Эльфийская сага. Изгнанник, стр. 121

обсудить, как защитить замок от убийц и воров из гнусного племени Коршуна.

Библиотеку заливало бледное зимнее солнце. За дверями голосили ничего не

подозревавшие обитатели. На улице лаяли псы, цокали копытами кони, со стороны

амбаров летело кудахтанье кур.

- И? - Люка изогнул спину и упер руки в боки.

- Ваш план никуда не годится, - процедил Габриэл, и веселье парня улетучилось. –

Вы предлагаете дожидаться врага здесь, а когда тот подойдет - встретить его

предупредительными стрелами и кипящим маслом. – Он усмехнулся: - Верите, что ров и

стена в восемь ярдов вас защитят?

- Такой оборонительной тактикой пользовались наши славные предки. Мы редко

наступаем первыми и не сражаемся на открытых территориях.

- Вот потому вы нам проиграли, - зло бросил темный эльф.

- Что, простите? – Значительно спросил Агроэлл.

- Эбертрейл пал, потому что вы, как трусы засели за высокими стенами, боясь

высунуть за ограду нос! Что, помогли вам ваши камни? Нет! Они стали погребальными

курганами вашим владыкам, а великий и светлый град обратили в огромный бесславный

склеп!

- Да как ты смеешь! – Вскричал Хегельдер, вскакивая со стула. – За подобные речи в

моем доме тебя давно бы вздернули вниз головой с залепленным ртом!

- Это не ваш дом, - тихо сказал Остин, однако, сам пылал яростью.

Габриэл поднял ладони, покрытые широкими, расшитыми узорами рукавами, давая

понять, что не ищет ссоры.

- Я не оскорбил вас. Я сказал правду. Будем сидеть сложа руки и дожидаться

легиона – погибнут все. – Густые ресницы лениво прикрыли синеющие глаза. – Не

доверяете моему слову, вспомните судьбу Сокола Ашарана, описанную в Книге

Погибших Королевств «Эйн-Хальэт». Племянник короля высокогорных эльфов принц

Ламьет Опаловый Лист, не смирившийся с тем, что на трон Бет-Фэделя взошел не он, а

другой из их рода, возжелал отстроить собственную твердыню, дабы править там лично.

Вместе с преданными подданными и малочисленным войском в две сотни лучников он

покинул Сокрытое королевство и отправился в долгое путешествие на север, к

Серебристым горам Аред Вендел.

По пути ему приглянулась мощная крепость, расположенная на вершине скалы

Гедини, в двадцати милях от плато Инти’Рахиль. Крепость, лежавшая в песках безводной

пустыни Ашаран - вдали от владений орков-степняков, аллеурцев и ий-дъйский

красноглазых драконов, показалась Ламьету безопасным убежищем. Опаловый Лист

воздвиг там стены, надстроил башни, а повсюду в скале приказал высечь бассейны для

водоемов, чем обеспечил жителей свежей питьевой водой. Ламьет нарек ее Сельвердуг –

Крепость Сокола и сел на трон. Но его корона сияла недолго.

174

Ветер быстро разнес слух о новой эльфийской цитадели и восточные пески

зашевелились. Многие возжелали завладеть Соколом Ашарана, в их числе султан

Аллеура. Он призвал в Маракиш самых опытных военачальников, а под черно-желтым

пятиугольным знаменем собрал пятьдесят тысяч конников и сто тысяч пехотинцев-

степняков. Командование он поручил прославленному стратегу Абу Синх Мардивари и

дал ему год. Через три месяца армия южан достигла Гедини.

Узрев величие и неприступность Сельвердуга, полководец пришел в

замешательство. Крепость стояла на очень высокой и широкой скале с отвесными

склонами, что спускались в такие бездны, о которых было страшно подумать. С востока

склон превышал сто семьдесят ярдов, с запада – больше двухсот, а с севера и юга не имел

размеров. Мардивари понял, что ни штурм, ни блокада не причинят Соколу

существенного вреда и пошел на хитрость. Он несколько раз слабо атаковал склоны

Гедини, а после повелел разбить лагерь в песках Ашарана. Многотысячное войско

полгода томилось у подножий эльфийской твердыни, а когда Ламьет Опаловый Лист

решил, что степняки вот-вот сдадутся и уберутся восвояси, нанес удар. Не напомните, господа, что предпринял Абу Синх?

Не получив ответа, темный эльф зло усмехнулся и продолжил сам:

- Он подкупил стражу, охранявшую бассейны, что питали крепость и отравил всю

воду. Часть защитников погибла от отравления. Остальные от обезвоживания. Тех, кто

чудом уцелел - аллеурцы жестоко растерзали. Принца Ламьета сожгли на костре.

На светлые лица эльфов пали сумеречные тени отчаяния.

Лик Эллиона мягкого золотистого отлива потемнел