Шпаргалки по философии, стр. 16
непротиворечиво – устоит.
2.
Поэтому ложно всё, что внутренне противоречиво, а, в таком случае,
ложны и ошибочны человеческие представления о множественности окружающего нас
бытия и о движении в нём, потому что эти представления содержат в себе внутренние
противоречия. Рассмотрим аргументы.
3.
Если признавать бытие множественным, то всё реально существующее
делится на обособленные друг от друга части. В этом случае сразу же возникает
внутреннее противоречие:
каждая из частей целого оказывается одновременно и бесконечно малой, и
бесконечно большой, потому что:
–
если брать за эталон к сравнению всё бесконечное множество всех частей
целого в совокупности, то любая отдельная часть этой совокупности является бесконечно
малой её частицей;
–
но, если признавать бытие множественным и дальше, то эта же самая
бесконечно малая частица целого сама делима до бесконечности на бесконечное
количество еще более малых частиц, а тогда в отношении любой из этих частиц она уже
представляет собой бесконечно большую совокупность целого.
Таким образом, мир не может быть множественным из-за наличия во
множественности внутреннего противоречия подобного рода.
Однако здесь может последовать возражение, что отдельная часть целого во
множественном мире может быть неделимой, и, следовательно, внутреннее противоречие
множественности целого отпадает – эта частица будет бесконечно малой относительно
целого, и на этом её определения непротиворечиво заканчиваются.
Рассмотрим и этот вариант.
4.
Если признать, что бытие делимо на части, но сами эти части
множественного бытия уже неделимы, то следует признать и то, что неделимым может
быть только то, что не имеет величины.
Ведь, кроме как факта отсутствия величины, нет никаких других, допустимых
разумом предпосылок, чтобы что-то нельзя было бы разделить.
Итак, части множественного мира неделимы, потому что не имеют величины, и что
же из этого следует? Из этого следует, опять же, внутреннее противоречие:
если все части чего-то множественного не имеют величины, то всё это
множество так же не имеет величины, ибо не имеющее величины в своих частях, не
имеет величины и в себе в самом, как в целом;
А если этот полезный вывод применить к материальному целому, то целое,
которое не имеет величины, материально есть ничто. То есть, тогда следует признать,
что наш мир не имеет величины и есть ничто.
27
5.
Таким образом, если части множественного мира делимы, то они суть
абсурд по внутреннему смыслу – ничто не может быть бесконечно большим и бесконечно
малым одновременно. А если части множественного мира неделимы, то весь мир есть
материальный абсурд, ибо этого мира тогда вообще нет, как нет того, что не имеет
величины.
Следовательно – множественность мира есть всего лишь ложное мнение человека.
6.
Теперь рассмотрим аргументы против представлений о возможности
движения в мире.
Начнем с того, что если признавать возможность движения для чего-то истинного,
то эта возможность может быть реально подтверждена только фактом того, что какое-то
истинное тело преодолело какое-то истинное пространство, то есть переместилось в нём с
одной точки в другую.
Но это логически невозможно, потому что:
–
чтобы пройти какое-либо пространство, движущееся тело должно сначала
пройти половину этого пространства, но прежде этого оно должно пройти половину этой
половины, а еще прежде этого еще половину уже этой половины, и т. д. до бесконечности;
–
а что же здесь невозможного? А невозможно для истинного всё это лишь
только потому, что разум должен увидеть здесь внутреннее противоречие:
логика требует поступательного наращивания отрезков пройденного при
движении пути (что только и есть свидетельство происходящего движения), но эта же
логика говорит, что пройденный путь складывается из бесконечно малых отрезков.
Таким образом, само противоречие состоит в том, что ни одна величина
бесконечно малого отрезка не может браться в качестве единицы для сложения
расстояний, подтверждающих пройденный путь, то есть – наличие движения. Потому что
любая величина бесконечно малого отрезка, из которого складывается движение,
постоянно уменьшается, становится всё меньше и меньше, а пройденный путь не может
складываться из того, что всё время становится меньше и меньше, бесконечно
проваливаясь в величину еще более малую, половинную себе.
И тогда, исходя из того, что противоречие, каково бы оно ни было, но оно есть, а
также из того, что наличие внутреннего противоречия есть знак ошибочного мнения,
следует признать,
что любое тело останется на месте и не сможет даже тронуться по истинному,
логически непротиворечивому смыслу движения. И даже Ахиллес никогда не сможет
догнать черепаху в этом истинном смысле движения, потому что видимое нами