Модерн и процесс индивидуализации: исторические судьбы индивида модерна, стр. 69

- знание - должно быть доступ­но без всякой платы. Вследствие своих внутренних противоречий когнитивный капитализм отмечен конфликтами, антагонизмами и крайней неустойчи­востью. И эта неустойчивость позволяет, по мнению А. Горца, сделать вывод о том, что «капитализм зна­ний - это не капитализм, подверженный кризисам, он сам и есть кризис капитализма, до глубин потря саюгций общество»²²⁹.

Риск, негарантированность, континентность су ществования современного индивида, специфи ческие процессы, протекающие в трудовой сфере, новое социальное расслоение и социально-экономи ческая поляризация стали ведущими темами в ис­следованиях современного общества.

Новый класс мирового «прекариата»

Гай Стэндинг (род. 1948), один из современных исследователей указанных процессов, изучает их как новейшее явление, сформировавшееся под вли янием внедряемых в жизнь неолиберальных идей, согласно которым рост и развитие зависят от рыноч ной конкурентоспособности индивидов, гибкости II подвижности рынка труда, и поэтому необходимо, чтобы рыночные принципы проникли во все сфг ры жизни. Это значит переложить бремя рисков ми плечи работающих и их семей, делая их еще болст уязвимыми. «В результате возникает класс мирово го «прекариата», насчитывающий в разных страной

228 Там же. С. 82.

229 Там же. С. 83.

ГЛАВА 11

343

много миллионов людей, не имеющих якоря ста­бильности»²³⁰, основной опыт и ощущение жизни представителей которого состоит в нестабильности и незащищенности, страхе и неуверенности.

Неолиберальная идеология и ее теоретики осу­ществили тотальную критику всего послевоенного социального опыта - социального государства, со­циальных гарантий для промышленного рабочего класса и бюрократического госсектора, лейбори­стской идеологии и профсоюзного движения. Вза­мен было выдвинуто требование «гибкости рынка труда». Гибкость включала множество аспектов: гибкость заработной платы (в сторону понижения), гибкость занятости (в сторону понижения и сокра­щения гарантий), гибкость перемещения с одной должности на другую, гибкость профессиональных навыков (возможность постоянного переучивания сотрудников).

Распространение «гибкого» труда привело к уси­лению неравенства, и «классовая структура, лежав­шая в основе индустриального общества, уступи­ла место чему-то более сложному, но явно не менее классово-обоснованному... Миллионы людей в ус­ловиях процветающей или зарождающейся рыноч­ной экономики образовали прекариат - феномен совершенно новый, даже если он и имел какие-то смутные прообразы в прошлом»²³¹.

Г. Стэндинг выделяет семь классовых групп в со- Иременном обществе: 1) крошечную элиту, состоя­щую из небольшого числа невероятно богатых граж­дан; 2) салариат - группа, обладающая стабильной «аиятостью и социальными гарантиями (пенсиями, оплачиваемыми отпусками, корпоративными посо­би и ми и т.д.); 3) группа квалифицированных кадров

Стэндинг Г. Прекариат: новый опасный класс. М.: Ад Марги- Игм I Ipecc, 2014. С. 10.

Там же. С. 19.

344

Ю.А. КИМЕЛЕВ, Н.Л. ПОЛЯКОВА

(консультанты и независимые специалисты по кон­тракту); 4) костяк старого «рабочего класса», ряды которого поредели и утратили чувство социальной солидарности; 5) растущий прекариат; 6) «армия без работных»; 7) «обособленная группа социально обез доленных, живущая подачками общества»²³².

По мнению Г. Стэндинга, современный прекари ат обладает классовыми характеристиками, но сто ит особняком, поскольку состоит из людей, которые минимально связаны с капиталом и государством и не вписан в отношения «общественного догово ра», унаследованного от промышленного общества На него не распространяется программа «инду стриального гражданства», созданная и «забытая» промышленным пролетариатом. Прекариат имен «урезанный статус», поскольку не вписан в старые представления о классе или профессии. У прекари ата отсутствует не только гарантия занятости, дли него характерна нестабильность рабочего места и дохода. У него характерная, специфическая структу­ра дохода. Его доход состоит из зарплаты, но в нем отсутствуют гарантированные пособия и льготы <и государства или предприятий, любые дополнитет ные выплаты.

