Модерн и процесс индивидуализации: исторические судьбы индивида модерна, стр. 18

рационализируемый жизнен­ный мир индивида одновременно и освобождается и попадает в зависимость от экономики и государ­ственного управления. Зависимость проявляется в «опосредовании» «жизненного мира» «системными императивами». Зависимость может принимать со­циально-патологические формы «внутренней коло­низации». Но прежде чем аналитически обозначать тот порог, за которым «опосредование» жизненного мира превращается в колонизацию, целесообразно уточнить взаимоотношения между системой и жиз­ненным миром.

1. Капитализм и современное государственное устройство предстают как подсистемы, которые с по­мощью таких средств, как деньги и власть, вычленя­ются из системы институтов, т.е. из общественного компонента жизненного мира. Жизненный мир ре­агирует на это своеобразным способом. В буржуаз­ном обществе формируются социально интегриро­ванные сферы действия, противостоящие системно интегрированным сферам хозяйства и государства. Речь идет о взаимодополняющих друг друга сферах приватности и публичности. Институциональное ядро приватной сферы образует малая семья, осво­божденная от хозяйственных функций и специа­лизирующаяся на задачах социализации. Институ­циональное ядро публичности - это коммуникаци­онные сети, которые поддерживаются культурой с ее учреждениями, прессой, а позднее и средствами массовой информации.

Если монетаризация и бюрократизация, присущие хозяйственной и государственной сферам, проника­ют и в символическое воспроизводство жизненного

ГЛАВА 2

91

и при, а не только в его материальное воспроизвод- I то, то неизбежно возникают патологические по-       шые следствия.

Хозяйственная подсистема подчиняет себе «жизненную форму приватного дома», навязывает       рсбителям свои императивы. Это обусловлива-

• I консумизм, собственнический индивидуализм, \i гановки на достижение и конкуренцию. Повсед- Iи иная коммуникативная практика подвергается

• •и,посторонней рационализации в пользу утилита­ристского жизненного стиля, которому привержены

• нициалисты.

11одобно тому, как приватная сфера подчиняется милйству, так и публичность попадает под господ-

• то административной системы. Бюрократическое овладение процессами складывания общественного

Iнения и волеизъявления расширяет возможности | и ненаправленного формирования массовой лояль-

• II •• ги.

V «Процессы понимания, на которые центриру- гнн жизненный мир, обусловливают потребность и I ультурной традиции во всем ее объеме»⁶⁷. В по- |ц едпевной коммуникативной практике когнитив­ные толкования, моральные ожидания, способы выражения и оценки должны образовывать рацио- нальную связь. Коммуникативная инфраструктура I л кого рода подвергается угрозе с двух сторон: ей угрожают тенденции «системно индуцированного овеществления» и «культурного обеднения».

I Рационализация жизненного мира делает воз­можным вычленение самостоятельных подсистем и и to же время открывает «утопический горизонт»

• > v р жуазного общества, в котором формально орга­но юванные сферы действия (экономика и государ-

• I венный аппарат) образуют основу для посттради-

* Habermas J. Theorie des Kommunikativen Handelns. Fr.a.M.: .iilnkiiinp, 1985. Bd. l.S. 483.

92

Ю.А. КИМЕЛЕВ, Н.Л. ПОЛЯКОВА

ционного жизненного мира человека (сфера приват­ности) и гражданина (сфера публичности).

Деформации, которыми занимались К. Маркс, Э. Дюркгейм и М. Вебер, нельзя сводить ни к раци­онализации жизненного мира вообще, ни к возрас­тающей системной сложности как таковой. Ни се­куляризация картин мира, ни структурная диффе­ренциация сами по себе не ведут с неизбежностью к патологическим побочным эффектам. Вычленение и своеобычное развертывание сфер культуры не ведут и к культурному обеднению повседневной коммуни­кативной практики. Отпадение подсистем, управля­емых деньгами и властью, с их организационными формами, от жизненного мира не ведет само по себе к односторонней рационализации или овеществле­нию повседневной коммуникативной практики. К этому приводит проникновение форм экономиче­ской и административной рациональности в те сфе­ры действия, которые противятся переориентации на деньги и власть, поскольку остаются специализи­рованно связанными с культурной традицией, соци­альной интеграцией, воспитанием, а также остаются ориентированными на взаимопонимание как меха­низм координации действия.

