Эльфийская сага. Изгнанник, стр. 224

Лавво вертел плат белого шелка, разложенный под настольной лампой, второй водил

лупой, выхватывая отдельные элементы сложного орнамента, стелившегося по ткани без

пробелов и каких-либо знаков препинания.

- Райдо. Руна Дороги, - сказал переводчик. – Она повторяется в каждой строке по

два три раза, а сразу за ней стоит заглавная руна «луны», - он ткнул когтем в ажурный

комок, - вот видите? – И крепко задумался. - Почему «луна» выделена, а прочие руны нет?

- Почему? – Габриэл держался у балконной двери и, оттягивая штору двумя

пальцами, следил за улицей и железнодорожной станцией, роившейся пассажирами.

Лавво почесал ухо с деревцем во мхе и пожал плечами.

- Я думаю, это криптограмма.

- Чего? – Гаркнул Мардред и поерзал на узком табурете, что стонал под ним воплями

умиравшего осла.

Переводчик распрямился; свет настольной лампы выхватил его лишайное лицо.

- Криптограмма, - повторил он по слогам. – Зашифрованное сообщение, записанное

сплошными символами. Прочесть их можно только при мощи ключа или таблицы, наложенной поверх текста.

- Но… - огр похрюкал и громко шмыгнул, - у нас нет ключа, да… лорд Остин?

325

Владетель Ательстанда стоял с отрешенным видом у стеллажа с поющими

шкатулками. Он повернул голову и встретил недоуменный взгляд желтых глаз.

- Да, Мардред, у нас нет ключа.

- Ключ – полбеды, - Лавво вскочил и метнулся к сейфу, на ходу снимая с мизинца

золотое кольцо-печатку. За ним полетел кисловатый шлейф пива. С плеч посыпались

блестящие почки. – Даже если нам удастся выделить верные руны и сложить в

правильную комбинацию, мы их не прочтем. Это агаль. Мертвый язык вашего короля

Лагоринора. – Тролль приложил кольцо к замку. Раздался щелчок и дверца сейфа

отворилась. – Могут пройти годы, а может века, прежде чем я смогу подобраться к сути

заколдованного послания.

- У тебя одна ночь, - жесткий голос Габриэла заставил Лавво вздрогнуть и выронить

толстенную книгу-словарь. Бум. Облако сухой пыли затмило комнату предрассветным

туманом. Отмахивая ее, тролль выдавил: - Ночь? Габриэл, это невозможно! Знаешь, как

сложно читать погибшие языки? Красноглазые драконьи мудрецы переводили надписи с

осколка Бетэль-Глизы семьдесят лет! Философы Эбертрейла корпели над Манифестом

Саллаха больше века! Астрологи Аллеура читали Ферский диск, извлеченный из песков

Ашарана сто сорок лет! Стелу Лагоринора, вкопанную в побережье Великого Моря не

перевели до сих пор!

Темный эльф по-кошачьи плавно подошел к столу, сдвинул лампу от края на

середину и невозмутимо повторил:

- У тебя одна ночь, Сирикус.

- Я не…

- Приступай, - ледяным тоном повел парень. Он толкнул стул и сел на него

«верхом». Его широченные рукава в серебре опали к полу и осветили перекошенного от

раздражения тролля.

Лавво бросил «Словарь мертвых наречий» на стол и, насупившись, склонился над

эльфийским шелком.

- Так и знал, что не высплюсь сегодня.

И снова рыгнул. Пожалуй, зря он выпил столько пива.

С улицы налетел свит, послышались жгучий скрип торможения и мощное шипение.

Полились голоса, заскрипели тележки, затопали сапоги. Далекое эхо рычало:

- Отправление через минуту…

Арианна и Остин передернули плечами, будто надеясь сбросить вал резких, ранящих

их светлые сердца, звуков. Гомон стального мира причинял сотканным светом настоящую

боль. Свободолюбивые эльфы, привыкшие к просторам звездных лугов и благоуханиям

бескрайних садов, не представляли, как можно тут жить. Не лучше чувствовал себя огр.

Он то и дело вздрагивал и морщился от каждого визгливого скрипа. Даже Габриэл, привычный к сумраку и смраду подземелий, видел мир паровых механизмов - чуждым и

извращенным творением Иссиль.

- Что с рукой? – Спросил Лавво, когда состав укатил.

- Ничего, - Габриэл махнул рукавом и скрыл перебинтованную ладонь тяжелыми

складками полукафтанья. Тишина давила и он поинтересовался: - Зачем ты поселился

около станции? Тебе не претит вечный шум?

- Ни капли, - рыкнул мостовой тролль, подцепив когтями шелк и развернув вниз

головой. – Я давно отошел от дел и перевожу теперь скорее для удовольствия.

- Чем же вы занимаетесь? – Осведомилась Арианна.

- Торгую уникальным товаром.

- Торговец на Троллевом рынке, - усмехнулся огр. – Ага, это странно.

- Уникальным? – Заинтересовался Остин.

- Самым, что ни на есть. – Самодовольно рявкнул тролль и, отвлекшись от карты, мотнул к стене. – Взгляните туда.

На ней сверкала картина, сложенная из драгоценных камней. Венцом творения были

кристаллы цвета индиго, ванили и дымного волокна.

326

- Грезите о славе, деньгах, любви и долголетии? Мечтаете носиться по лесам

голодным волком? Парить средь звезд прекрасной птицей? А может, желаете убить

заклятого врага? - Хихикал тролль, - иль править миром, как короли и королевы

древности? Тогда вам - ко мне. Пыль кристаллов с Аред Вендел творит чудеса.

- Вы продавец грез, - изумилась Арианна, по ее плечу стек водопад волос.

- О, да, дорогая. – И не без гордости добавил: - Лучший на Троллевом рынке. Не

желаете осуществить мечту?

- Не сегодня, - жестко отрезал Габриэл.

В резком тоне темного воина