Мелхиседек, стр. 394

печальным концом, было нетрудно. Несомненно, что вслух об этом широко не говорилось, ибо

власть священников была велика, но той опоры этой власти в виде авторитета Иеговы уже не

могло быть, потому что Иегова много обещал через них, но получилось все наоборот с этими его

обещаниями.

Но и на этом неприятности книжников народа не закончились. Наиболее страшным

оказалось то, что Рим принес народам понятие Права. Мы пишем это слово с большой буквы, потому что, во-первых, и мы, грешные, живем сегодня, в сущности, все по тому же римскому

праву, а, во-вторых, потому что впервые в истории человечества человек стал подчиняться не

прихоти более сильного человека, а закону, общему для всех людей. Закон защищал любого

545

всей силой Рима от попрания любых его прав, если этот любой … был гражданином Рима. Чем

дело закончилось? Совершенно верно: наиболее умные и богатые евреи начали всякими путями

(чаще всего самым прямым - через подкуп) получать римское гражданство и делать ручкой своим

закабаленным раввинами соплеменникам - мы теперь граждане Рима и вы нам больше ничего не

сделаете, потому что Рим за нас заступится. Так, в частности, произошло и со Святым Павлом, которому распаленные ненавистью иудеи ничего не смогли сделать, потому что в последний

момент, уже в руках у них, ему удалось намекнуть представителю римской администрации, что

он гражданин Рима, и толпа сразу же потеряла на него все права.

Это было уже не просто опасным для священников, это было смертельным. Так могли со

временем слинять из-под них полностью все соплеменники. Римский гражданин мог плевать на

Синедрион (иудейский суд), как на игрушку варваров, а также и на все его решения. Синедрион

не мог, по существу, ничего, если человек лично для себя не считал трагедией его решения, потому что наказания он мог ожидать только от римской администрации. Сама же римская

администрация вообще не прислушивалась к тому, что решал Синедрион. Положение было

весьма унизительным. Особенно эта унизительность проявилась в истории с распятием Иисуса, во время которого иудеи просто умоляли Пилата: "Убей Его", потому что сами такой власти не

имели. Они пришли и унизительно пожаловались на Этого Человека, который свел все их законы

к пустому звуку, а Пилат сказал им: "Я не вижу вины в Этом Человеке, если вы ее видите по

вашим законам, то и судите по вашим законам". Такого тонкого плевка в лицо не каждый раз

получали священники! Вот Он, Иисус, в руках у них, беззащитный и насмешливый, поступай с

ним по своему закону, барин разрешил. И вот она - цена этого закона, который бессилен

наказать. Закон, который не может наказать - не заслуживает ли другого названия? Вот и

пришлось хитрить и придумывать, что Иисус оскорбил Цезаря, а иудеи, так любят Цезаря, что

просят за это распять Иисуса! Как это было мелко и уничижительно - просить хозяина наказать

кого-то за то, что тот оскорбил хозяина этого хозяина! Вот только под таким соусом и удалось

убить Иисуса! Естественно, что при таком положении вещей иудейский закон больше не мог быть

для самих иудеев чем-то авторитетным. После Воскресения Иисуса иудеи валом, тысячами

повалили в христианство, освобождаясь от кастового рабства, для народа забрезжил свет, но …

тут их подставили в очередной раз.

Кто? На этот раз - свое же руководство. Для того, чтобы остановить устремленное к свету

движение соплеменников, выбрали простой метод - сделали их врагами Рима, подбив на

восстание. Это была самая настоящая "подстава", потому что Рим в это время достиг

наибольшего могущества, границы Империи были как раз в эту пору самыми обширными за всю

ее историю, легионы жирели без войны, метрополия купалась в роскоши и развлечениях, и того, кто портил эту атмосферу благополучия мятежами, подавляли играючи, но наказывали очень

жестоко, несоразмерно своим усилиям по подавлению бунта. Наказание в этом случае

использовалось как устрашающее и воспитательное мероприятие для всех остальных даже

больше, чем просто воздаяние по заслугам непосредственному виновнику.

Иудея был жестоко наказана, народ захлебывался в крови и погибал в изуверских

пытках. Причем восстание поднималось под знаменем Иеговы, и даже мессия какой-то был (Бар-

546

Кохба), то есть обещанный Иеговой новый царь народа, который отомстит за все унижения

евреев другим народам. Народ поверил - наконец-то дождались! - и пошел на Рим, каждый день

ожидая, что вот-вот Иегова со своим воинством небесным обрушится сверху на врага и его

обетование восторжествует. Все вышло наоборот.

Есть понятие "большевистский эксперимент". Это - когда сначала делают, потом думают, а потом находят виновных. Один из таких экспериментов был произведен со скунсами в 30-х

годах 20 века в степях под Астраханью.