Эльфийская сага. Изгнанник, стр. 218
бесстрашный вид высокого и утонченного исчадия, сокрытого серебром дорожного плаща
привел огра в бешенство. Юный темный эльф смотрел холодно и властно, так же, как в
былые времена это делал король Умбер Кривоносый и бранные слова сорвались с огровых
губ сами собой.
Выслушав, Габриэл остался безразличен, как кладбищенская тишина:
- Это все?
- Троллева мать! Да я тебя, мальчишка, своими руками удавлю! – Проревел гигант.
- Встань в очередь, - холодно посоветовал шерл и оттолкнул его плечом. – Дай
пройти.
Несмотря на легкость, бесшумность и птичью изящность присущую эльфийскому
народу – сила его удара едва не опрокинула здоровенного огра через перила. Лишь
зацепившись палкой за узорного льва, он устоял на одной ноге. Зеленая пятерня размером
с тележное колесо выскочила вперед и стиснула раненое плечо изгнанника. Габриэлу
потребовалась вся его выдержка, чтобы не издать стон боли и удержать на бледном, красивом лице маску невозмутимости. Он развернулся и, стряхнув гигантскую лапу, прошипел:
- Не забывайся, Мардред.
- Я знаю, твою подлую душу, лорд главнокомандующий, - рявкнул зеленокожий. –
Говори, куда ходил?
Темный эльф воинственно промолчал.
- Тебя не было два часа, - огр обдал его зловонным дыханием. – Решил нас предать?
- Что за чушь? – Вскипел Габриэл и его глаза отсветились серебром.
- Может ты и провел Остина и Арианну, но не меня. – Изо рта Мардреда летели
вязкие слюни. – Я знаю, что ты ведешь нас в ловушку. Нет никакого Блуждающего Моста, я прав? И на Троллевый рынок ты не собираешься. Ты несешь карту своему королю!
Кости Эвенна Белоокого, как я раньше не догадался! Вот почему флот исчадий ошивается
поблизости! У вас здесь встреча? Да? Ты уже отдал ее? Или собираешься? Когда? Где?
Только сейчас парень почуял кисловатый аромат браги, исходивший от великана.
- Ты пьян. – Презрительно фыркнул он. – Иди, проспись.
И неуловимо взлетел на второй этаж сгустком темного света. Его ледяной голос
пригрозил из полутьмы:
- Не смей больше следить за мной, огр.
* * *
317
Едва рассвело, путники покинули Эйр-Шир и забрали на север. Габриэл свернул с
дороги в каменистые дебри и направился в глухие, враждебные леса.
Вязы сходились так близко, что в некоторых местах образовывали сплошные своды
и скрывали небо и летнее солнце. Кусты превратились в непроходимые заросли, полянки
поросли пучками колючего чертополоха и напоминали дикий пустырь в упадке и
запустении. Остин и Арианна поводили плечами, ощущая гнет злобных сил, следивших за
ними из-за каждого ствола и из каждого оврага. Белоснежный альбинос щерился, рычал и
срывался на хрип в темные участки, залитые светом блуждающих огоньков. Мардред
скалил клыки и хватался за рукоять, заслыша шорох трав или бульканье озер. Только
темный эльф оставался спокоен и не страшился ужасов дремучего мира. Он часто
останавливался и чуть заметно шевелил ушами, будто прислушиваясь, и снова смело
продолжал путь.
Лесная тропа взвилась на лысый холм, а оттуда потекла каменистым берегом в
змеистых трещинах и провалах. Шумела черная вода. Серый пух облаков, обгоняя солнце, катился на запад. Тени двигались по углам стремительно приближающегося Тролльботна, походившего на оскал закаменевшего чудовища.
Эти земли были средоточием темных чар, морока и отчаяния. Вместо птиц и зверей
здесь обитал глубокий мрак. Вместо ветра - вился ядовитый туман, а зло осаждало душу
любого, кто дерзнул переступить его пределы.
… Когда Ущелье Троллей осталось за спиной, а тропа привела на берег с бродячим
туманом, - наступил ранний вечер. Попутчики сняли капюшоны и осмотрелись. Серебро и
тьма эльфийских волос вспыхнула в огнях заходящего светила, лучистые глаза прогнали
стелющуюся тень.
Немного правее блестел знаменитый Тролльванн [озеро троллей]. К югу уходила
равнина с рухнувшими каменными постройками. По северу и западу плелись кривые
гребни утесов, и волны там с грохотом бились об отвесные стены. По землям востока
растекались холмистые долины, выжженные мглой.
- Зачем ты завел нас в эту проклятую глушь? Где ты видишь здесь Блуждающий
Мост? Где ты вообще видишь здесь намек на жизнь, исчадие? – Рыкнул гигант и, допрыгнув к кочке, обвитой чахлым вереском, с грохотом на нее упал. Палка-костыль
легла в траву; плащ расстелился у ног, одну из которых фиксировала железная
конструкция.
Темный эльф ударил кресалом по огниву и высек оранжевую искру. В гнезде сухого
хвороста закурился дымок, дальше - вздулось пламя. Он поднял голову и светло-голубые
глаза парня отразили пляску занимавшегося костра.
- Слыхал о терпении, Мардред? – Ядовито поинтересовался он, сбив рассерженного
огра с мысли. – Думаю, нет.
Лютый припал к земле и прикрыл морду пушистыми лапами. Из зубастой пасти
вырвался ироничный смешок.
Меж тем Габриэл выпрямился и, оправив перевязь, скрестил руки в широких
рукавах.
- Дождемся заката.
Остин покачал головой и сел у костра. Сняв лук из орешника и колчан, молодой
владетель Ательтсанда отпил из фляжки и вздохнул.