БЕГЛЕЦ (СИ), стр. 12

— Ты само совершенство, — выдыхаю в круглое ухо. За это меня облизали шершавым длинным языком.

Моё тело тоже звенит в предвкушении, иномирная энергия хлещет наружу, просится выпустить, и я перестаю сопротивляться. Как всегда, боль волной прокатывается по телу, сила плавит меня по своей воле. Вот я черной пантерой стою возле тигра, сверкая зелеными глазами. Я опять меньше и изящнее выгляжу рядом с ним, а он снова нависает сверху. Шутливо тыкается мордой, урчит, большая лапа мягко опрокидывает меня на бок. Возимся, играя, я ему не соперник, но так приятно поддаваться и ощущать опасные и острые зубы у себя на загривке.

Потом перекусываем, утоляя голод, заваливаемся спать, тигр растягивается на боку, а я сворачиваюсь рядом, положив голову на мощную переднюю лапу. Самое лучшее полнолуние в моей жизни и самое приятное. Раньше мать всегда напяливала на меня ошейник и сажала на цепь. Это казалось ей забавным, унижать перед всем кланом. Ведь я отказался приносить ей клятву верности, отказался вплетаться в узор единения. Хорошо, что закон не позволяет делать это насильно, только по желанию, а я не желал иметь с ней ничего общего. Хватало и того, что она была моей матерью. Тогда её это задело, но она нашла способ напоминать о том, как я был неправ. По своему желанию она заставляла меня перекидываться в любое время – её энергия чудовищна. Хоть я не приносил клятву, на меня она имела все права, как родитель. Я плохо мог сопротивляться ей по той же причине – наши энергии были слишком похожи.

Не хочу вспоминать о том времени. И хотя на задворках моей души прячется страх перед ней, надеюсь, что меня никогда не найдут. А если даже найдут, буду сопротивляться возвращению когтями и зубами, но просто так не дамся. Теперь у меня другая семья! Сайдо, Дик, Шмель и другие леопарды. Весь клан «Диких ветров».

Радостный

— Привет, Шмель! Совсем забросил старого друга. Как жизнь? – Сайдо сидит вполоборота за барной стойкой, обозревая народ в клубе, и попивает напиток из стакана, судя по запаху, яблочный сок. Сейчас только вторая половина дня, посетителей мало.

— Бьет ключом, и все по темечку! Шучу. Все прекрасно, — я присаживаюсь рядом. – Дик, привет, налей мне зеленного чая со льдом.

— Привет. Сию минуту, — Дик шустро скрывается с глаз, взмахнув светлыми волосами, забранными в хвост.

— Ты сегодня один? – Сайдо внимательно окидывает меня своими нереальными гляделками. Вот ведь, столько лет его знаю, а к глазам не могу привыкнуть, они все так же притягивают взгляд. Сегодня волосы у него заплетены в косицу.

— Мар на работе, встречу его позже.

— Отлично выглядишь, дружище. Эта весна пошла тебе на пользу.

— Это Мар пошел мне на пользу. — Отпиваю чай из стакана, Дик застыл рядом, навострив уши. Беспокоится за друга.

— У вас все хорошо?

— Просто прекрасно. Нереально обалденно, — расплываюсь в улыбке. – Я счастливейший оборотень на свете.

— Рад за вас. — Сайдо наклоняется ближе, протягивает руку к кулону на ремешке. – Откуда вещица?

— Подарок от Мара.

— Красиво. Как раз для тебя.

— Сай, я хотел поговорить о предстоящем выборе старейшины. Сроки подходят, осталось чуть больше двух недель. Нужно составить список претендентов на пост. Ты будешь участвовать?

— Ты что, Шмель? Мне и своего клана хватает, чтоб еще взваливать другие проблемы себе на шею. Ты занимаешь этот пост уже два срока, каждый раз побеждая на турнире. С тобой по силе мало кто может соперничать. Я переговорю с главами крупных кланов по этому поводу. Знаю, что от волков точно будет двое претендентов. В любом случае, список тебе принесут не позже, чем за неделю.

— Думаешь, в этот раз желающих будет больше?

— Намного. Сейчас полно одиночек, и молодняк подрос. У многих амбиции зашкаливают. Хотя пост старейшины предусматривает мало власти, но все же его голос – решающий в спорных вопросах. Все крупные кланы заинтересованы в своем человеке.

— Кроме тебя.

