Эльфийская сага. Изгнанник, стр. 140

неподдельное удивление – он не ожидал смертельного удара. Одна рука бессильно

свесилась над краем кровати, вторая сомкнулась в кулак.

Владетель Ательстанда перевел взгляд - металлическая рукоять возвышалась над

колотой раной и поблескивала резным узором в рассветных лучах. Подлых, тайных

убийств в его родном приюте еще не случалось, и Остин обреченно покачал головой –

дожили.

Мардред дернул большими зеленоватыми ушами и прохрипел:

- Такого не утаить, лорд Остин.

- Мы не станем скрывать правду. - Он стоял к огру той половиной лица, которую

скрывала повязка, прятавшая потерянный глаз, и прочесть мысли молодого эльфа

помощнику не удалось. – Бесчестить обманом свой дом не позволю. – Злился Остин на

огра, хотя знал, тот ни при чем.

- Как скажите, - буркнул Мардред.

В проем втекли Хегельдер, лучник Эллион, братья Левеандил Око Бури и Рамендил

Эндермеран, Люка и несколько любопытных детей.

- Выведите их, - махнул Остин.

Когда детей выставили, Хегельдер вздохнул:

- Всевидящий, это правда.

С нижних этажей слышались крики и вопли перепуганной гномы.

- Она весь приют на уши поставила, - мрачно заметил Эллион, отступая к окну.

- Что мне ей рот заткнуть? – Сердился Остин.

Из коридора прилетел гомон голосов и шелест одежд. Осыпая страшными

проклятиями приют, его владельца и всех постояльцев к покоям убитого подходил

валларро Одэрэк Серый Аист.

- Поздно затыкать, - поморщился Люка, отстраняясь от двери.

202

И вовремя - та с шумом распахнулась и в покои влетел взбешенный эльф. Его

сопровождал вчерашний победитель Ортанс, слегка взъерошенный, с белесым инеем на

ресницах и темно-золотых волосах.

- О, нет! О, горе! Мальчик! Мой, дорогой! Тебя убили! Безжалостно, зверски убили

во сне! – По-эльфийски мягкий, с легким звоном, и одновременно отталкивающе тяжелый

голос раскатился по комнате рокотом злобного грома.

Одэрэк бросился к убитому, упал на колени у кровати и медленно сомкнул меж

ладоней откинутую безжизненную руку Тингона.

- Холоден, как камень. Прекрасен, как весенне утро. Как? За что? Во имя чего?

Дикость. Кощунство. Твоя кровь будет отомщена. Тот, кто совершил это варварское

деяние - понесет неотвратимую кару. Я клянусь, что не сомкну глаз и не возложу еды в

рот, пока не добьюсь признания, от того, кто это сделал.

- У вас есть предположения? – Полюбопытствовал Остин, когда почтенный эльф

выплеснулся гневом и замолчал.

Валларро обернулся – мудрое спокойное лицо преобразилось до неузнаваемости; Остину показалось - из глаз Одэрэка выплеснулось холодное пламя, а сам он обратился в

костлявое, с истлевшей кожей и мертвой душой существо. Владетель Ательстанда сделал

шаг назад, моргнул, а когда глянул на Одэрэка снова – наваждение пропало.

- Я знаю, кто убил лучшего мечника Эмин Элэма, - певуче молвил тот.

- Кто? – Люка упер руки в боки.

- Исчадие ночи, - промурлыкал Одэрэк, но в нежности голоса таилась неприкрытая

ненависть.

- Габриэл? - Удивился Левеандил.

- Ему не было прока от смерти эминэлемца, - поддержал его Рамендил, качая

головой.

- Разве? – Шелестел осенней листвой Одэрэк. – А я думаю – был.

- Говорите, что знаете, - с тяжелым сердцем потребовал Остин.

Снаружи вставало солнце и крыши соседних башенок переливались сиварской

позолотой. Ворковали голуби, из соседних переходов слышались возбужденные крики

прачки – гнома громко и нервно сообщала всем и каждому о страшной находке в одной из

комнат приюта. Вот ведь неугомонная.

- Я назвал имя темного по двум причинам, господа. Судите сами, вчера Ортанс и

Тингон унизили его учеников Лекса и этого второго…

- Эридана, - хмуро напомнил Эллион.

- Спасибо. … Эридана. Поражение для темного воина - хуже смерти. И неважно

претерпел его сам воин или его ученики. По традиции Подземного королевства

постыдный провал смывается кровью того, кто это поражение нанес. У него была причина

убить Тингона. Но я не варвар. Обвинять беспочвенно, не имея веских оснований, не

стану. Ортанс, - обратился он к эльфу-сопровождающему, - скажи им, что ты видел.

- Сегодня я встал пораньше, чтобы поупражняться на заднем дворе в тишине и

одиночестве. Я всегда так делаю. Привычка. Вон моя кровать, она застелена. Так вот, когда я уходил, Тингон был жив и спал. Я не пошел через главный Золотой коридор, а

свернул в южный переход, чтобы скоротать путь и там заметил тень.

- Тень? – Хмыкнул Хегельдер. Бывший советник оперся о стол правой рукой и

прикрыл отсеченную левую.

- Это был исчадие. Я уверен. – Зло прошелестел Ортанс.

- Вы видели его? Говорили с ним? – Хмурился Остин.

- Не видел и не говорил.

- Так, какого тролля вы решили, что это темный?! – Гаркнул огр.

- Он был облачен в черные полукафтанье и брюки…

- Только один постоялец носит черное, - валларро жестко оборвал Ортанса и

холодно улыбнулся. – Убийца найден.

203

Мардред громко прочистил горло, похрипел, похрюкал и отрыгнулся. Левеандил и

Рамендил обменялись взглядами: светлые глаза братьев сверкали сомнением и неверием.

Эллион обняв лук, тронул тетиву. Треньк. Треньк. Люка бросил на Остина неподъемно-

тяжелый