БЕГЛЕЦ (СИ), стр. 39

К вечеру приличные люди с детьми и женами начали рассасываться. Тогда я впервые заметил в толпе чужих верлеопардов. Немного, двух или трех. Поймал взгляд Сая, тот кивнул, подтверждая. Вот и разведчики Патрисии нарисовались.

Мы ничего не предпринимали. Зачем? Все шло по продуманному плану.

Мар немного выпил, расслабился и раскраснелся, прижавшись ко мне. Уже темнело, мы сидели недалеко от костра, ужинали кто чем. Парни травили анекдоты, женщины сплетничали или тихо обсуждали свое.

Другие кланы так же мирно устроили посиделки за другими столами. Сегодня среди нас было много простых людей, но вечером остались только друзья и родственники. Многие уехали в город, продолжать празднование.

Мар зевнул, потянулся, а я уже знал, что за нами следят, чувствовал затылком. Котенок тоже пару раз смотрел по сторонам, и его проняло. Дик отвлек его разговором. Мы засобирались домой, бойцы индейца делали вид, что останутся тут еще надолго. На самом деле они последуют за нами чуть позже, без машин, – устроят пробежку по ночному лесу. Мы вчетвером лениво брели к машинам. Сайдо хлопнул меня по плечу, проходя мимо, и одними губами сказал:

— Они рядом, будь начеку.

Заняв свои привычные места, мы поехали по лесной дороге. Сай впереди, следом я с Маром. Через две минуты фары высветили большую яму на дороге, точно около развилки, – не объехать.

Не спеша съезжаем на вторую дорогу, она была длиннее, но тоже вела в город. Мар ничего не подозревая, теребил на коленях плюшевого барса и смотрел в окно на ночной лес.

Через десять минут Сай снова притормозил, нас обдало знакомой энергией, и в свет фар вышла проклятая ведьма в черных джинсах, белой блузе и неизменных каблуках, светлые волосы волнами ниспадали на плечи.

Мар судорожно вздохнул, я взял его лицо в ладони.

— Ничего не бойся, Мар, — твердо произнес я, смотря в зеленые глаза, целуя ободряюще.

Он облизнулся, кивнул, и только накатившая бледность выдавала его волнение. Я вышел из машины первым, он следом, встал рядом, вцепившись в руку. Впереди вылезли из своего авто наши друзья.

— Так-так-так, кто у нас тут попался в сети, — с довольной ухмылкой протянула Патрисия, красуясь в свете фар, за её спиной я насчитал человек двадцать. Воздух медленно накалялся от звериной энергии.

— Что ты себе позволяешь, Патрисия?! Ты на моей территории! – рявкнул Сай, зарычав и обнажив клыки.

Она оскалилась в ответ.

— Не собираюсь выслушивать упреки от деревенщины неотесанного!

В темноте за нами послышались шорохи, и загорелись огоньки глаз. Еще человек двадцать. Мы окружены.

— Хочешь войны, Глава «Снежной бури?» — холодно произнес Сай, выпуская свою силу на свободу.

— Хочу проучить выскочек, посмевших меня оскорбить! – прошипела блондинка. – Мне нужен мой сын и его любовник, тебя я, так уж и быть, отпущу. Мне ни к чему лишние проблемы. Что скажешь?

— Скажу: А не охренела ли ты, девочка? – медовым голосом протянул друг, его энергия прянула в стороны, вышибая воздух из груди. Подойдя ближе, я в отражении бокового стекла увидел, как горят серебром его глаза.

Патрисия чуть опешила от услышанного, но потом звонко рассмеялась.

— Сай, Сай, Сай, ты, видимо, еще не до конца осознал плачевность своего положения, — ласково мурлыкнула она, подходя ближе к индейцу, суя свои женские прелести чуть не под нос ему. – Ты окружен, дорогой. Здесь пятьдесят моих лучших людей, а ты один… в темном лесу… — она подошла к Саю вплотную. – Всякое может случиться, и никто не узнает. – Выдохнула последнюю фразу в его губы, от чего тот поморщился.

Энергия от неё вилась жгутами, подавляя, наполняя пространство. Мы с Маром стояли позади индейца, прижимаясь к машине. Дик находившийся рядом, уже выпустил когти. Воздух вибрирует напряжением.

— Глупая женщина, — спокойно произнес друг и пронзительно свистнул.

Лицо блондинки исказилось яростью, она отступила, озираясь по сторонам, а за её людьми, в пространстве леса, началось шевеление. Бойцы Сая окружили всех плотным кольцом, сверкая в темноте сотней огоньков глаз.

— Ты ПОЖАЛЕ-ЕШШШШШШШШШШШЬ, — как змея прошипела мать Мара. – УБИТЬ ИХ ВСЕХ!!!

