БЕГЛЕЦ (СИ), стр. 19

Я лежал на теплой земле и думал, что мне повезло, ведь сейчас лето. Сайдо рядом, я был не один.

Вернулись два леопарда, притащив в зубах наши сумки с вещами, положили их на землю рядом со мной и скрылись в кустах. Скоро рассвет, луна почти ушла за горизонт. Лес просыпался, воздух стал чуть прохладнее.

Сайдо зашевелился, отошел на пару шагов, энергия от него потекла сильней. Я смотрел, как он превращается в человека. Луна еще не ушла за горизонт, а он уже смог измениться. Сильный. Индеец, как был обнаженным, так и подошел ко мне, присел.

— Ну что, малыш, опять вляпался в неприятности? Шмель мне за тебя голову оторвет! — он грустно посмотрел на меня, погладил по голове, ощупал ногу, я дернулся от боли и зарычал.

— Тише, терпи. Сейчас освобожу, — Сайдо ухватился за зубчатые створки и без труда открыл ловушку. – Только не перекидывайся в человека, пока рану не осмотрю, — предупредил он.

Я освободился, капкан щелкнул, закрывшись. Сайдо положил это пыточное орудие рядом и наклонился, ощупывая повреждения.

— Плохо, ты потерял много крови. Капкан старый, из странного сплава. Похоже, серебро было одним из компонентов.

Я лежал, прижав уши, и старался не скулить.

— Теперь превращайся, Мар, я помогу, — индеец поднес руку к моей груди, его энергия потекла в меня, заставляя зверя отступить. Без его поддержки я еще час не смог бы превратиться в человека. Луна все еще маячила на горизонте, не давая перекинуться.

Я перетекал медленнее обычного, и боль была другой, более тягучей. Голую кожу неприятно кололи травинки, жухлая листва липла к телу. Шевельнувшись, я застонал, нога все так же болела. Сайдо перехватил лодыжку руками и чертыхнулся. Я был с ним согласен: рана никуда не исчезла и зияла рваными краями. Правда, кровь почти остановилась.

— Эта железка из арсенала охотников на оборотней! — серебристоглазый порылся в сумке, перевязал мою конечность чистой тряпицей. Я кусал губы, стараясь не стонать. – Надо тебя доставить в больницу как можно скорее. – Он схватился за сотовый и зло сплюнул.

– Сигнала нет, слишком далеко от города. Ладно, Дик сам позвонит.

Я неловко подтянул ноги.

— Помоги одеться, пожалуйста, — попросил я, подтаскивая к себе свои вещи.

— Сейчас, — индеец со спринтерской скоростью натянул свои шмотки и помог мне облачиться. Кроссовки отправились обратно в рюкзак.

Сильные руки подняли меня с земли и прижали к груди, я обхватил его за шею для удобства. Его черные волосы лезли в глаза, заставляя фыркать. Сайдо хмыкнул, стиснул меня сильнее и побежал.

Красная заря разгоралась на горизонте, оплавляя небо. Новый день настал.

Будь мы людьми, индеец ни за что не стал бы нести меня на руках, словно принцессу, а закинул бы себе на спину или перекинул через плечо. Но с его силой нести меня было не проблемно.

Рюкзаки мы оставили около капкана, захватив только телефон.

Сайдо бежал очень быстро, огибая деревья, мне было больно, и я не мог наслаждаться прогулкой. Время от времени ветки деревьев хлестали по нашим телам, упавшие стволы индеец просто перепрыгивал, не замедляя бега. Через полчаса я учуял запах костра – мы были рядом. Серебристый узор в голове горел очень ярко, все участвующие в охоте вернулись к машинам.

Спустя некоторое время мы выбежали на поляну, нас встретил полностью одетый Дик, с телефоном в руке.

— Ну, наконец! Почему он у тебя на руках? – Дик удивленно рассматривал нас, а затем втянул носом воздух, почуяв кровь, и отогнул штанину, повязка чуть намокла.

— Ни фига себе! Почему ты не излечился? – блондин ошарашено пялился на кровавые пятна.

— Вопрос не ко мне, не я капкан ставил, — пробурчал я.

Сайдо сгрузил меня на заднее сидение своей машины. Я с облегчением отцепился от него – очень уж нервировали внимательные взгляды бармена.

— Дик, надо сгонять к оврагу, притащить капкан и наши рюкзаки заодно. Железка не простая и очень старая.

— Я ребят пошлю, мигом обернутся, — Дик подозвал парней, дал ориентиры, и они бесшумно скрылись за деревьями.

