Во имя жизни: Золотые поля (СИ), стр. 100

— Не могу поверить, что Влад действительно так издевался над собственной женой… Но как же ты попал в «Золотые поля»? Неужели произошло нечто ужасное?

— Знаешь, наверное, несмотря ни на что, эта часть жизни остаётся самой любимой, ведь мне посчастливилось вырваться из замкнутого круга, стать свободным и обрести новую семью.

— Что же произошло?

— Однажды, холодным и пасмурным днём я заметил совсем маленькую рыжеволосую девчушку у ворот лагеря, — продолжил Бродерик, изучая глазами тёмный коридор. — Тогда уже исполнилось одиннадцать лет, и Влад позволял общаться с другими детьми моего возраста, но строго запретил приближаться к неприступным каменным стенам, однако, доброе сердце не позволило бросить малышку в беде. — Рик улыбнулся и стер с подбородка остатки крови. — Совсем крохотная девочка, годика три, не больше. Я решил пренебречь правилами и накормил её печеньем.

— Кто же она? — севшим голосом спросила я, хотя уже и знала ответ на свой вопрос.

— Это была наша первая встреча, Тесса.

Бродерик улыбнулся, и я ахнула, осознавая, что интуиция никогда не подводила, а поведение Рика, даже самое необъяснимое, всегда имело под собой чёткие основания.

— Выходит, я появилась на свет среди золотых полей, была «другой» с самого начала?

— Да. — Рик кивнул.

— Но что же произошло? Как я оказалась в «Хелдоне»?

— К сожалению, случилось так, что другие дети заметили нас, и во двор вышел разъярённый отец, — на последнем слове, голос Рика заметно огрубел, а взгляд снова стал озлобленным. — Он открыл ворота, схватил обоих в охапку и затащил на территорию лагеря. На крики матери, он велел заткнуться и держать тебя при себе, ну а мне досталась первая порка. Шрамы на спине — напоминание на всю жизнь. Разумеется, вскоре к ним добавились и другие, но сути это не меняет. — Я тяжело вздохнула и прижала грязные пальцы к губам, вслушиваясь в каждое слово своего мужчины. — Вдоволь поиздевавшись, Хелдон заявил: у него будет другой наследник, гораздо сговорчивее и послушнее, а потом распахнул ворота и выбросил за пределы лагеря, в надежде, что я сдохну через несколько часов от ран, если ещё раньше не стану жертвой острых зубов диких животных.

— Господи… — неожиданно вырвалось из горла. — Сколько жестокости! — Я сглотнула и, обдумывая то, что услышала, тихо уточнила: — Но почему Влад так поступил? Неужели в нём не было ни капли любви к собственному ребёнку?

— Я никогда не слушал Хелдона, делал всё не так, как он хотел; часто защищал мать, да и тебе попытался оказать поддержку, когда Влад насильно затащил нас обоих в ворота, но, как видишь, ничего не вышло. — Рик прерывисто вздохнул. — Спасла меня жительница «Золотых полей», а тебя Хелдон держал рядом с собой все эти годы и скрывал истинное происхождение в корыстных целях.

— Да, я слышала об этом. Оказалось, что кровь как-то связана с противоядием от болезни.

— Чушь! — возразил Бродерик, хмыкнув себе под нос. — Кто сказал этот бред?

— Грегор, когда высек меня.

— Не верь, — попросил Рик, протирая лицо руками. — Влад всем в лагере запудрил мозги. Вирус, если и был, то уже много лет, как побеждён. Я жив, до сих пор не почил с миром от вымышленной болезни.

— Тогда совсем не понимаю, с какой целью Влад удерживал меня здесь?

— Всё намного проще, чем ты можешь себе представить, — прошептал Бродерик и, вздохнув, на одном дыхании выдал ошеломляющую правду. — На самом деле ты являешься прямой наследницей Артура, его дочерью. — Я распахнула рот в немом удивлении, потрясённая очередным открытием своего туманного прошлого. — Думаю, что Влад надеялся повлиять на главаря «Золотых полей», выведать местоположение лагеря и обменять тебя на информацию, однако, к тому моменту Артур счёл родную дочь без вести пропавшей. Он продолжал свои поиски, но и представить не мог, что ты находишься в «Хелдоне».

