У осени в долгу, стр. 4

  -- Мятный чай, но только не из той кружки. - Указала она на столик. - Ллойд, я по делу.

  -- Значит, просто так зайти к старому приятелю тебе сложно? – грозно нахмурил он брови.

   Веда расхохоталась, взглянув на обижено надутые губы мужчины. В сочетании с длинными, заправленными за кожаный пояс, седыми усами -- отличительный признак Магистров -- это смотрелось настолько комично, что не рассмеяться было невозможно.

  -- Прости, - еще похихикивая, извинилась Ведика. - Конечно, могу и просто так, но сегодня по делу.

  -- Во что вляпалась? - господин Аспен уселся прямо на стопку книг и плеснул себе в мутный стакан какого-то темно-золотистого напитка. Потянув носом, Веда предположила, что это виски. Здесь его называли зубодробительным названием, которое девушка никогда не могла выговорить, поэтому звала так, как привыкла еще в студенческом прошлом.

  -- Не могу пока рассказать. Сама не понимаю многого. Ты поможешь?

  -- Конечно, куда я денусь?

   Беседу прервал библиотечный бубах, принесший маленький поднос с дымящейся чашкой. В комнате сразу свежо запахло мятой. Веда испытывала какую-то необъяснимую слабость к этой траве, добавляя ее всюду. Вежливо поблагодарив домового, девушка с наслаждением втянула аромат чая и отхлебнула маленький глоточек. Библиотекарь с усмешкой наблюдал за ней, ожидая продолжения разговора.

  -- Тогда найди мне всю информацию по Высоким.

  -- Ясно, - посерьезнел Ллойд. - Подожди немного здесь, сейчас принесу.

   Господин Аспен вышел из кабинета, больше ничего не сказав, а девушка осталась наслаждаться любимым напитком. Через полчаса Ллойд вернулся с несколькими свитками и толстой книжкой в руках. Веда была разочарована. Она-то ожидала огромных стопок с документами из архива и толстенных энциклопедий, но единственная книга оказалась теми самыми сказками, про которые говорил Сэн.

  -- И это все? Ты шутишь?

  -- Это все. Высокие, знаешь ли, не любят делиться своими секретами, а те, кто их встречал - редко выживали. - Ллойд был раздражен. Глупая девчонка влезла туда, куда не следовало. Высокие фейри -- не игрушки! Открутят эту симпатичную голову, и не будет больше любопытной Ведики Гримхолл.

  -- У меня нет выбора, - вздохнула она. - На руки дашь?

   Она подняла на него глаза и ужаснулась. Лицо друга выражало такую боль, что Веда невольно вздрогнула. Что же его так напугало? Неужели переживает?

   Девушка молча встала и подошла к мужчине, положив руку ему на плечо. Ллойд Аспен, умудренный опытом и изрядно битый жизнью, смотрел на Веду глазами побитой собаки.

  -- Я боюсь за тебя, девочка. Очень боюсь. - Тихо прошептал он, накрыв ее руку своей. Его ладонь была широкой и мозолистой, с чуть шероховатыми пальцами, которые ласково поглаживали тонкую женскую ладошку.

  -- Не надо, Ллойд. Я справлюсь, как и всегда. А потом приду к тебе, мы напьемся этой вашей "водой жизни", и я все-все тебе расскажу. И вместе посмеемся. Обещаю.

  -- Иди. - Библиотекарь отвернулся к окну, не желая смотреть на уходящую девушку. - И будь осторожна.

   Ничего не ответив, Ведика подхватила свитки и книжку, и вышла вон, тихо прикрыв за собой дверь. На душе остался какой-то неприятный осадок, не дающий свободно дышать. Что-то такое было в словах старого друга, но это «Что-то» постоянно ускользало.

   Дома, разложив на столе добычу, Веда зажгла светильник и села за изучение свитков. Ничего особо примечательного в них не было. Всякая ерунда о том, как распознать Высокого, о том, что ни один фейри не может себе отказать в зеленой одежде, о их боязни железа и рябины. Все это девушка и так знала, информация оказалась бесполезной.

