БЕГЛЕЦ (СИ), стр. 21

Моя жизнь похожа на сказку, я все время боюсь её окончания. Возможно, судьба балует меня, одаривая счастьем, компенсируя все те ужасы, что я пережил. Не знаю. Я просто наслаждаюсь, ловя каждое мгновение. Пожалуйста, пусть это продолжается подольше!

Начался сезон охоты, мы привели в порядок гостевой домик. Ждем приезжих, что каждый год появляются примерно в это время. Гости приехали в выходной на двух крутых тачках. Четверо мужчин, всем лет за сорок, аура больших денег и успеха летала над ними, подкрепляясь дорогими часами известных марок. Бизнесмены на отдыхе.

Все мужчины тепло поздоровались со Шмелем, вышедшим к ним навстречу. Я наблюдал за ними из окна кухни. Тигр заметил меня, подозвал к себе и познакомил с новоприбывшими. Оказалось, я был прав: приехали солидные люди. Ожидался еще гость, заблудившийся в дороге.

Я провел всех в комнаты, помог затащить вещи, мы мило побеседовали о погоде и еще о куче ничего не значащих вещей. Уже на улице я заметил подъехавшую машину, скорее всего, опоздавший. Я пошел встретить гостя и никак не ожидал увидеть выходящим из машины одного из партнеров по бизнесу моей матери.

Я застыл на мгновенье, сердце перестало биться, а кровь замерзла в жилах. Звуки исчезли. Но опасность резко взвинтила мои нервы до предела, заставив дышать ровно. Он не должен меня узнать! Не должен! Я ведь сильно изменился за три года…

— Добро пожаловать. Я покажу вам вашу комнату, — мой голос даже не дрогнул. Стараюсь не встречаться с мужчиной глазами. – Вы ведь наш опоздавший постоялец?

— Да, заплутал по окрестностям, — мужчина поморщился, провел рукой по черным коротким волосам с проседью. – Никогда не был в таком захолустье. Я – Юнас, – представился он.

Пришлось пожать руку.

— Мар. Прошу в дом, — подхватив его сумки, направился в здание, кожей ощущая изучающий взгляд холодных серых глаз.

Мужчина не спеша следовал за мной.

— Мы раньше с вами не встречались? — спрашивает заинтересованно.

— Нет, не встречались, — в моем голосе холодная вежливость.

— Мне откуда-то знакомо твоё лицо, — Юнас без церемоний переходит на «ты». – Никогда не был на юге?

— Я с востока.

— Странно. Могу поспорить, я тебя где-то видел, — он не перестает пялиться на меня.

Конечно, видел и даже трахал. Все тот же одеколон с резким запахом муската и миндаля. Я прохожу по коридору и ставлю сумки в одной из комнат.

— Располагайтесь.

Проскальзываю мимо него, рука мужчины задерживает меня за локоть. Омерзение пронзает тело, заставляя вздрогнуть непроизвольно. Черт! Он заметил мою реакцию! Вопросительно смотрю, удивленно приподняв бровь.

— Что-то еще?

— Да, где можно найти хозяина?

— Шмель в гараже.

— Спасибо, Ма-а-ар, — его голос тянет моё имя, а рука, наконец, отпускает.

Я, стараясь не бежать, выхожу на улицу, остервенело потирая руку. Надо вымыть локоть, а еще лучше принять душ! Боги! Юнас. Этот садист-извращенец любит измываться долго и со вкусом. Надо не попадаться больше ему на глаза, может, тогда не вспомнит. Ледяные иглы страха пронзают тело. Почему? Почему сейчас?!

Я влетаю в спальню, сажусь на кровать и закрываю лицо руками. Надо успокоиться, но какое там… Времена затишья кончились.

Шмель

С Маром что-то происходит, он стал нервным, дерганным. Может, на работе проблемы? Хотя вряд ли, Луиза – святая женщина.

Наши гости не доставляют неприятностей, но есть один мужчина, он впервые приехал ко мне, сказал, по совету друга. Зовут Юнас, бизнесмен с юга. Пожимая руку, не мог отделаться от неприятных ощущений. В этом человеке есть что-то нехорошее, то ли прищур водянистых глаз, то ли манера задерживать прикосновения дольше положенного. А еще он расспрашивал о Маре, чем окончательно мне разонравился. Я еле сдержался, чтоб не послать его. Неприятный тип.

Спустя три дня охотники уехали в лес, их не будет несколько дней.

Мар

Временная передышка: гости уехали, я вздохнул свободнее. Пружина во мне натянулась до предела, Шмель беспокоится, а я молчу. Черт! Надо держаться.

