Взлетная полоса, стр. 127

-- С возвращением, -- поднимаясь навстречу Сергею и протягивая ему руку, сказал Александр Петрович.

-- Благодарю, -- сухо ответил Сергей.

-- Присаживайтесь, -- предложил Александр Петрович.

-- Благодарю. Я вас слушаю, -- продолжал стоять Сергей.

-- Все же присаживайтесь, -- еще раз предложил Александр Петрович. -Сегодня у нас короткого разговора не получится.

Сергей сел. А Александр Петрович совершенно неожиданно сел с ним рядом.

"Да какого черта ты тянешь?" -- так и вертелось у Сергея на языке.

-- Как отдохнули? -- осведомился Александр Петрович.

Это уже совсем ни на что было не похоже.

-- Нормально.

-- Я вижу, загорели. Даже немного поправились. Вот за это не похвалю, -- добродушно покачал головой Александр Петрович. -- Поверьте моему опыту: набирать легко -- сбрасывается трудно.

-- Я хотел получить предписание, а Боровиков почему-то не дал мне его, -- сказал Сергей.

-- Он и не мог его дать. Обстоятельства, Сергей Дмитриевич, несколько изменились, -- объяснил Александр Петрович. -- Все, о чем мы думали, и все, что мы решили, следует, очевидно, забыть.

"А о чем МЫ думали? И что МЫ решили? -- снова сердито подумал Сергей. -- Насколько я помню, я не решал ничего".

-- Вам придется снова вернуться в Есино, -- продолжал Александр Петрович.

-- С какой это стати? -- недоуменно посмотрел на своего бывшего шефа Сергей. -- Вроде я там ничего не забыл. Документы все передал. Мне там делать нечего.

-- И тем не менее придется, -- миролюбиво проговорил Александр Петрович, вставая.

-- А когда же я приступлю к занятиям? Я и так уже опоздал, -- резонно заметил Сергей.

-- Ничем помочь вам не могу, -- все так же спокойно, непохоже на обычный холодноватый тон, продолжал Александр Петровичи достал из сейфа какую-то бумагу.

-- Да и нет у меня ни малейшего желания мозолить там людям глаза, -признался Сергей. -- Может, как-нибудь можно обойтись без поездки?

-- Полноте, -- примирительно сказал Александр Петрович и положил эту бумагу перед Сергеем на стол. -- Это приказ. Сим вы назначены руководителем группы. Имеется в виду в Есино. Приступайте к исполнению своих новых обязанностей и постарайтесь поскорее представить мне проект нового объектива.

Как ни привык Сергей к тому, что судьба в лице то одного, то другого начальника не раз и не два переворачивала вверх дном все его жизненное суденышко, но, услыхав сейчас такое, он вздрогнул. Не напугался и не оторопел. Вздрогнул как от удара, выказав естественную реакцию самозащиты, ибо никак и ни в какой мере даже представить себе не мог еще минуту назад, что в его жизни произойдет такой поворот.

Александр Петрович рассказывал ему о том, как его пригласил к себе заместитель министра и какую поставил перед ним задачу. Сергей плохо все это понимал, вероятно, потому, что плохо слушал, о чем говорил Александр Петрович. Не до его рассказа было ему сейчас. Ему даже в собственных мыслях было трудно разобраться: таким стремительным наплывом нахлынули они на него. Уже снова от чего-то ему приходилось отказываться, на что-то нацеливаться. Конечно, все /%`%"%`-c+ с ног на голову Ачкасов. Но одного обстоятельства он явно не учел. И об этом сейчас неожиданно подумал Сергей. И не только подумал, спросил:

-- Как же мы с вами будем работать? Наши мнения ни разу еще не сошлись!

-- Неважно то, что было, -- ответил Кулешов. -- Вы, очевидно, меня не поняли. Работать вы будете почти самостоятельно. Я же буду осуществлять лишь самое общее руководство: финансы, кадры и все прочее по линии обеспечения, что понадобится вам для вашего проекта.

-- Вы же были против этого проекта, -- напомнил Сергей.

Александр Петрович отрицательно покачал головой.

-- Не был. Он мне даже понравился. Я вам сказал тогда, что он любопытен. Просто у меня не было ни времени, ни денег разрабатывать его.

-- А теперь они нашлись? -- не утерпел, съязвил Сергей.

-- Дали. И то и другое, -- ответил Александр Петрович. -- Заместитель министра дал. Он мне -- о проекте. А я ему -- о деньгах. Вот они и нашлись. Жизнь, Сергей Дмитриевич, наши самые наипрямейшие обязанности заставляют нас смотреть на многие вещи с разных позиций. Вы что-то придумали и тянетесь к чернильнице, чтобы изобразить все это на бумаге. А я, когда мне что-то предлагают, первым делом лезу в кассу. И если она пуста, говорю, что нам это "что-то" не подходит. Вы когда-нибудь на своей шее почувствуете, как давит финансовая петля.

Кулешов говорил очень искренне. Сергей верил каждому его слову и, возможно, потому решил окончательно поставить точки над "и".

-- Вам с самого начала было не по душе мое появление в КБ, -- и утвердительно и одновременно вопросительно сказал он и посмотрел на Александра Петровича. Ему почему-то показалось, что Кулешов смутился. Разубеждать Сергея было бы глупо, а согласиться с ним хоть кому наверняка было бы неприятно. Но Александр Петрович согласился. И глазом не моргнул.

-- Верно, -- сказал он и вздохнул. -- Вы, дорогой мой, фигура одиозная, талантливая и потому трудно управляемая. Вокруг вас непременно должны быть всякие споры. Вас обязательно должны куда- нибудь назначать, выдвигать: Хлопот с вами не оберешься! Я это сразу понял.

-- Как? Вы же меня совсем не знали! -- возразил Сергей.

-- Дочка очень уж вас расхваливала, а ей я верю. Она в людях никогда не ошибается. Хотя, впрочем, -- Кулешов о чем-то вдруг задумался, - однажды она ошиблась довольно здорово. Но это к делу не относится, -- Александр Петрович встал. -- Задерживать вас больше не хочу. Вызывайте машину, закрепленную за вашей группой, и поезжайте в Есино. Продумайте, кто вам нужен из людей, составьте график работ, представляйте все это мне и беритесь за дело. Время не ждет.

Теперь встал Сергей.

-- Могу я сразу оговорить одно условие?

Александр Петрович согласно кивнул.

-- Не присылайте ко мне Руденко.

Александр Петрович кивнул снова:

-- Она послезавтра уезжает в Речинск.

-- Я имел в виду его, -- поспешно уточнил Сергей.

-- Он у нас больше не работает, -- ответил Александр Петрович. И неожиданно вспомнил: -- Я не сообщил вам еще об одном известии. Заниматься диссертацией вам все же придется. Вас зачислили в адъюнктуру заочником.