Кладбище забытых талантов, стр. 117
— Тише ты… Голова раскалывается. Как можно столько болтать, черт возьми…
— А вот можно, знаешь ли. Потому что ты поступила очень-очень глупо. Глупее всех наиглупейших. Зачем же ты вообще полезла туда, раз плавать не умеешь?
— Черт! Это простая логика. Если бы ты подохла там, в команде осталось бы двое беспомощных призраков, которые не смогли бы вернуться назад.
Вскоре все члены команды в разной степени шаткости стояли на песчаном берегу. Бегло отряхнув одежды свои и чужие от налипшего песка, призраки двинулись через островок в сторону кладбищенской ограды. Спустя десяток шагов песок резко сменялся почвой, на которой плодились сорняки, а несколько дальше прорастало три громадных вечнозеленых кустарника, что скрывали конечную цель пути.
Кладбищенская ограда едва проступала сквозь покрывало зелени незнакомого растения, что сползало с верхнего края, как тюль. Среди мириады завивавшихся побегов и аккуратных круглых листьев нашлось место нескольким пышным белым бутонам, похожим на астровые. Не наблюдалось ничего особенного: ни старинных сундуков, ни головоломок, ни нового амулета или послания.
— Стена! — крикнул Юрий. Уняв страх растений, он раздвинул зеленые побеги, под которыми обнаружилась осыпавшаяся серая порода. Несмотря на сыпучесть камня и множество трещин, каждая буква надписи, выжженной неизвестным образом, виднелась ярко и четко. Призрачный юноша вел пальцами по шероховатой поверхности, невольно читав вслух.
Ночью, когда ты будешь смотреть на небо, ты увидишь мою звезду, ту, на которой я живу, на которой я смеюсь.
Антуан де Сент-Экзюпери
— Я помню это, — сразу отозвалась Анжела. — Из «Маленького принца», сказки, что написал Экзюпери.
— А твой Экзюпери не написал, где находятся чертовы подземелья? И ради чего мы вообще проделали такой долгий путь? Это все начинает чертовски раздражать.
— Я давно заметил, — сказал Юрий, — что на подсказках использованы чьи-то цитаты. Наверняка знаменитых людей. Но никогда они сами не помогали нам. Нужно искать ключевые слова.
— Так-так-так… Ну тут же все-все понятно сразу: «ночь», «небо», «звезда». Вот! Все легко и просто, ясно как божий день. Отыскать подземелья нам поможет звезда, она будет на небе ночью. Вот только их же там совсем-совсем много… Сотни, тысячи, миллионы, гектары… Ой! Гектары — это, кажется, расстояние. Или нет. В общем их там тьма-тьмущая.
— Тогда она должна быть особенной. Яркой, наверное, — предположила Анжела.
— Черт! Да вы хоть раз небо видели? Там все звезды одинаковые. Черт разбери, какая там ярче другой.
— Ты что, ты что! Вот-вот не скажи! А как же эта, как ее там… Полянная звезда из созвездия Больной Медведицы. Еще бы найти поляну.
Юрий вздрогнул, посмотрев на Сидни широко раскрытыми глазами, словно пытался решить для себя, шутила ли призрачная подруга или нет.
— Она называется По-ляр-на-я, — сказал он, — и находится не на Боль-шой Медведице, а на хвосте Малой.
— Юра-Юра-Юра… Я ж так и сказала, ты чем слушал-то? В общем какая-то совсем-совсем простая головоломка. Даже никому голову не поломала.
На стене ниже надписи Юрий обнаружил знак, проделанный подобно остальным буквам, одновременно с ними — «ε».
— Уходим отсюда, — сказала Анжела, — ночью будет виднее. Думаю, самую яркую звезду, на которой жил Маленький Принц, мы заметим.
В неполном составе команда направилась к берегу, размышляв о лучшем способе передвижения через озеро, как вдруг за их спинами послышался резкий выкрик. После того Юрий дернулся, словно притронулся к оголенному проводу, и хлопнул себя по лбу, вскрикнув во второй раз. Он стал метаться между белыми бутонами, как умалишенный.
— Какой же я дурак! — простонал призрачный юноша. — Вот же подсказка, на самом видном месте. Мне все казалось, что цветки расположены как-то знакомо. Без сомнения, это созвездие Пегаса. Смотрите: вот четыре цветка формируют Большой Квадрат Пегаса — Маркаб, Шеат и какие-то остальные две на букву «А» (если говорить точнее, то одна звезда из созвездия Андромеды, но это не так важно), далее из одного угла квадрата отходят две «ноги» Пегаса, а из ближнего — его «голова». Но это не все! На стене я заметил эпсилон, пятую, кажется, букву греческого алфавита. Все звезды обозначаются греческими буквами. Первые — альфа, бета и гамма — в квадрате, шестая буква «эта» находится у основания ног. А вот пятая, эпсилон, называется Эниф и находится на конце головы мифического коня. У арабов даже есть слово «энф», что переводится как «нос». Нам точно нужна эта звезда!
— Все-таки кому-то голову сломало, — сказала Сидни, засмеявшись.
— И вот тут мне стало страшно, черт возьми. Все видели его безумные глаза?
— Наташа! — воскликнул Юрий, покраснев щеками. — Это же все просто, если изучать звездное небо, а я, поверь, много книг прочитал. Да я карту созвездий знаю лучше, чем карту нашего городка.
— Юра, а ты точно-точно уверен, что нет никакого, даже самого малюсенького шанса, что вот эти вот цветочки случайно-случайно повторяют твоего коня?
— Сидни, ты смеешься? И поэтому целью турнира было «случайно» попасть сюда, «случайно» посмотреть на это место в ограде, а ведь только тут растет это растение, и, конечно же, «случайно» здесь появились надпись и греческая буква. Я на кладбище всего несколько дней, но ничего случайного здесь не было.
— Эх! Она хотя бы яркая-преяркая? — спросила с надеждой в голосе призрачная девушка.
— Самая что ни на есть!
По возвращении на берег островка призраков встретил каменный мост, протянувшийся сквозь озеро. Он брал начало у песчаного края, так что вода омывала основание, и едва поднимался над поверхностью воды. Сначала призраки ступали на камень с опаской, не доверяв появившемуся чуду, но счастье от простого обратного пути захватило разум; спустя пару минут они неспешно пересекали озеро, разместившись в ширину, вмещавшую двух членов команды.
— Итак, — начал Юрий, — нужно