В пустыне нет слёз (СИ), стр. 23

Минутой ранее я узнал, что Кёнсу продали не кому-нибудь, а тому самому Ифаню — владельцу военного завода и тысяч различных оружий.

— Он заявился в «Белую лилию» пару дней назад — скупил всех оставшихся омег, — продолжил свой рассказ Тао. — Спрашивал, не хочу ли я продать крепость.

— А ты? — нахмурился Чанёль.

— Сказал, что подумаю, — пожал плечами блондин. — Я же не дурак, знаю, за чем он охотится.

— Судя по карте, «Белая лилия» находится довольно далеко от завода Ифаня, — задумчиво произнёс Чунмён. — Города далеко, нужно много топлива, чтобы добираться до туда.

— Возможно, он хочет перебраться туда? Перевезёт своих людей и остатки оружия, зато будет иметь долгожданный доступ к воде и не прятаться под землёй, как крыса! — злобно фыркнул Сехун.

— Сейчас «Белую лилию» кто-нибудь охраняет? — подал голос Чанёль.

— Там остался десяток моих ребят. Но сам понимаешь, если Ифань решит атаковать, то его пушки не сдержит пара автоматов, — оскалился Тао.

— Может, это и к лучшему? Продать ему «Белую лилию» и дело с концом, — лениво потянулся Чонин. — Будет у него вода, значит и на Город он нападать не станет!

— А вот здесь ты глубоко заблуждаешься! — мотнул головой Пак. — Если Ифань получит воду, то станет всемогущим. Он давно хотел напасть на Город, и его ничто не остановит!

— И что же нам делать? — спросил Сехун.

— Прибрать «Белую лилию» к своим рукам, — улыбнулся Чанёль. — Судя по рассказам Бэкхёна, место там действительно обустроенное. Переберёмся туда из Города и…

— Да кто тебя туда пустит! Это моя территория! — взвился Тао.

— Это территория омег, которых вы насиловали и продавали! — не выдержал я. — Мы там жили и никого не трогали, а потом появились вы и всё разрушили!

Мой голос звенел от слёз, но я не собирался молчать — слишком долго я это делал.

— Это вы убивали моих друзей! Это из-за вас они оказались подстилками для богатых альф! Ради того, чтобы набить собственные карманы, вы просто уничтожили сотню омег!

— Омеги и нужны для того, чтобы раздвигать ноги! — продолжал гнуть своё Тао. — Посмотри на Пака — да он спит и видит, как трахнуть тебя! Думаешь, у него к тебе большая и светлая любовь?

— Заткнись! — рявкнул Чанёль, сделав вид, что не заметил моего взгляда. — Мне плевать, что ты говоришь про свою территорию. Бэкхён прав — это место принадлежало омегам. И я не допущу, чтобы в нём хозяйничали такие твари, как ты или Ифань. Так что выбирай — либо ты добровольно уступаешь нам крепость и, так и быть, остаёшься там со своими людьми; либо мы захватим её силой и перестреляем вас, как собак. И не думай, что у меня есть недостаток в бойцах!

Тао поджал губы и сощурился. Было видно, что он не хочет уступать Чанёлю, но его положение, по крайней мере сейчас, было совершенно безвыходным.

— Хрен с вами, забирайте, — наконец выдохнул он. — Только мы всё равно с тобой сочтёмся, Пак Чанёль!

— Взаимно, обмудок, — прошипел альфа.

========== Глава 15 ==========

Альфы единогласно решили, что завтра утром следует выехать в Город, чтобы запастись бойцами и оружием, а уже потом наведаться в «Белую лилию». Тао от такого расклада лишь скрипел зубами, но спорить не стал — понимал, что бессмысленно.

После позднего ужина все разошлись — Тао вновь заперли под замок в кладовке, но я прекрасно видел, как сердобольный Чонин незаметно швырнул в тёмную комнату плед и подушку; Сехун и Чанёль обсуждали за закрытыми дверями очередные военные тайны; а Чунмён о чём-то общался с бетами, расстроенными отъездом хозяина.

Я же, совершенно не зная, чем себя занять, сидел на полу своей комнаты и смотрел невидящим взглядом на стену, по которой метались причудливые тени от языков пламени, пляшущих в стеклянной колбе керосиновой лампы. На коленях лежала книга, которую я так и не удосужился раскрыть — в голове мыслей было куда больше, чем заложил в потрёпанный переплёт давно канувший в Лету автор.

