Модерн и процесс индивидуализации: исторические судьбы индивида модерна, стр. 22

ГЛАВА 2

109

И целом, как резюмирует М. Фуко, можно гово-                    следовательно, об «образовании дисципли­нарного общества в этом движении, соединившем «икры гые дисциплины, своего рода социальный ка- I■ |• 111 и н, и бесконечно распространяемый механизм и икштизма»»⁹⁴, который представляет собой «аб- I I рамную формулу совершенно реальной техноло- I ми. технологии производства индивидов»⁹⁵.

Н многообразном творчестве М. Фуко мы выде- 1н hi ту линию, которая соотносится с процессом ницшшдуализации в эпоху модерна. В качестве важнейших особенностей понимания индивидуа- г|и ыции у М. Фуко можно указать следующие. По­нижение индивида рассматривается в неразрывной

«и с формированием модерновых социальных

и in I т утов. Более того, однозначно утверждается приоритет этих структур по отношению к инди­виду. Вместе с тем, в этом структуралистском по уществу видении индивид не исчезает и не рас- июрнется в структурах. Иначе не было бы смыс- /ы вообще вести речь об индивидуализации у М Фуко.

1’ще одной особенностью теории М. Фуко можно Iчиi.iTb фактически негативистское и пессимисти- 'и. кос восприятие индивидуализации. Несмотря на широкое использование понятия «субъект» в рабо­ту М. Фуко⁹⁶, говорить в привычном позитивном I мысле о субъекте модерна неправомерно. В этом »мкк ле видение М. Фуко модерна, субъекта модерна • Корее вписывается в ту традицию, которая в свое ир| ми носила название «критика культуры» и песси- Miii I ические философии истории.

” Гам же. С. 263.

" Гам же. С. 306.

“ ' м„ например: Foucault М. L’hermeneutique du sujet. R: Seuil/ iillniiird, 2001.

по

Ю.А. КИМЕЛЕВ, Н.Л. ПОЛЯКОВА

2.4. ИНДИВИД КАК ВНОВЬ ПОСТАВЛЕННАЯ ИСТОРИЧЕСКАЯ ЗАДАЧА: АЛЕН ТУРЕН

Осуществленный в данной главе анализ социоло­гических теорий индивидуализации и оформления индивида модерна, типологизация этих теорий на основе содержащегося в них механизма процесса ин­дивидуализации - дифференциации, рационализа­ции и цивилизации - указывают на нерасторжимое и историческое, и теоретическое единство индивида и общества даже тогда, когда предметом исследова­ния становится процесс вычленения и высвобожде­ния индивида из социального целого.

Исследуемый нами процесс индивидуализации демонстрирует правоту и заставляет согласиться с позициями всех представленных здесь мыслителей, которые помещают рассмотрение судьбы индивида в перспективу рассмотрения общего развития об­ществ модерна.

Реконструированные нами теории индивидуали­зации в последние десятилетия образовали суще­ственный компонент интенсивных философских и социально-научных дебатов относительно природы модерна и его исторических судеб. В этих концепци­ях исторический анализ тесно связан с анализом ак­туального социального состояния, со стремлением предложить социологический диагноз современной эпохи.

В заключение мы обратимся к концепции Алена Турена (род. 1925), поскольку Ален Турен наиболее полно стремится представить актуальное значение исторического анализа процесса индивидуализации в эпоху модерна.

В теоретических построениях А. Турена модерн предстает не как исчерпавшая себя или ушедшая в прошлое эпоха. Модерн продолжает свое историче­ское существование и, более того, должен, трансфор-

ГЛАВА 2

111

чир<жавшись, иметь будущее. Такое будущее долж- |м' предстать как реализация социального потенциа­лы модерна прежде всего с опорой и в аспекте потен- щила индивида. Фактически в роли единственного ориентира желательной социальной трансформации предстает реализация идеи субъекта эпохи модерна.