— Кроме меня, — кивает индеец. – Ты мой друг, я хотел бы видеть и дальше тебя на этом посту. Лучшей кандидатуры пока не вижу.

— Спасибо.

— Пожалуйста. Это не лесть, а констатация факта.

— Нужно определить судей. Я свяжусь с Греем, пусть устроит жеребьевку. Должно быть по два человека от кланов и пятеро от мелких семей.

— Тебе придется сложно.

Я пожал плечами.

— Не в первой. Хочу сохранить пост хотя бы на следующий срок.

— Ты Мару уже сказал?

— Нет, сегодня поговорю. Вряд ли он будет меня отговаривать. Переживать, может быть.

Сайдо задумчиво теребил кончик своей косы, допивая сок.

— Он не рассказывал о своей семье?

— Нет. Похоже, это запретная тема. Я попытался пару раз, но он так напрягается, что я бросил это неблагодарное дело. Но одно знаю точно – с ним плохо обращались, возможно, били. Но теперь он со мной, и я никому не дам его трогать.

Друг хмыкнул и переглянулся с Диком за моей спиной.

— На следующее полнолуние у нас запланирована охота. Отпустишь Мара с нами?

— Под вашу ответственность, и только, если он захочет.

— Хорошо. Дик с ним переговорит на эту тему.

Я глянул на часы, пора встречать котенка. Он сегодня рано должен освободиться. Скоро я его увижу. Скучаю совершенно по-дурацки. Хочется запереть зеленоглазого дома и никому не показывать, но я душу собственнические порывы.

Мар теперь хоть не похож на собственную тень, кормлю на убой, но он все равно ест не как хищник, а как птенчик. Порции в три раза меньше моих. Я пытался возмутиться — не вышло. Мар сослался на разницу в габаритах, и сказал, что лопнет, если будет есть, как я.

— Ладно, ребята, еще увидимся, — прощаюсь и спешу к машине, надо встретить своё сокровище.

Беспокоящийся

Шмель рассказал мне о предстоящем турнире на выбор старейшины. Сидим на кухне, пьем чай, я думаю.

— Это опасно? – наконец задаю вопрос, больше всего интересующий меня.

— Немного, — синеглазка щурится, грея руки о чашку. – Поединки идут не до смерти. Оставшийся на ногах считается победителем.

— Как выбираются противники?

— Жеребьевкой. Никто до последнего момента не будет знать, против кого выступит.

— Часто были смертельные случаи?

— В этом городе тридцать лет назад. После этого – никогда.

Я смотрю на рыжеволосого бугая, он сильный, очень. Его энергия, если он её не скрывает, подчиняет молодняк мгновенно. Но я все равно обеспокоенно хмурюсь. Будет драка, а значит, и раны. Не хочу, чтобы ему было больно.

Шмель накрывает мою руку своей, но я не поднимаю глаз.

— Мар, ну ты чего? Не бойся за меня, оборотни живучий народ, и я не исключение. Тем более там врачи будут дежурить. Всё хорошо.

Я поднимаю глаза, вздыхаю:

— Ладно. Только хочу присутствовать на всех твоих поединках.

Тигр радостно улыбнулся:

— Договорились. Иди сюда.

Он тянет за руку, я не могу отказать. Хочу почувствовать тепло его тела. Пересаживаюсь со стула к нему на колени, обнимаю за шею и нежно целую мягкие смеющиеся губы.

Я до сих пор не могу привыкнуть к тому, как осторожно он со мной обращается, словно я величайшая драгоценность. Шмель всегда заботится в первую очередь обо мне, особенно в постели. Он очень чуткий и в тоже время отзывчивый партнер, может заласкать до сумасшествия и при этом ему самому это нравится. Он словно насыщается от моего удовольствия, чем лучше мне в его руках, тем больше удовольствия он испытывает сам.

Непостижимый человек, опытный любовник, хороший друг и справедливый старейшина. Сильная личность, грани которой я не перестаю открывать для себя. Если он позволит, я поддержу его, буду рядом в момент триумфа или поражения. Но что-то мне подсказывает грядущую победу. Ему это нужно, значит, так и будет.

Воинственный

Мне принесли список претендентов на мой пост: более сорока имен. В два раза больше, чем до этого. Много молодежи, которой не стоит опасаться, но много и серьезных противников. Среди них волки, полно гиен, пара медведей, наги, даже коршун и ворон. Придется постараться.