Эльфийская сага. Изгнанник, стр. 252

- Почему же вы не покинете проклятый край? – Владетель Ательстанда оправил

повязку, сползшую с незрячего глаза.

Песнь Скорби загадочно улыбнулся.

- Я хранитель величайшего сокровища нашего народа. Тот, кто передал его, взял с

меня клятву, что я буду хранить это, пока не вернется наследник. Вот почему смерть

обошла меня стороной, а губительное дыханье Теней Запада не возымело силы. – Он

помолчал и огорошил попутчиков: - Меня бережет Неугасимая Звезда Лагоринора.

* * *

Круглая комната была обустроена в стволе необъятного дуба. Крышу и боковые

стенки оплетали стебли вьюнов, в потолочное отверстие вытекал дымок, поднимавшийся

из небольшого очага, сложенного из обожженных камней. В пламени трещали и

плавились смолянистые корни, пахло смолами и прелой листвой.

Над очагом поблескивал керамический чайник. Изогнутый носик плевался

завитками снежного пара. Рядом на низеньком столике сверкали чаши из феррского

фарфора. У дальней стены темнела кровать с узорными ножками, левее стояла

лакированная полка с канделябром. Над ней висел овальный щит, украшенный

семиконечной звездой в центре солнца, а выше два перекрещенных клинка с рукоятями, окованными золотом. В беге голубоватых языков древняя сталь отливала облаками

студеного севера, а золото горело знойным солнцем востока.

Ноэл подбросил в очаг пучок трав и огонь озарил бледные эльфийские лица. Габриэл

стиснул металлический обломок цвета луны и глянул в круглое окно. Дикие молнии

вспыхивали красноватыми бестиями, высвечивая кипень белесого тумана, метавшегося

над озерным побережьем. Ветер клонил ивы и кусты. От ярких вспышек скалистые

хребты казались облитыми кровью.

Темный эльф перевел взгляд на осколок.

- Все обман. Корону никогда не прятали в Лунном городе. - Он представил, реакцию

Брегона, когда маги преподнесут ему пустой сундук, и злорадная улыбка тронула тонкие, красивые губы.

- Правильно. - Песнь Скорби поворошил шипящие угли. – Все это время она

хранилась в моей скромной хибаре. Стражи Семи Хрустальных Пик предполагали, что

неразумно оставлять ее без присмотра, но так же понимали, что обязаны сотворить

легенду о том, что корону захоронили вместе с Лагоринором. Они начертали двенадцать

карт-обманок – по числу стражей – и передавали их из поколения в поколение, от учителя

к ученику. Вплоть до Эпохи Туманного Утра.

- Это и есть всесильная Неугасимая Звезда? – Остин покосился на уродливый

металлический обломок, отблескивающий мертвой луной в руках темного сородича, и

признал: - Не бог весть что.

368

- Проклятье Лагоринора извратило ее облик, - Ноэл отложил кочергу и стал

разливать по чашам мятный чай. – Но даже в таком виде она заключает великую мощь. Не

случайно за ней охотятся все кому не лень.

- Почему Лагоринор передал ее вам? – Габриэл передал изломанную корону

Арианне и впился в Ноэла глазами.

Песнь Скорби подвесил чайник над пламенем.

- Я не только служил Его Величеству, но и был его лучшим другом. После

предательства братьев, гордый дух короля был сломлен. Из его тела, пронзенного

стихийными клинками, медленно утекала искра. Он призвал меня перед самым концом и

вложил корону в мои похолодевшие руки.

- Храни ее, - попросил он. – Храни, пока мой истинный наследник не заявит о себе.

Заливаясь слезами, я поклялся, что сохраню Неугасимую Звезду ценою жизни и, если потребуется, буду ждать Его Кровь до конца времен.

Приняв мой ответ, Лагоринор закрыл поблекшие глаза и отправился в бессмертие

под песнь цветов и облаков. Лучистый свет его величия истаял, звезда могущества

закатилась. А мы осиротели.

Песнь Скорби закрыл глаза. Черная траурная лента мигнула в его локонах.

- Мы скорбим о гибели вашего друга и нашего короля. Всегда скорбели, - мягко

заверила Арианна и передала искривленный осколок Остину.

- Теперь вы понимаете, почему Тени Ночной Страны опасно тревожить, - Ноэл обвел

их взглядом. – Если Брегон откроет Врата Разделения Душ - миру придет конец.

- Откуда вы знаете, что нынешний король Детей Сумерек решился на этот поход? –

Удивился Габриэл.

Ноэл снял с пояса мешочек, брякнувший деревянным, и положил на ладонь:

- Руны. Они рассказали о его планах. Они же привели меня к тебе, воин, идущий по

лезвию бритвы. Их выбор – великая честь.

- Польщен, - ядовито процедил темный эльф и отклонился на спинку.

Песнь Скорби плавно взмахнул широким рукавом, предлагая чай:

- Будьте, как дома, - и, заметив тень сомнения на юных лицах, улыбнулся, - он не

отравлен.

За окном шелестели затихавшие капли, еще подвывал шквалистый ветер, но

громовую ярость уже