М теории А. Турена можно выделить несколь­ко фундаментальных тезисов, касающихся теории i уоъекта модерна. Во-первых, речь идет о концеп- I ылизации социологического содержания модерна. 11ден модерна, - пишет А. Турен, - в своей наиболее .1 Miniциозной форме заключается в утверждении о юм, что человек есть то, что он сам из себя сделает; и у гиерждении о существовании тесной связи между производством, становящимся все более эффектив­ным благодаря использованию науки, технологии и управления, организацией общества, опирающей- .11 на закон, с одной стороны, и жизнью индивида, руководствующегося интересом и желанием осво- (и щиться от всяких ограничений - с другой. Такое .ответствие между научной культурой, упоря­доченным обществом и свободными индивидами должно базироваться на торжестве разума»⁹⁷. Таким ооразом, обращение к вопросу об индивиде модерна       тделимо от вопроса об идее модерна.

Ни вторых, идея модерна тесным образом свя- ына с идеей рационализации. Отрицание одной из ни \ влечет за собой отрицание другой. В то же вре- мм I иецифика западной мысли заключается как раз и юм, что от идей рационализации она перешла к траздо более широкой идее «рационального обще- I мы», в котором разум не ограничивается сферой научной и технической деятельности и должен стать принципом управления людьми и вещами. Рациона- нп.щия воспринимается как единственный прин-

” I'ouraine A. Critique de la modernite. P.: Fayard, 1992. R 11.

112

Ю.А. КИМЕЛЕВ, Н.Л. ПОЛЯКОВА

цип организации индивидуальной и коллективной жизни, этот принцип увязывается также с секуля­ризацией, т.е. с отстранением от всяких «последних целей».

Запад мыслил и реализовывал модерн как рево­люцию, поскольку не признавалось значение тради­ции и вообще чего-либо унаследованного. В течение столетий социальная мысль стремилась к какой-то «естественной» модели научного познания общества и личности - будто то механицистская, органицисг- ская или кибернетическая модель. И все поиски та­кой модели опирались на убеждение в том, что не­обходимо избавиться от прошлого, освободить лю­дей от унаследованного неравенства и невежества. «Главной целью такой этики и такой эстетики не является создание какого-то образа человека. Она заключается в устранении всяких образов челове­ка... и в стремлении утвердить натуралистическое видение человека»⁹⁸.

В-третьих, в течение долгого времени модерн определяли лишь через указание на эффективное воплощение в нем инструментальной рационально­сти, покоряющей мир посредством науки и техни­ки. И, как подчеркивает А. Турен, ни в коем случае нельзя отказываться от подобного рационалистско­го видения, поскольку оно предохраняет от всякого холизма, тоталитаризма и интегризма. Однако такое видение не дает полной «идеи модерна», более того, оно «скрывает половину идеи модерна: появление субъекта как свободы и творчества»⁹⁹. Не существу­ет одного единственного образа модерна. Можно говорить о двух образах, соотносящихся друг с дру­гом - образах рационализации и субъективации, т.е. оформления и утверждения субъекта. Драма евро­пейского модерна заключается в том, что он разви-

98 Ibid. Р. 29.

99 Ibid. Р. 240.

ГЛАВА 2

113

Mii'u и в своеобразной борьбе с «половиной самого из ни, преследуя субъекта во имя науки, отвергая

       ий вклад христианства. Те, кто отождествляет

Модерн с рационализацией, сводят субъект к разуму, д« персонализируют его, приносят Я в жертву, рас- I мири ют субъект в безличностном порядке природы ним истории.

И действительности мир модерна соотносился I и /ье с «субъектом, который есть свобода». Это оз­начает, что в качестве благого принципа утвержда-

• и и тот контроль, который индивид способен осу- ми , I илять над своими действиями и своей ситуаци- I и, .1 также позволяет индивиду воспринимать свои in in гния как часть его собственной личностной -mi ши и воспринимать себя как актора. «Субъект - in - поля действовать и быть признанным в качестве ан юра»¹⁰⁰.

Имеете с тем сами по себе «субъект» и «движение