Время тянется резиновой нитью. Работа – дом – работа. И напряжение, напряжение вибрирует в воздухе!

Вечер. Через час конец рабочего дня, выхожу из подсобки, выбрасываю мусорные пакеты. Меня толкают в спину, я рефлекторно отскакиваю и шиплю, выпуская когти.

Юнас стоит рядом с нехорошей ухмылкой на губах. Как я его не заметил? Замотался, наверное.

— Я вспомнил тебя, Лем, сладкая шлюшка! – гнусно тянет мужчина, наступая на меня.

Моя душа рассыпалась осколками несбывшихся надежд. Вспомнил все-таки.

— Не понимаю, о чем вы, — тихо говорю, отступая, пока не касаюсь спиной стены.

— Все ты прекрасно понял, Лем, — Юнас подошел вплотную. – Мы так хорошо повеселились тогда, закрепляя выгодную сделку с твоей матерью. Ты все такой же ненасытный красавчик? Хорошо устроился, вон любовничка приобрел. Шмель – просто сказка. Хорошо он тебя трахает? Долго, с оттягом, наверное, он же оборотень. Но я не ревнивый. Давай проведем ночку вместе, вспомним старые времена, если не хочешь, чтоб твой хахаль узнал, какую блядину пустил к себе в постель! – Его рука погладила грудь через футболку, водянистые глаза горели похотью. – Нет? Может, рассказать ему, как сладко ты отсасывал и кричал в моих руках! Шлюшка… сладкий мальчик, давай, тебе же нравилось…

Мерзкий шепот прокрадывается в уши, отталкиваю его, за грудки впечатывая в стену, и рычу, обнажая клыки. Я давно не шлюха, меня никто не имеет права трогать!

— Заткни свой поганый рот, — шиплю прямо в ненавистное лицо, в водянистых глазах мелькнул страх. – Забыл с кем разговариваешь?! Я размажу тебя по стене в секунду, если не заткнешься! Не лезь ко мне и к Шмелю! Я предупредил!

— Смелый стал, да?.. А как стонал в цепях и скулил от плетки… — он развязно облизывается, а меня кривит от гадливости.

— Сейчас я на свободе, и мне ничего не мешает свернуть твою шею, урод!

— А мамочка знает, где её любимая игрушка? Я ведь могу и расска…

Я сдавливаю его шею рукой, заставляя умолкнуть. Скотина! Поднимаю вверх за шею, его ноги дергаются, рот широко открывается в попытке глотнуть воздуха. Желание убить ублюдка такое незамутненное, острое… Но разум вовремя включается, разжимаю хватку. Мужик плюхается на задницу, хватаясь за горло.

Он все равно свяжется с матерью, но на убийство я не пойду, хотя стоило.

— Советую убраться из города, пока я не подал жалобу о сексуальном домогательстве. Тут тебе не большой город, половина населения – оборотни, а мы защищаем друг друга, — холодно цежу сквозь зубы.

— Ты пожалеешь… шлюха… блядь затраханная… — Юнас растирает горло.

Я бью его в челюсть, еле сдерживая звериную силу, и ухожу в подсобку.

Скоро Шмель заедет, надо успокоиться. Как мне в глаза ему смотреть? Что делать дальше? Мне страшно до тошноты, но идти на сделку я ни с кем не буду!

Я ведь дал ему слово… Не могу все ему рассказать! Не могу… не могу…

Надо было уезжать дальше, прятаться лучше! Но тогда я не встретил бы тигра. Что толку в пустых метаниях, меня нашло прошлое, угрожая разрушить будущее.

Шмель

Я замотался на лесопилке в последние дни. Сейчас еду к Мару, чтоб встретить с работы, и чуть опаздываю. Звоню предупредить, у него усталый и какой-то больной голос.

Котенок ждал меня на улице, запрокинув лицо к солнцу и закрыв глаза, стоял, вытянувшись гибкой ивой. Ветер трепал его отросшие волосы, у меня неприятно заныло сердце. Что-то случилось…

— Мар, привет, котенок, — я распахиваю перед ним переднюю дверь, он гибко скользнул на сиденье.

— Привет, Шмель, — мимолетная улыбка и поцелуй в губы, как пьянящий глоток родниковой воды.

Ты не обманешь меня, губы улыбаются, но тело выдает напряжение.

— Все хорошо?

— Да, а что?

— Ты какой-то напряженный, Мар.

— Устал просто, — зеленоглазый откидывается на спинку кресла и вздыхает. – Много работы.

Я веду машину, посматривая на котенка. Он врет или не договаривает. Черт, как же сложно с ним, спокойно, только спокойно.