговаривать, но голос его доносился до ушей гулким эхом. Я даже не могла разобрать большинство слов, только отдельные фразы.

— Не спи, — без устали просил он с отчаянием в охрипшем голосе. — Тесса…

Я по-прежнему лежала в объятиях Бродерика, но ощущала, как тело поднимается над землёй и порхает в воздухе. Наконец, посчастливилось стать свободной, по-настоящему избавиться от навязчивого страха и безумной боли, без конца проходящей электрическими разрядами сквозь замученное тело.

— Тереза?

Голос звучал всё дальше, пока в один момент вовсе не испарился. Моё сознание опустилось в невиданную тишину, на место которой, вопреки ожиданиям, не пришли странные видения или галлюцинации. Я просто провалилась в пустоту. Потеряла сознание.

Комментарий к Глава 34 «Неоценимая жертва»

Дорогие читатели!

Приношу свои глубочайшие извинения, но продолжение будет только через несколько недель. Дело в том, что я вынуждена по семейным обстоятельствам уехать из города на некоторое время.

Следующая глава выйдет 10.10.2016

Благодарю за понимание.

Ваша Иза.

¹ — Рас-се́-ли-на — глубокая трещина в почве или узкое ущелье в горах/скалах; проход, напоминающий неглубокое ущелье.

========== Глава 35 «История двух братьев» ==========

XXXV

«Опять люди… И совершенно незнакомые лица».

Я не помнила ни дороги, ни того, как мы добрались до горных пещер, впрочем, как и не имела никакого понятия о том, кем были все те люди, лица которых то и дело появлялись перед глазами. Иногда я слышала громкий голос Бродерика, в то время как перед подрагивающими веками мелькал заснеженный пейзаж, вскоре сменившийся лесным массивом. Голова, точно, как и в ночь похищения из темницы «Хелдона», болталась в разные стороны; сильные судороги поработили вялое тело до кончиков пальцев на ступнях. В разум тотчас же пробрались жуткие мысли. Казалось, будто я никогда больше не смогу подняться на ноги и самостоятельно передвигаться. Конечности сводило неведомой силой, будто выкручивало в разные стороны. Адская, жгучая боль окутывала тело, собиралась в грудной клетке, и я не только не могла дышать, но и сглатывать слюну.

«Почему ты ушла?»

Огненная вспышка ослепила глаза. Я зажмурилась, а затем, приоткрыв набухшие веки, обнаружила себя в грязной клетке, из которой ещё совсем недавно посчастливилось выбраться. Руки по-прежнему не слушались, а ноги сводило мышечной судорогой. Я больше не была в безопасности, а реальность оказалась всего лишь сном, который сбил с толку и внушил несокрушимую веру во спасение.

— Почему ты ушла, Тесса?

Дёрнувшись, я немедленно подняла голову и увидела перед собой Софию. Она стояла совсем близко, прямо за проржавевшими прутьями. Лицо её было бескровным, а в глазах отражались скорбь и сожаление. Присмотревшись, я обнаружила, что она не шевелит губами, а её голос звучит лишь в голове, пробуждая на душе неконтролируемую панику.

— Ты бросила всех нас.

— Нет… — Губы приоткрылись, но голос пропал.

— Просто сбежала, — продолжала настаивать София, и я, не выдержав презрительного взгляда, опустила голову вниз, из последних сил стараясь проснуться.

«Это все нереально», — упорно твердил разум, тем временем как голос подруги становился более ясным и отчётливым.

— Ты оставила на растерзание Грегору!

«Я старалась помочь, но получила отказ…»

— Даже не пытайся. Предателю никогда не избавиться от чувства вины. Оно будет преследовать вечно.

Неожиданно подземелье закружилось перед глазами, а тело словно подкинули в воздух. Я замахала руками, попыталась прикрыть лицо, но вместо неминуемого удара, вновь ощутила себя в крепких объятиях.

— Расступитесь, живо! — потребовал Рик, и стало ясно, что не всё ещё потеряно. Мы в относительной безопасности.

Он прижимал меня к себе и быстрым шагом нёс куда-то вперёд, будто протискивался сквозь толпу.

— Рик… — едва слышно протянула я, в очередной раз испытывая неестественное покалывание во всём теле.

— Он тебе не поможет.

Реальность исказилась звуками неприятного, грубого голоса, и почудилось, словно разум покидает тело. Меня знобило, каждую мышцу сводило судорогой, ноги не слушались, а пальцы на руках покалывало невидимыми иглами, вслед за которыми сквозь ладони пробегали незримые разряды тока, не позволяющие оказать и малейшего сопротивления.

— Нет! — завопила я, не подпуская к себе расплывчатый образ Грегора. — Не подходи!

— Не кричи, всё будет в порядке.

— Отойди!

Неожиданно тошнота подступила к горлу, и внутренности будто вывернуло наизнанку. Закашлявшись, я резко распахнула глаза, выставляя руку вперёд и не позволяя Грегу подойти ближе. Тело все ещё горело, впрочем, как и саднящее горло. Стирая с подбородка неприятную, вязкую жидкость, я приподнялась на локтях и обнаружила себя обнажённой по самую талию на мягкой шкуре. Не сразу сообразив, что приключилось и где посчастливилось очнуться, я бегло осмотрелась по сторонам, ощущая тепло, исходящее от небольшого камина, выдолбленного в каменной стене. Дрова мирно потрескивали, охваченные пламенем, а вокруг сгущался незнакомый полумрак. Голова нещадно болела. Виски по-прежнему сдавливала неприятная пульсация. Я понятия не имела, куда попала, поэтому попыталась сесть, чтобы лучше рассмотреть небольшое помещение, однако, спокойный голос, раздавшийся за спиной, не позволил подняться.

— Лежи смирно, — попросил Бродерик, в одно мгновение оказавшись рядом и присев на край медвежьей шкуры. — Твои раны обработаны, и теперь нужно время, чтобы они могли немного затянуться.

— Рик? — прошептала я, тихо простонав и уронив голову на мягкую подстилку. — Что происходит? Где мы?

— Все в порядке, тебе не о чем больше волноваться, — заверил он, заботливо убирая сухие, рыжие пряди за плечи. — Мы добрались до пещер.

— Я ничего не помню…

— Ты была без сознания на протяжении всего нашего пути, — коротко рассказал Бродерик, опираясь рукой о каменный пол неподалёку от расстеленной шкуры. — Нам пришлось действовать незамедлительно, ведь тебя лихорадило. Я очень испугался и молил бога о спасении, — признался он, с усталой улыбкой на губах, — но ты родилась под счастливой звездой. Нам удалось достигнуть пещер и с трудом, но всё-таки сбить температуру.

— Спасибо, — сдавленно пробормотала я, испытывая очередной спазм. Лицо исказилось гримасой боли, и Бродерик, обратив на это особое внимание, поспешил предложить лекарство.

— Выпей вот это, — попросил он, протянув чашу с тёплым напитком.

— Что это?

— Отвар, который поможет заснуть и на время снимет боль.

Я отняла голову от мягкой шкуры и безоговорочно позволила Бродерику напоить себя. Тёплая жидкость приятно обволокла горло и спустилась в желудок.

— Теперь поспи немного, — продолжил он, оставляя чашу на невысоком столике у тёмной стены. — Ни о чём не думай. Мы обсудим все, когда ты проснёшься, договорились?

— Да, — быстро согласилась я, прикрывая глаза и покусывая губы, испытывая при этом тянущие и пронизывающие боли в спине.