Эльфийская сага. Изгнанник, стр. 273

острыми валунами и мусором; когда-то Лучезарная Пристань тянулась вдоль Великого

Моря на сотню ярдов с запада на восток, теперь представляла собой бесформенную

свалку в клыках и пене.

Вдали грохотали барабаны. С дальних флангов неслись звуки ожесточенных боев, где-то неподалеку стонала окованная сталь Закатных Ворот, щедро поливаемая ударами

вражеского тарана. Волна откатила в море, обнажая песчаную гладь. Мьямер, промокнул

влажный лоб ледяным наручем, поправил шлем и стал обходить лагерь гоблинов по

правому флангу.

Те не ждали атаки, и потому, когда Дминар смял их края, а воины Мьямера

вклинились в центр, пришли в замешательство. Некоторых охватил страх и они завопили:

- Демоны Праха! Это демоны Праха! Они утащат нас в подземный огонь!

Свистнула плеть. Над ночным побережьем взмыл лающий вой вожака:

- Тупицы! Бросайте бревна! Хватайте мечи! Это эльфийские лазутчики!

400

Гоблины падали, вставали, выхватывали мечи и снова валились под мелькающими

клинками бесстрастных эльфов. Их стоны заглушал лязг кольчуг, а крики перекрывал

гвалт щитов. Мелющий каменный скрежет под сапогами сменился хлюпающим кровавым

месивом.

- Тесните их к стенам! – Вопил Дминар, рубя направо и лево. Его меч порхал в

хищном танце победы. – К городским стенам!

… Старшина Лиам вздрогнул от пронзительного крика и, обернувшись, чуть не

споткнулся. На камни оседала гоблинская тварь в изодранных доспехах – раскосые глаза, еще секунду назад горевшие неистовой жаждой эльфийской крови, помутнели.

Сразивший легионера воин уже разворачивался, взмахивая клинком, дабы столкнуться с

новой вражеской ратью, заключавшей его кольцом.

Лиам бросился на помощь и гоблинский вал потеснил их мимо искореженных

обломков к корме старого развороченного судна, утекавшего носом в черную морскую

гладь. Темные рожи скалились в злорадных улыбках, в стеклянных глазах сверкали

отблики порхающих клинков, в растопыренных пастях мелькали клыки.

- Бери левый фланг, - крикнул воин, а сам вклинился в правый.

Завязалась ожесточенная рубка. От слепящих всполохов у Лиама заболели глаза. Он

блокировал вражий выпад и снес чью-то голову, развернулся, чтобы покончить еще с

одним, но тут его правое плечо взорвалось невыносимой болью. Одноручный меч зурача

прошил его насквозь, точно нож испеченную сдобу. Гоблин довольно заурчал и вырывал

сталь. Брызнул кровяной фонтан. Лиам захрипел и повалился на камни, что в лунном

свете блестели опаловым огнем. Ослабевшая рука выронила клинок – еще секунда и

гоблин оборвет его жизнь.

Но вдруг он пошатнулся и, издав короткий рык, завалился на бок – из шеи зурача

торчала эльфийская стрела. Лиам сморгнул повисший на ресницах пот и заметил рядом

воина, с которым только что бился на пару. Тот откинул меч и старшина узнал командира

Мьямера.

- Ранен? – Он едва перекрикивал грохот боя и, не дожидаясь ответа, свистнул в

сторону: - Андреа! Эстрадир! Помогите!

Из серебрящейся толчеи выпорхнули две гибкие тени с клинками.

- Унесите раненого, - приказал Мьямер, оправляя шлем.

Менестрель и лекарь ловко подхватили дрожащего, обессилившего старшину под

руки и кинулись в темноту.

Через пять минут битва у Морозных Ворот окончилась. Воины Дминара и Мьямера

оттеснили гоблинов к подножию стен, где их накрыли стрелы ополченцев. Не выжил

никто. Недостроенные лестницы так и остались валяться на побережье в блеске тлеющих

углей; им пели волны, ветер и луна.

* * *

С нежного макового лепестка скатилась крупная росинка. Эридан проследил за

каплей и перевел взор на поле пурпурного шелка, раскинувшегося ковром в сиянии

бледных звезд. Маки чуть заметно покачивали «головами» и будто сонно

перешептывались. Потом посмотрел дальше.

Вдоль южных косогоров лохматились кудрявые ивы. Их длинные тени черкали

маков цвет острыми скрещенными клинками и казались пиками врагов, нацеленными на

Город Солнца. По юго-востоку тянулся зубчатый хребет, весь склон которого засыпали

крыши давно покинутого эльфийского селения. На севере блестела черно-синяя морская

полоса; оттуда несло водорослями и тиной. За спиной ночным великаном стыл город

предков - у Южных и Северных стен грохотал бой: свистели стрелы, громко звенели мечи, эльфийские командиры подбадривали воинов, разжигая в усталых сердцах искры

доблести, храбрости и гнева.

401

Юноша закрыл глаза; вокруг боролись за свободу и будущее, а его терзала потеря.

Он никак не мог поверить, что Учитель мертв. Арианна и Остин рассказали обо всем, что

пережили сразу после побега с рынка троллей, но момент ухода Габриэла в Ночную

Страну опустили. Им было больно вспоминать? Или Габриэл ничего им не сказал –

просто взял и ушел? Скорее всего. Эридан покачал головой - какая разница, учителя-то

все равно не вернуть.

Длинные пальцы коснулись его плеча. Он обернулся – Остин кивнул головой на

восток.

- Смотри.

На вершине холма показался всадник на высоком кохейлане. В лунных