Если мы хотим объяснить патологии, проявля­ющиеся, по мнению Ю. Хабермаса, прежде всего в утрате индивидом смысла и свободы, то следует указать на неудержимую собственную динамику подсистем, управляемых деньгами и властью, кото­рая означает одновременно колонизацию жизненно­го мира с присущим этому процессу ограничением возможностей науки, морали и искусства.

Ю. Хабермас отмечает, что теория капиталисти­ческой модернизации, пользующаяся средствами теории коммуникативного действия, относится кри­тически как к современным социальным наукам, так и к общественной реальности, которую они призва-

ГЛАВА 2

93

им постигать. Предметом его критической теории пощества является возникающее через системы па- мпюгии жизненного мира или, выражаясь иначе, . и миопическое воспроизводство в постлиберальных

цествах. Тем самым реализуется критерий теории

иыцества, ориентированной на Просвещение.

критическое отношение к реальности развитых моществ обусловлено тем, что они не используют в полной мере применительно к индивиду тот потен­циал научения, которым располагают в культурном о I ношении, а также тем, что эти общества демон- . грируют «неуправляемое возрастание сложности». Ik пристающая сложность системы, выступая как ш кии природная сила, не только крушит традици- онные формы жизни, но и вторгается в коммуни- |. о I и иную инфраструктуру жизненных миров, уже подиергшихся значительной рационализации. Тако- иы условия жизни индивидов в позднемодерновых of и цествах.

2.3. СТАНОВЛЕНИЕ ИНДИВИДА МОДЕРНА КАК «ПРОЦЕСС ЦИВИЛИЗАЦИИ»

2.3.1. «Процесс цивилизации»:

Норберт Элиас

Еще одним механизмом, наряду с дифференци­ацией и рационализацией, осуществляющим про- Цси индивидуализации, является механизм «циви- III шции». Цивилизация - это механизм и вместе с и м процесс обретения индивидом определенных | иойств и качеств, выступающих как условие воз- mi i<и юсти его вступления в социальную коммуни­кацию с другими индивидами в эпоху модерна, по­лучения им признания со стороны других как на ме- • индивидуальном уровне, так и на уровне общества и целом. Это процесс одновременного обретения

94

Ю.А. КИМЕЛЕВ, Н.Л. ПОЛЯКОВА

индивидом способности к самоконтролю и создание новых внешних механизмов социального контроля со стороны общества.

В отличие от первых двух механизмов - диффе­ренциации и рационализации - механизм цивили­зации возникает достаточно поздно, в период про­томодерна. Он является, согласно Норберту Эллиасу (1897-1990), механизмом создания социального ин­дивида модерна.

Н. Элиас, прежде всего, указывает на систему представлений, восходящих к эпохе Возрождения. Начиная с этой эпохи люди во все большей мере воспринимали и определяли человеческий опыт как «опыт самих себя», индивидуализации, обособле­ния своего внутреннего мира от всего внешнего. В социологии эта модель обособленного от мира ин­дивида нашла выражение в понятии действующего «Я», противопоставленного другим. Именно такая позиция становится объектом критики со стороны Н. Элиаса. Подобный монадологический подход мо­жет, по мнению Н. Элиаса, стать моделью для разви­тия социологии только с опорой на решающий шаг, сделанный Лейбницем, который заключался в мето­де дистанцирования от собственного «Я»»⁶⁸. Это по­зволяет воспринимать собственное Я не как проти­вопоставленное всему прочему миру, а как одну из сущностей, существующую наравне с другими.

«Теория цивилизации, - пишет Н. Элиас, - помо­гает избавиться от ложного образа человека, возник­шего в Новое время и ставшего чем-то само собой разумеющимся... Критика понимания человека, характерного для Нового времени, необходима для понимания процесса цивилизации. Пока мы видим

⁶⁸ Элиас Н. О процессе цивилизации. Социогенетические и психогенетические исследования. Т. 1. Изменения в поведении высшего слоя мирян в странах Запада. М.; СПб.: Университетская книга, 2001. С. 34.

ГЛАВА 2

95

п отдельном человеке некое заданное природой и I крытое какой-то стеной содержимое, то остается непонятным, как возможен процесс цивилизации,