Сайдо и Дик развели бурную деятельность, дозвонились до доктора Мидо, предупредили. Потом был разговор со Шмелем, он ждал нас около больницы.

Народ на поляне стал разъезжаться по домам. Все давно перекинулись, оделись и собрались. Костры потушили, летнее утро было в самом разгаре. Капкан притащили и забросили к нам в багажник вместе с нашими вещами.

Я лежал в машине, Дик подсел рядом, положив мои ноги к себе на колени. Сайдо сел за руль, и мы поехали.

— Ну, Мар, ты учудил. Сто лет эта железка лежала, никого не трогала, и тут появился ты. — Блондин осторожно погладил рану и виновато посмотрел на меня. – Болит?

Да, зверски, еще и щиплет странно, но об этом я скажу только врачу. Приятно, когда друзья заботятся о тебе.

— Терпимо, — отмахиваюсь я, устраиваясь поудобнее. – Как там Шмель? Прибить готов?

— Волнуется, — Дик расслабленно откинулся на сиденье. – Если что, вали все на меня. В конце концов, это я тот спринтерский бег устроил. Думал, повеселимся, будет что вспомнить, – с иронией закончил он.

— Да, впечатлений хоть отбавляй!

— Не переживай, котенок! В следующий раз я с тебя глаз не спущу! – Сайдо подмигнул мне в зеркало.

— Если будет следующий раз, — грустно протянул я.

— Что за депрессуха! Конечно, будет, еще и на зимнюю охоту тебя вытащим.

М-да… Но так далеко я не загадывал.

— Если доживем, обязательно пойду с вами зимой.

— Договорились. — Индеец крутит баранку, машину чуть подбрасывает на кочках. – Скоро приедем, Мар, потерпи еще немного. Серьезные серебристые глаза посмотрели из зеркала.

Глазастый ты наш предводитель, ничего от тебя не скроешь. Правда, что ли, в гляделках рентген расположен?

У дверей больницы, нетерпеливо расхаживая, нас ждал Шмель, он кинулся к нашей машине, едва мы затормозили. Сильные руки бережно вытащили меня с заднего сиденья, упрямо сжатые губы выдавали напряжение.

— Доктор нас уже ждет. — Он осуждающе глянул на Дика. – И как вы вляпались во все это?

— Извини, Шмель, всё случайно получилось.

— Кто ж знал, что такие капканы еще остались, — Сайдо тащил железку за цепь.

От лязга металла меня всего передернуло.

— Потерпи, Мар, — шепнул Шмель, — скоро все закончится.

— Ты сильно сердишься? – спросил я, вдыхая свежий запах его волос.

— Сильно. Но не на тебя.

Мы зашли в палату, доктор уже ждал нас. Меня сгрузили на койку, врач срезал бинты и поморщился.

— Давно я такого не видел. Не повезло тебе, парень, угодить в капкан для оборотней, – док покосился на порог, где Сайдо оставил груду железа.

— Вы сможете залечить рану? – Шмель стоял рядом, сцепив руки на груди.

— Смогу. На наше общее счастье, есть особый отвар, надо хорошо промыть рану и перекинуться, — Док подошел к шкафу, покопался в склянках, потом выудил одну с ярко-красной жидкостью. – То, что надо. Так, а теперь все вон, я хочу остаться с пациентом наедине.

Мы с тигром переглянулись, я не хотел оставаться один.

— Я останусь.

Мидо своими желтыми фарами просверлил в полосатом дырку, но уступил. Повернулся к парочке у двери.

— А вы что встали? Брысь за дверь.

Глаза Сайдо заледенели, он хотел что-то сказать, но док перебил:

— Процедура болезненная и неприятная. Не съем я вашего кота.

Дик утянул любовника за дверь, предварительно показав мне большой палец: типа – держись, герой! Ага, а меня уже тошнит от боли.

Шмель

Док приступил к промывке раны Мара. Я взял его за руку и неотрывно смотрел в глаза. Котенок дернулся, стиснул мою ладонь пальцами, сжал губы и прерывисто задышал. Его глаза увлажнились, я почти слышал скрежет его зубов, боль в зеленых глазах плескалась, словно вино в бокале.

Терпи, котенок, я с тобой, терпи. Я рядом, никуда не ухожу. Одинокая слеза выкатилась из уголка зеленого глаза, прочертила дорожку по виску. Я шумно вздохнул, наклонился над Маром, упираясь в кушетку рукой, неотрывно смотря в глаза, полные боли.