   Сэна дома не было, поэтому ужин пришлось готовить самой. Недолго думая, Веда пожарила овощи и найденный в леднике кусок мяса. Уже доедая, она вспомнила о "Легендах Эвира", оставленных в гостиной. Видимо, придется покопаться в детских сказках, раз уж больше ничего нет. Еще учась в университете, девушка заработала стойкое неприятие таких источников. То ли дело официальные летописи, сводки новостей, проверенные авторы, а это... Даже за десять лет жизни в самой настоящей сказке, она не могла избавиться от своей привычки во всем сомневаться и ничему не верить. И как тут доверять какому-то сборнику легенд, где действительно полезную информацию можно вычленить, только поделив все на десять?

   Тяжко вздохнув, понимая, что других вариантов все равно нет, Веда поднялась в спальню, прихватив по дороге злополучный томик. Удобно устроившись среди подушек и укутав ноги пледом, она открыла первую страницу.

   " Во времена, когда Волшебный народ еще был един, на Благословенной земле жили два принца. Один был светел сердцем и добродетелен, а в душе второго жила тьма. Старшего звали Гуинн, а младшего Вортигерн. И поселилась в сердце Вортигерна зависть, обманом заманил он младшего брата в ловушку и заточил его в подземной башне. Князь разгневался на младшего сына и изгнал его. Многие верные Вортигерну Высокие ушли за ним. Так разделился Волшебный народ на Благий и Неблагий дворы. И встал во главе Неблагого двора Вортигерн, самолично нарекший себя князем."

   Веда отложила книгу, обдумывая прочитанный отрывок. Легенд было много, но именно этот кусочек заставил девушку задуматься. Можно ли считать эту историю правдой? Вероятнее всего, вымысла тут гораздо больше, но есть и крупицы истины. Нужно только отсеять их. А в этом может помочь заветная тетрадка, спрятанная в шкафу.

   Стремительно сорвавшись с постели, Ведика распахнула створки шкафа и достала старую потрепанную тетрадь с полу истершейся обложкой. Только попав в этот мир, и разобравшись, с чем связалась, Веда принялась записывать все сведения о кельтской культуре, какие могла вспомнить. Местные фейри подозрительно напоминали мифологических земных. Записи не раз пригождались и спасали ее от многих проблем, связанных с Волшебным народом. Но сейчас, пролистав тетрадь от корки до корки, Веда не нашла ничего более менее подходящего, и проливающего свет на личность рыжего Высокого или на прочитанную легенду.

   Расстроенная, она вернулась на кровать и, зло отбросив книгу в угол, зарылась в одеяло. Прокручивая в голове текст отрывка, она даже не заметила как уснула.

   Её разбудил шелест. Тихое убаюкивающее шуршание, нежное и тягучее, обволакивающее разум, но вселяющее панический ужас. Сейчас Веда уже почти могла не поддаваться магии этого фейри, но туман в голове притуплял реакции. Она даже не заметила, как гибкое тело улеглось рядом, как по-хозяйски обняли сильные руки, притягивая ближе к крепкой груди. Всей кожей, каждой клеточкой дрожащего тела она чувствовала жар, исходящий от фейри. Он довольно хмыкнул прямо в порозовевшее ушко, когда из пересохших губ Веды вырвался протяжный стон. И наваждение исчезло в миг, растворившись в прохладном ночном воздухе.

   Веда, прижимая к себе одеяло, будто оно могло стать преградой от недостойного поведения, соскочила с кровати. Ей было мучительно стыдно. Вроде не девочка уже, а так отреагировала на мужчину. И ладно, если бы он что-то такое особенное сделал. Так нет же! Прижал лишь, а она уже лужицей растеклась! Злость переплавляла стыд в решительность.

   В тишине раздался мурлыкающий смех и после щелчка пальцев в декоративном камине заплясал огонь. Такой же рыжий и горячий, как и его хозяин.

   - Не пугайся. Ты нужна мне живой и здравомыслящей. - и он расхохотался, видя, что девушка уже готова падать в обморок. - Пора отдавать долг.

   - Я ничего тебе не должна, Высокий. - Уверенно ответила Веда. - Но за испорченную игру расплачусь, как и обещала.

   Девушка рассчитывала, что признание права фейри оценит, но ошиблась. Рыжий явно разозлился.

   - Я сам реш-шу, с-с-смертная. З-с-с-най свое место! - в унисон с его словами взметнулся огонь в камине, облизав полку и стоящие на ней безделушки. Неприятно запахло паленой шерстью - это затлел уголок волчьей шкуры на полу. Но огонь не распространился дальше, будто говоря, что это было предупреждение.