Я не верила собственным ушам. Рассказ Бродерика показался настолько фантастическим и нереальным. Весь мир, каким он был на протяжении почти двадцати пяти лет, безвозвратно рухнул. По сути, меня захватили в плен и вырастили под присмотром правителя «Хелдона» в его собственных корыстных целях. Уму непостижимо! Как такое возможно? Всего за несколько минут я превратилась в законнорождённую дочь Артура и оказалась родной сестрой Бринейна. Эта новость ошеломила и на некоторое время попросту лишила дара речи. Семейство Бродерика, признавшее его как своего сына, поголовно обладало ярко-рыжими волосами, и я не раз подмечала это, сравнивая двух настолько разных братьев.

— Влад решил приберечь тебя напоследок, — добавил Рик после недолгой паузы, позволяя осмыслить и переварить информацию. — И растил рядом с собой всего лишь с одной целью: когда придёт время, ты должна была поплатиться жизнью или добровольно занять его сторону, проникнуть в общину врага и стать его проводником к «Золотым полям».

— Но ведь всё так и вышло, несмотря на то, что никто не посвятил в зловещий план, — прошептала я, потирая продрогшие плечи, до конца не смирившись со словами Рика. — Не понимаю, как родители позволили подойти настолько близко к «Хелдону» в столь юном возрасте. Да и как ты сам стал главарём общины вместо Бринейна?

— Меня нашла твоя мать, Тесса, — продолжил свой рассказ Бродерик, и при упоминании о ней, на душе проснулся неведомый ранее трепет. — Самая прекрасная и благородная женщина из всех, кого я когда-либо встречал. Она и привела в «Золотые поля», а её муж исцелил раны и поставил на ноги. У него я впоследствии и обучился врачеванию. Спустя неделю, самочувствие улучшилось и пришлось обо всём рассказать. Выяснилось, что рыжеволосая малышка была дочерью Анне́те — это имя нашей матери, — которую все искали. Выслушав рассказ, она попросила не говорить о твоём заточении Артуру, побоявшись, что он ринется спасать свою единственную дочь и погибнет, так и не добившись результата. — На лице застыл немой вопрос и, видимо, Рик заметил это, поспешно добавляя: — Тогда и поклялся сохранить всё в тайне, но когда придёт время, вернуть тебя матери и покончить с тиранией. Я рос все эти годы с одной-единственной целью: отомстить за нас обоих. Да, удалось примкнуть к «Золотым полям» не вызывая особых подозрений. Матушка скрыла, откуда я родом, выдумав несуществующую легенду о том, что нашла мёртвую семью в лесу. Все погибли, а сыну посчастливилось выжить. Некоторое время они с Артуром даже имитировали родинку на пояснице, чтобы все убедились в том, что я один из них, а настоящие родители оказались отшельниками, прожившими самостоятельно много лет, не примыкая к общине.

— Анне́те… Она жива?

— Да, — тихо ответил Рик, и в его голосе прозвучало столько теплоты, — я навещал её недавно. Наша мать… — мужчина замолчал на мгновение, будто собираясь с мыслями. — Анне́те ждёт тебя, ведь я обещал воссоединить семью, но, как оказалось, в очередной раз подвёл её, — с горечью произнёс Бродерик. — Прости, Тесса, за то, что не сдержал своё слово. Я не только не помог, но и ещё посмел привязаться к тебе, испытать чувства, на которые не имел права.

— Мы оба потянулись друг к другу, — прошептала я с нежностью в голосе, — и ты знал с самого начала.

— Да, но понимал, что между нами непроходимая пропасть, а потом, когда сдался непреодолимому порыву, всё пошло наперекосяк. И вот, мы здесь.

— Но знаем истину, Рик, — напомнила я, приникая к решётке и всматриваясь в его лицо. — Жаль, что не получится посетить второй лагерь напоследок.

— Ты так похожа на неё, — шёпотом добавил Бродерик, поймав мой взгляд. — Такая же рыжеволосая и прекрасная. Я сразу понял, как только увидел той ночью, кто ты на самом деле.

— И поэтому так странно вёл себя? Неужели боялся, что Влад мог подослать беглянку в «Золотые поля»?

— Не стану скрывать, что эти мысли посещали, но твоя душевная красота не оставила выбора, — Рик пожал плечами, с непередаваемым теплом и нежностью заглядывая в глаза. — Наверное, я влюблён в тебя, и это чувство не покидает ни на минуту. Больше нет сомнений в преданности и верности. Прости за вспыльчивость и обиды, которые неосознанно нанёс в прошлом.