Я прикрыл собой котенка, отращивая когти и клыки. Одно мгновенье, и начался бой. В свете фар верлеопарды вцепились друг другу в глотки. Сай молниеносно прыгнул на Патрисию, они клубком покатились по земле. На Дика насели сразу двое, он с рычанием кинулся в бой. Дальше рассматривать не было времени. Остались только противники, рвущиеся к моему горлу, и Мар, прикрывающий мне спину.

Я полосовал когтями плоть, рвал зубами, пьянея от крови. Перекусывал руки, отрывал куски мяса и вертелся, словно загнанный в капкан зверь. Вот оскаленная пасть перед глазами, получеловек-полукошка, старается добраться до горла, но я ударом ноги отправляю противника в полет на капот машины. Звон лобового стекла, одна фара гаснет. Мар рядом со мной раздирает чью-то грудь когтями. Слышится вой, рычание, и запах крови, словно дорогой парфюм, скапливается в воздухе. Трещат кусты и деревья под напором дерущихся тел. Схватка! Безжалостная! Кровавая!

Чей-то предсмертный хрип, и я выпускаю кишки очередному врагу, его последний вой стоит в ушах. Вскрик Мара заставляет обернуться. Он стоит на одном колене, его противник – полуобернувшийся кошак, замахивающийся лапой с когтями, я с разворота бью его в корпус, ногой ломая грудную клетку и посылая далеко в полет. Рывок – Мара на себя, и мы опять спина к спине. Оба в крови, ранах; одежда порвана. Боль сигнализирует о повреждениях. Но это сейчас не важно, главное – выжить.

Дик неподалеку, весь в алых потеках, рука висит плетью, но его прикрывает пара бойцов Сая. Я вырвал горло бросившемуся на меня верлеопарду, в бок ударила пятнистая тень, сбивая с ног. Оскаленная пасть щелкнула вблизи лица, успеваю увернуться, спихиваю мохнатую тварь, и когда она бросается снова, бью ей точно между глаз, дробя череп. Она мешком падает на землю. Поворачиваюсь только для того, чтобы увидеть, как Мар сворачивает шею своему противнику и отбрасывает от себя труп. Зеленые глаза котенка светятся, зубы обнажены в оскале, ни тени паники, он полностью сосредоточен, с ног до головы покрыт кровью, ошметками плоти, сам в изодранной одежде. Он Мой! Мой любимый! Мой котенок!

Я знаю, что выгляжу не лучше, но именно сейчас мы настоящие, без масок. Такие, какими и были тысячи лет назад, опасными зверями все еще в человеческом обличье – ОБОРОТНИ!

Внезапно все кончается, лес замирает тишиной, мы все оборачиваемся в сторону Сая. Он стоит над окровавленной женщиной в лохмотьях, на её лице ярость и недоумение, она даже не может подняться, располосованная на ленточки. Земля под ней пропитана кровью, она пытается ползти, но безрезультатно.

Энергия индейца вдруг становится почти невыносимой, прижимает к земле, вызывая вой в рядах верлеопардов, прокатывается по рядам живых и мертвых. Трудно дышать, блондинка в ужасе скулит у его ног, а Сай спокойно приседает возле неё на корточки, и я вижу его глаза, полные серебра, без белка. Он срывает с себя лохмотья рубашки, лениво вытирает лицо, брезгливо сплевывает. Картина маслом: злобный варвар над беззащитной дрожащей пленницей.

Сай улыбается довольно.

— Ты зарвалась, девочка. Надо было играть дальше в свои игры в своем городишке и не лезть к взрослым дядям на разборки.

У блондинки белые губы, измазанные помадой, в глазах страх.

— Кто ты такой? – хрипит она.

— Я просто скучающий деревенщина, которого лучше не злить, но ты совершила этот опрометчивый поступок. Я сомневаюсь в твоих умственных способностях, раз не смогла вовремя остановиться.

— Убейте его! Приказываю! – заверещала она, снова пытаясь отползти.

Никто даже с места не сдвинулся, все молча ждали. Она проиграла, поверженный Глава – не глава вовсе.

— Оборотни клана «Снежной бури», я освобождаю вас от клятвы, вы свободны! Патрисия в скором времени лишится жизни, все связи оборвутся. – Он схватил женщину за горло, его сила закружилась вокруг ураганом и опала, как ворох осенних листьев. Индеец переместил руку в её густые волосы, намотав пряди на кулак, она могла только нелепо дергаться, и впился ей в шею клыками. Патрисия хрипела, билась зверем, пыталась достать его когтями, но он просто не обращал внимания на порезы и продолжал пить её кровь. Потом отпихнул её от себя и брезгливо вытер губы. — Видит бог, я не хотел этого, но для тебя сделал исключение. Глупая девчонка, возомнившая себя центром вселенной! Я не хотел с тобой связываться, но ты упорно не внимала предупреждениям!