Мелхиседек, стр. 421
надо было бы именно здесь. Но здесь даже мифа об особых нравственных качествах евреев не
существует…
Впрочем, можно обратиться еще к одной стороне жизни любой нации, которая
аккумулирует в себе истинную мощь духа и мысли любого народа, являясь его своеобразным
зеркалом. Это - религия. Может быть именно в религии, как в чем-то, непосредственно
связанном с Богом, евреям удалось достичь высот, которых не удалось достичь другим не
избранным народам? Это тем более стоило бы сделать (познакомиться с иудаизмом поближе), поскольку существует еще один великий миф о том, что иудаизм - это строгая и детально
продуманная система, которая заковывает в цепи послушания весь народ не просто
коллективным психозом любой совместной веры (не только иудаизма), но и четко очерченными
требованиями, оформленными в понятные и однозначно трактуемые всеми правила, равным
которым по стройности и точности в мире нет.
Здесь надо вспомнить, что иудаизм - это Талмуд. А Талмуд написан людьми. Мы уже
говорили, то Талмуд по своему значению - это инструкция жизни, которая претендует на некое
божественное освящение своими истоками из приватных бесед Иеговы с Моисеем. Содержание
этой инструкции постоянно как бы "вспоминается" писателями Талмуда и доводится до остальных
в своей личной интерпретации. Причем эти "воспоминания" исторически шли двумя
параллельными путями двух групп книжников, в результате чего появились Иерусалимский
Талмуд и Вавилонский Талмуд. Оба они являются не только комментариями на слова Иеговы
Моисею, но и комментариями этих комментарий, и комментариями комментариев на эти
комментарии, что собственно и неважно, поскольку в Талмуде важнее всего комментарии
комментариев комментарий на комментарии комментариев комментарий вообще. В сущности, уже
не важно, о чем там беседовали эти двое, потому что важнее всего - постоянные комментарии.
Комментариев так много, что когда англичане перевели меньший по объему Вавилонский Талмуд, то он занял 15 000 (!) страниц. Причем, с момента перевода составлены еще комментарии на эти
586
пятнадцать тысяч страниц комментариев, поскольку Талмуд имеет дело с явлениями
повседневной жизни еврея, стараясь ничего в ней не упустить, чтобы не дай Бог, еврей не
сделал в своей обычной жизни что-то не так, как это видел своим глазом Иегова.
Все это вызывает у нас сразу же серьезные сомнения в том, что такого объема документ
может быть кем-то освоен настолько, чтобы его правила стали второй натурой, или его
жизненной привычкой. Такое даже прочитать в течение жизни трудно, а не то что применять в
качестве некоего лично-бытового Устава каждый день. Но, может быть, в этом и есть та самая
избранность? Может быть, этот народ может то, что не дано никакому другому народу - вобрать в
себя единым духом более десятка тысяч страниц и строго ими руководствоваться в своей жизни?
Если это так, то евреев очень жаль, потому что Талмуд - совершенно не монолитное по смыслу и
требованиям произведение комментаторов, в котором об одном и том же дважды никогда не
говорится одинаково. Даже если выучить его наизусть, то совершенно непонятно - что брать за
религиозный закон? Потому что одни положения Талмуда спорят с другими и опровергают друг
друга. Как бы там ни было, а говорить об особой гениальности (не в ироническом смысле) тех, кто составил такую книгу с содержанием ни про что, не приходится.
Начиная с самых главных положений, которые еще не опускаются до уровня кухонь и
спален, а еще где-то как бы остаются в сферах духа, в Талмуде одна лишь неразбериха и споры.
Например, в таком важном вопросе, (из-за которого в частности поссорились в свое время
католики и православные), как толкование выражения "Дух Божий", в Талмуде существует три
точки зрения:
1. Дух Божий - это дыхание,
2. Дух Божий - это Адам,
3. Дух Божий - это Мессия.
Не говоря уже о том, что сами эти трактовки Духа Божия вообще далеки от понятия Духа
вообще, здесь, кроме детской растерянности в попытке что-то неуверенно угадать, не видно
вообще ничего философски значимого. В любом случае нам, русским, нельзя ввязываться во
внутриталмудистскую борьбу этих точек зрения, поскольку выражение "Дух Божий снизошел на
него" сразу же навевает невеселый и подозрительный вопрос - кто и как на кого