Я думал о Кёнсу и о том, как несладко ему пришлось. Сможет ли он когда-нибудь простить меня? Я же не виноват, что Тао меня пожалел, что мне удалось сбежать и повстречать Чанёля и Сехуна. Возможно, это судьба или просто случайность. А может я просто счастливчик. Хотя… Кого я обманываю? Я далеко не счастливчик.

— Он всего лишь хочет трахнуть меня, — шумно шмыгнув носом, прошептал я.

Мужчина, который так мне нравился даже несмотря на то, что от его запаха у меня не кружило голову, лишь мечтал затащить меня в койку. Меня обидело даже не то, что это предположение вылетело из уст Тао, а то, что Чанёль даже не попытался поспорить с ним. Значит, правда.

Первоначальная радость от осознания того, что Чонин нам больше не помешает, схлынула, оставив после себя горькое разочарование. В любом случае всё напрасно. И Пак Чанёль недостоин того, чтобы я отдал ему свою девственность!

— Ты спать собираешься?

Я медленно задрал голову и вздрогнул — высунувшись из-за приоткрытой двери, на меня хмуро смотрел Чанёль. Насиловать пришёл, что ли?

— Уходи! — отвернувшись, фыркнул я.

Альфа, вместо того чтобы послушаться, прошёл в комнату и навис надо мной.

— Ты как со мной разговариваешь, мелкий? Давно не получал? — Пак тут же наградил меня несильным подзатыльником. — Быстро ложись, нам завтра рано вставать!

— А с чего ты взял, что я буду тебя слушаться? — дерзко возразил я. — Ты не мой альфа и я не обязан…

Возможности договорить мне не дали — альфа подхватил меня легко, как пушинку, и вдавил в стену всей своей здоровой тушей. Ахнув, я упёрся кулачками в его грудь и зажмурился, готовясь, если что, кричать со всей мочи.

— Он тебя целовал? — уткнувшись носом в мои волосы, низко прошептал Чанёль.

По спине пробежались мурашки от этих вибраций, и я невольно передёрнул плечами.

— Кто? Тао?

Альфа лишь рыкнул, обхватив меня ручищами за талию и вплотную притянув к себе.

— Ну… было… пару раз, — честно признался я.

— Нравилось? — От сердито суженных глаз стало немного не по себе, но странный трепет охватил всё моё существо, не позволяя отстраниться.

— Нет, — откровенно признался я.

— Тогда можно я тебя поцелую? — едва касаясь губами моего горящего от смущения ушка, прошептал Чанёль.

— Зачем тебе это? — пискнул я, чувствуя, как в животе всё стягивает тугой спиралью, а в трусах начинает свербить и чесаться.

— Как же ты пахнешь, — проигнорировал вопрос мужчина и облизнул влажным языком мою шею.

— Ах, Чан… Ёль, — не ожидая подобного, я рвано глотнул воздух и сильнее запрокинул голову.

Вот так фокус — клялся, что никому не отдам свою девственность, а сейчас готов быть разложенным этим великолепным альфой прямо здесь, у обшарпанной стены.

— Ты мой, — прорычал Чанёль, резко отстранившись. — Если увижу с каким-нибудь альфой, убью!

Не дав мне и слова вставить, Пак пулей вылетел из комнаты, но я успел заметить, как топорщатся его брюки. Что самое ужасное — у меня всё обстояло не лучше. Пришлось сцепить зубы и воспользоваться проверенным советом Чонина. Надеюсь, никто не узнает, что я уже второй раз дрочу, как сумасшедший, на Пак Чанёля, а после реву в подушку, потому что моей руки слишком мало.

***

Бессонная ночь оставила отпечаток в виде кругов под глазами и болезненной бледности, но мне не было до этого дела. Гораздо острее стояла другая проблема — постараться понять, чего же на самом деле хочет от меня Чанёль. Круг лиц, к которым я мог обратиться с этим вопросом, был весьма ограничен. Не думаю, что Тао или, тем более, Чонин, захотят со мной общаться на эту тему. К Сехуну, ввиду ночного предупреждения, я также боялся близко подходить. Оставался Чунмён, который сейчас деловито укладывал вещи в джип и задумчиво чесал подбородок.

— Можно у тебя кое-что спросить? — неслышно подойдя сзади, робко пролепетал я.

— Бэк, ты меня напугал! — Бета схватился за сердце и прищурился от ярких солнечных лучей, бьющих в лицо. — Что случилось?