Кладбище забытых талантов, стр. 118
— Монстры! — опередила товарища Сидни.
— Это вы их называете, причем поголовно все. Монстры, монстры и никак по-другому. Вот поэтому мы боимся их, потому что не знаем. Для начала нужно дать им конкретное название. Предлагаю вариант «могильщики».
— А ты поэт, — усмехнулась Наташа. — Такая метафора, черт возьми! Ты же имел в виду, что они роют могилы для нас?
— Да… Ладно, нет, до такого я не додумался. Но объяснение мне нравится.
Стоит сказать: как зло не назови, а злодеяние совершит. Для меня они всегда были гробовщиками, теми, кто мастерит гробы, предвещает смерть, ведь, если есть гробы, найдутся и усопшие для них; в особенности когда мастер и убийца представляет собой целое. Уж прижилось такое название, поэтому осмелюсь называть их по-своему, наперекор Юрию. Как зло не назови, а злодеяние совершит…
— Пусть будут могильщики, — сказала Анжела. — Они не доставят нам проблем, ведь мы испробуем зелья.
Достав из кармана три пузырька серого цвета, будто в воде растворили золу, призрачная девушка раздала два товарищам по команде, а последний оставила себе.
— Паек закончился, черт возьми?
— Откуда я могла знать тогда, что ты будешь в нашей команде? Я и сейчас этому не рада. На тебя не рассчитывала. Мы попали в мастерскую вместе, так что ты вполне могла полистать книгу и сварить себе нужные зелья. Придется тебе изловчиться.
— Черт! На какой-то момент мне показалось, что мы дружная команда. Уж кто бы сомневался.
— А еще приготовить можно? Все равно нам ждать до ночи, — сказал Юрий. — Простая варка же не должна… лишить…
— Слушай, — резко вспылила Анжела, — если тебе так хочется, то иди разгребай завал под трактиром, выкорчевывай крышку погреба и лишайся хоть всех частей тела. Если тебе хочется. Однако я не позволю этому случиться.
— Да, Юра, рыжая права, как никогда. Там ловушка, дверь закрывается, не откроешь потом. Ладно… Что-нибудь придумаем, черт возьми.
Вдруг призрачный юноша сунул руку в карман и расположил на узкой ладони несколько крохотных пузырьков с алым зельем из тайника. К счастью, их хватило всем — оказалось ровно четыре. Зелье из мастерской целительницы он положил обратно вместе с тайниковым, и два стеклянных сосуда звучно стукнулись друг о друга на дне кармана.
— Ничего думать и не нужно, — сказал Юрий. — Этих зелий хватает, а это мы разделим на двоих. Я давно думал об этом.
— Юрий, ты порой напоминаешь мне сумасшедшего человека, — гневно возразила Анжела. — Я, конечно, не мастер зелий, но понимаю, что эффект получится вдвое меньше. И не смотри на меня так раздраженно и так уверенно, это… просто… возмутительно… Хорошо! Делай, как желаешь.
Некоторое время призраки шли тихо, погрузившись в монотонные звуки шагов. После полосы тумана, которая странным образом прерывалась на мосту, завиднелись лодки всех тех, кто не смог удержать товарищей; бывшие соперники смотрели на победителей гневно, злостно, но команда Юрия все равно почувствовала гордость.
Многие участники двинулись к мосту, старавшись вскарабкаться, что было не трудно, другие возвращались на берег, раздосадованные проигрышем, хотя были и те, кто находился в разладе чувств, в скорби, а потому сидели в лодке без действий.
Вдруг Сидни подобралась к Юрию, шедшему позади призрачных девушек, и заговорила только спустя пару минут:
— Не думай, что я вот так вот просто-просто простила тебе предательство «Хранителей». Хотя мне и было очень-очень весело на озере, я не могу простить тебе твою вот выходку. Ай-яй-яй! Почему же ты мне ничегошеньки не сказал? Тогда бы…
— А ты бы согласилась, чтобы я так поступил? — перебил ее Юрий.
— Так-так-так… Нет, определенно нет. Но вместе мы бы что-нибудь очень-очень хорошее придумали. А так вот вышло, что они все…
— Да хватит уже напоминать об этом! Я не убийца, и мне не понравилось, что все так получилось. Я думал, что Ник возьмет их в плен, заставит искать амулеты ночью, но хотя бы оставит в живых. Мне нужен был всего день-другой…
— Юра-Юра-Юра… Я очень-очень пытаюсь заставить себя злиться из-за этого. Но вот… Эх! Я, скорее всего, злюсь на тебя, потому что тогда я тоже была там, я сильно-сильно перепугалась, что умру вместе с остальными. Хорошие люди же всегда-всегда говорят, что лучше бы умерли со всеми, не было б вины… Вот как бы и выходит, что я плохой человек. Я их знала не так хорошо и, может, даже бы стырила амулеты ради сестренки… Вот это меня злит.
— Хочешь сказать, я правильно поступил?
— Нет-нет-нет! Ты поступил совсем-совсем ужасно, ведь я тогда не знала, что и думать, мне было грустно из-за твоего вот липового предательства. Но их смерти волновали меня тогда меньше, чем ты. Как раз это меня и злит! Вышло, что они умерли для нашего счастья. Но… Я рада, что все-таки мы нашли все-все амулеты и сейчас очень-очень близко к исполнению желаний.
— Прости, что обидел тебя. Я бы хотел все вернуть…
Тем временем Анжела и Наташа безмолвно шагали впереди, слушав разговор товарищей. После вновь образовалась тишина.
— Эй ты! — сказала Наташа, легко ударив призрачную девушку по плечу. — Юра хотя бы извинился перед ней. А ты не хочешь что-нибудь сказать мне, черт возьми?
— Нет, не хочу.
— Черт! Какая же ты стерва! Тебе совсем все равно, что из-за тебя я пальцев лишилась?
— Для меня потерять палец было гораздо больнее!
— Может, не стоило тебя спасать? Ты все-таки хотела меня бросить.
— Нашлась горе-спасительница, сама едва не погибла. Пришлось на своем плече тащить.
— Поражаюсь, я тебе… И знаешь что, черт возьми, я извинюсь перед тобой. Тебе же на зло. А то, может, не знаешь, как это делается. Прости меня за то, что я вместе с Андреем заманила тебя в