Еще одной чертой прекариата является отсутствие самоидентификации на основе трудовой деятелыю сти. Представители прекариата занимают должно сти в карьерном плане менее перспективные, они щ имеют традиций и социальной памяти, чувства при частности к конкретному трудовому или професси ональному сообществу, его практикам, этическим и поведенческим нормам, не испытывают чувства и и имной поддержки и товарищества.

Главные чувства, присущие прекариату, - это иг довольство, аномия, тревога и отчуждение. Эта ю

²³² Там же. С. 21-22.

ГЛАВА 11

345

циальная группа постоянно расширяется и в нее легко попасть представителям других социальных классов. Она расширяется за счет «скатывающихся» под влиянием политики «гибкости» представителей салариата, специалистов и техников, независимых и зависимых специалистов, работающих по договору, за счет женщин, которых вытесняют в «неполную за­нятость», за счет людей с временной занятостью, ми­грантов, молодых стажеров и т.п. У прекариата нет лестниц мобильности, его представители «зависают» где-то между сильнейшей самоэксплуатацией и сво­бодой, частичной занятостью и слишком большой за­нятостью. «Прекариатизация» становится мощным и фундаментальным процессом, характеризующим трудовую сферу современного капитализма.

Г. Стэндинг скептически, в русле критики науч­но-технического прогресса и критики инструмен­тального разума франкфуртцами, относится к роли, которую играют сетевые интернет-технологии в пла­не возможностей роста и профессионального успеха. Причиной этого является «прекариатизированное мышление».

Не нужно быть технологическим детерминистом, пишет Г. Стэндинг, чтобы понять, что технологиче­ский ландшафт определяет наше мышление и пове­дение, а представители прекариата не способны кон­тролировать технологические силы, с которыми они с гллкиваются. При этом очевидно, что «электронная Техника, проникшая во все аспекты нашей жизни, имеет огромное влияние на человеческий мозг, на ООраз мышления и, что еще тревожнее, на нашу спо- собность мыслить. И то, как она это делает, вполне согласуется с понятием прекариата»²³³.

Интернет «переписывает мозги» по-своему. Циф­ровой мир не признает долгих размышлений и раз­

Там же. С. 39.

346

Ю.А. КИМЕЛЕВ, Н.Л. ПОЛЯКОВА

думий, требует мгновенных реакций и краткосроч­ных решений. В этом есть определенные выгоды, но «в жертву приносится «образованность» и сама идея индивидуальности. Это шаг к обществу... где боль­шинство членов имеют социально сформированные мнения, быстро и охотно перенимаемые, - поверх­ностные, тяготеющие к коллективному одобрению, а вовсе не к оригинальности и креативности. Для этого есть множество научных терминов, например, «непрерывное частичное внимание» и «когнитивное расстройство»»²³⁴. Происходят интеллектуальные, эмоциональные и поведенческие изменения, и это согласуется с процессом прекариатизации.

Г. Стэндинг выносит диагноз эпохе, претендо вавшей не на то, чтобы быть «обществом знания»: «Образованный ум - признающий пользу «скуки», состояния покоя и созерцания, неторопливых раз думий в вечной попытке связать прошлое, настоя щее и воображаемое будущее - оказался под угрозой от постоянной бомбардировки электронно спро воцированных адреналиновых всплесков. Умении! сосредоточиться, как правило, учатся, и этот навык также может быть утрачен или нарушен. Некоторые биологи-эволюционисты заявляют, что электрон и ыг устройства возвращают человека на примитив! ни и уровень, он вынужден инстинктивно и быстро рг агировать на сигналы опасности и информацию о новых возможностях, а научный ум был не более чгч исторической аберрацией. Такая интерпретации биологического регресса не радует, особенно если принять во внимание его чудовищные эволюцион ные последствия»²³⁵. Это тем более настораживай, что конец XX - первые десятилетия XXI века прод< монстрировали резкий рост прекариата и его нош« местное распространение.

234 Там же. С. 40.

235 Там же.